Чако, 1928-1938. Неизвестная локальная война. Том I - Олег Евгеньевич Царьков

назвал его «крайне честолюбивым и тщеславным человеком». План АВСР повис в воздухе. Для его спасения С.Ламас предложил Уайту сблизить позиции противников, предлагая надавить со своей стороны на Парагвай, прекратив импорт оружия. Несмотря на то, что поставка оружия обеим противникам была запрещена решением Лиги Наций, в Парагвай оно поступало через Буэнос-Айрес и Монтевидео. В ноябре 1932 года Уайт сообщал представителю США в Женеве: «Аргентина честно запрещает ввоз оружия в Боливию, поддерживая Парагвай, и, естественно, боливийцы не верят, что этот запрет сохраняется по отношению к их противникам». Военный атташе США в Асуньсьоне сообщал в Вашингтон, что в феврале 1933 года через территорию Аргентины в Парагвай была доставлена партия оружия, а президент Э.Айяла сообщил послу Вилеру, что с Буэнос-Айресом ведутся переговоры об «аренде» летчиков для парагвайских ВВС. Таким образом, А.Ламас реально мог остановить войну.

Несмотря на то, что Аргентина была основным источником военной контрабанды в Парагвай, участие ее официальных кругов в ее организации было спорадическим. Большое число ее граждан было связано родственными и деловыми связями с этой страной и старалось оказать посильную помощь «маленькой и слабой стране» против агрессора. За годы войны примерно пятьсот аргентинцев служили волонтерами в парагвайской армии. Еще накануне войны в Асуньсьоне действовала аргентинская военная миссия, состоявшая из двух десятков офицеров. Они под руководством полковника Швейцера помогали подготовке войск. После начала войны миссия была отозвана, но ее глава получил чин генерала и был назначен военным атташе в Асуньсьоне. Он обеспечивал передачу парагвайскому командованию разведывательной информации о противнике, собранной аргентинской военной разведкой (отдел G2, начальник полковник Эстебан Вакарейса). Она включала сведения о передвижениях боливийских войск и состояние коммуникаций вдоль Рио Пилькомайо. В канун войны Швейцер был посредником при выделении «секретного» займа Парагваю. При его посредничестве все 8 миллионов песо были израсходованы на приобретение оружия и транспорта. В начале 1933 года он обеспечил поставку большой партии стрелкового оружия из аргентинского арсенала (10000 винтовок), позволившую завершить формирование полков второй линии. После вынужденной отставки генерала М.Рохаса, его сотрудники принимали участие и в планировании боевых операций парагвайской армии.

Тем не менее, роль Аргентины в Чакской войны сильно преувеличена историографией США, которая пытается оправдать свое дипломатическое поражение в этом конфликте. Буэнос-Айрес не мог оказывать Асуньсьону столь же широкую материальную и дипломатическую поддержку, какую Вашингтон оказывал Ла-Пасу. Даже Б.Вуд признает отсутствие прямого подтверждения широко распространенного мнения об аргентинской военной помощи Парагваю. Асуньсьонские источники характеризуют эту помощь как «спорадическую» и косвенную (предоставление разведывательных данных, вербовка добровольцев и специалистов). Обвинения аргентинцев в военной контрабанде не имеют под собой основания, поскольку по парагвайско-аргентинскому соглашению главный фарватер Параны и Парагвая считался нейтральными водами для судов под парагвайским флагом, а перегрузка оружия с океанских судов на речные проходила в Монтевидео. Правительство Уругвая, боясь в одиночку оказаться между молотом и наковальней – Аргентиной и Бразилией, последовательно поддерживала Парагвай в течение всей войны.

В качестве меры давления на Боливию Ламас предложил Уайту использовать положения пакта Бриана-Келлога и применить экономические санкции против Боливии, как агрессора. Ответ Уайта был отрицательным. Он лицемерно сослался на то, что Боливия не является участником этого пакта, санкции к ней неприменимы, а госдепартамент не может влиять на политику частных банков. Таким образом, дипломатия США открыто заняла сторону Ла-Паса. После столь явной поддержки, боливийская сторона стала настаивать на оставлении ее войск на занятых во время войны позициях, в качестве предварительного условия переговоров. Для того, чтобы «смягчить» позицию Ла-Паса, Чили запретила 20 января 1933 года транзит оружия через свою территорию в нарушение мирного договора 1904 года с Боливией. Таким образом, Ла-Пас оказался под сильным дипломатическим давлением со стороны соседей.

В скором времени в «плане Мендосы» выявилось слабое звено – республика Перу. В сентябре 1932 она втянулась в териториальный спор с Колумбией из-за «трапеции Летисия». Обороноспособность страны зависела от поставок американского оружия, поскольку в эпоху диктатуры Легии, ее армия перешла на стандарты США. Между тем, государственный департамент занял в летисийском споре сторону Колумбии, как бы расплачиваясь за Панаму. Тем не менее, перуанские дипломатия попыталась использовать проблему Чако, чтобы склонить на свою сторону госдеп США. Американцы подхватили эту тему и тонко повели свою игру. После ряда дипломатических маневров Вашингтону удалось открыть перуанские порты для транзита оружия в Боливию. Понимая дальнейшую бесполезность эмбарго, президент Алессандри отменил его 21 февраля 1933 года. Одним из главных лоббистов этого решения в чилийском парламенте стала английская железнодорожная компания, владевшей линией Оруро – Антофагаста. Её владельцы не захотели потерять прибыль от транзита британского оружия. Указывая на экстерриториальный статус своей дороги, их адвокаты в судебном порядке добились отмены запрета на транзит оружия уже через месяц после его введения. В эти же дни в Асуньсьоне разгрузился корабль, доставивший из Италии современные истребители и запасные части к ним. Он был пропущен вверх по Паране без таможенного досмотра, благодаря хлопотам полковника А.Швейцера, поддержанного военными кругами. Таким образом, «единый антивоенный фронт» распался, а эмбарго Лиги Наций оказалось пустой бумажкой.

5. Второе боливийское наступление.

Эррера (Фернандес). Корралес. Новый оперативный план Г.Кундта. Толедо. Зентено (Алихуата). Провал второго наступления Г.Кундта.

Одновременно со штурмом Нанавы боливийские войска активизировались далеко на севере. Это была реализация второй части плана Г.Кундта – охват группировки КОМАНСУРа с левого фланга. 19 января боливийский командующий отдал приказ об атаке силами II корпуса фортина Эррера (Фернандес). Захват этого пункта в конкретной оперативной обстановке являлся не только угрозой парагвайской группировке в Кампо-Хордан, но и таил опасность разрыва коммуникаций всех войск КОМАНСУРа. Однако, в планах Г.Кундта Фернандес имел второстепенное значение по сравнению с Нанавой. Поэтому командир корпуса генерал Ф.Осорио мог расчитывать только на собственные силы и планировал атаку самостоятельно и выделил для этого 8 дивизию генерала Х.Санхинеса. Вследствии слабой подготовки штабных офицеров, исходные рубежи и направление наступления оказались выбраны очень неудачно и позволяли парагвайскому командованию действовать по внутренним операционным линиям. Генерал Санхинес имел в своем распоряжении пять пехотных полков, насчитывавших 3200 солдат.

21 января авангард 8 дивизии выступил из Платанильоса в направлении фортин Эррера (Фернандес). По данным боливийской разведки его занимали всего две сотни солдат противника. Благодаря радиоперехвату парагвайская разведка выявила этот манёвр противника, и в Эрреру была переброшена 2 парагвайская пехотная дивизия в полном составе. 22 января два передовых полка 8 дивизии с ходу атаковали гарнизон Эрреры (Фернандеса), рассчитывая взять его с ходу. Обороняющиеся