Красная дорама - Денис Георгиевич Кащеев

В пределах города нас проверяли еще трижды — и всякий раз картина выходила приблизительно одной и той же. Разница была лишь в том, как далеко отпрыгивали от мотоцикла перепуганные полицейские. Один из них пропуск все же уронил, а бросившись поднимать, потерял фуражку. Моя юная пассажирка не удержалась, прыснула.

— Хи Рен! — тихо, но строго одернул я ее через интерком. Если задуматься, это было вовсе не смешно.

— Простите… — верно поняла меня девочка.

На выезде из Пхеньяна мы миновали большой стационарный блокпост, но покидающих город здесь не проверяли — только следующих в столицу. Мы лишь скорость снизили до минимума — на подъезде висели соответствующие знаки — и беспрепятственно проследовали дальше. А вот на встречке там даже небольшая очередь скопилась из машин — так-то дорога была практически пуста…

Но километров через десять, на следующей заставе, путь нам, снова дисциплинированно притормозившим у знака, заступил суровый офицер с капитанскими петлицами — да, не погонами, при полевой форме военные их здесь не носили:

— Прижаться к обочине! Заглушить двигатель! Убрать руки с руля! Приготовить документы для контроля!

Особую убедительность его отрывистым приказам добавлял черный пулеметный ствол перегородившего добрую половину трассы бронетранспортера.

Вот эти вот «заглушить двигатель» и «убрать руки с руля» мне как-то совсем не понравились. Если что — быстро удрать не выйдет…

Офицер взял в руки пропуск. Не глядя на него — да и темновато было на обочине — бросил:

— Остальные документы!

— Разве этого недостаточно, товарищ капитан? — выразительно посмотрел на собеседника я.

Тот сделал шаг в сторону, к свету, а я на всякий случай воззвал к «искре».

И та откликнулась, легко разгоревшись: на втором «экране» я разом увидел, как пропуск мне благополучно возвращают.

— Проезжайте, — козыряет капитан — впрочем, в отличие от полицейских, делает это без малейшего подобострастия. — Счастливого пути!

— Спасибо! — благодарю я — и запускаю двигатель…

То есть все в порядке? Ложная тревога?

— А документы пассажира? — снова приблизился между тем к нам офицер. Не в будущем — «окошко» туда уже захлопнулось — в настоящем.

Так, теперь бы только сдуру ничего не испортить! Не поломать как-нибудь благоприятный ход событий…

— Это несовершеннолетняя, — проговорил я первое, что пришло мне в голову — так сейчас, наверное, было оптимально. — Она со мной.

— У меня есть ученическая карточка Первой школы! — в свою очередь подала голос Хи Рен.

— Прошу предъявить, — заявил капитан.

Девочка протянула ему документ.

— Она — со мной, — с легким нажимом повторил я. Это опять показалось мне самым естественным ходом.

На миг офицер будто бы заколебался, но затем отдал девочке ее карточку, а мне — пропуск:

— Проезжайте! — четко приложил руку к козырьку. — Счастливого пути!

А вот свое предусмотренное сценарием «спасибо» я бездарно скомкал — начался неизбежный откат после «раскола реальности». В результате усердных тренировок они у меня сделались куда слабее, чем были раньше, но все же чувствовались — меня зримо качнуло на Хи Рен. От неожиданности школьница ойкнула.

— Все в порядке? — нахмурился офицер.

— Да-да, все хорошо, — усилием воли я заставил свой голос звучать почти ровно.

— Все отлично, товарищ капитан! — не замедлила подтвердить моя пассажирка.

Затарахтел двигатель — и мы помчали прочь от блокпоста.

Правда, сразу же за ним дорога сделалась заметно хуже, и, привычно набрав скорость, на первой же ямке мы с Хи Рен едва оба не слетели с байка. То есть девочку вполне себе подбросило — я ее уже, по сути, в воздухе поймал. Да и моя задница хорошо так подпрыгнула. Пришлось резко сбавить темп — разве что не до черепашьего…

Но, как бы то ни было, к цели мы двигались…

А затем выползли к развилке, и я остановился под дорожным указателем. Достал карту, сверился с ней, подсветив себе фонариком телефона — да, вне всяких сомнений, это было то самое место. Фломастер уводил отсюда направо. К китайской границе следовало держаться левее…

— Что такое? — озабоченно спросила у меня юная пассажирка. Кажется, уже во второй раз — на первый вопрос я попросту не ответил.

— Сейчас… — выдвинув хромированную подножку, я слез с мотоцикла. Неспешно обошел вокруг него. Задумчиво постучал мысом ноги по переднему колесу…

— Что-то не так? — в голосе Хи Рен звучал уже настоящий испуг.

— Да как тебе сказать…

Я зачем-то снова развернул карту. Ничего нового на ней, понятно, не увидел.

— Мы что, заблудились? — ахнула девочка.

— Не совсем… — убирая карту, в карман, я наткнулся там на телефон Лим — который собирался сразу выкинуть, да как-то забыл. Хорошо хоть выключить его сообразил!

Размахнувшись, я зашвырнул трофейный гаджет в темноту. Судя по последовавшему всплеску — в воду.

А еще ведь остается пистолет…

От него я все же пока избавляться не стал.

С тоской посмотрел направо. Бросил быстрый взгляд налево. Снова — направо. Потом — на растерянную Хи Рен…

Рассеянно нащупал в кармане пиджака пачку юаней… В другом — запечатанный конверт Джу…

Опять перевел взор на девочку у руля байка…

— Чон- сонсэнним, давайте уже поедем… — пробормотала школьница в интерком.

Едва ли она сумела бы угадать мои мысли, но не понять, что творится нечто неладное, ясное дело, не могла…

— Чон- сонсэнним, поехали, пожалуйста!

— Поехали, — кивнул я, сплюнув на обочину — и вернулся в седло мотоцикла.

Свернули мы направо.

50. За развилкой

Через несколько километров после ключевой развилки я снова остановился, но уже совсем по иной причине: