Эротические рассказы - Подростки - Stulchik

После этих слов, Андрей вроде как успокоился и стал мыть голову. Когда он был в мыле и не мог открыть глаза, Вика внимательно стала его разглядывать. Его детское тело возбуждало в ней сладостные фантазии. Гладкая, кругленькая попка напрашивалась на поцелуй. По-детски выдающийся вперед животик плавно переходил в слегка выпуклый лобок, который заканчивался не очень-то маленьким, но все-же детским половым члеником, который к тому же не полностью упал и был в некотором тонусе. В таком состоянии он был толщиной в молочную сосиску и длиной примерно сантиметров 5–6. Под нежной крайней плотью четко прорисовывались очертания конусообразной головки. Сама крайняя плоть была очень короткой и была не сомкнута, как это бывает у мальчиков, а слегка приоткрыта. Когда мальчик стал смывать мыло с лица, Вика отошла. Она уже успела основательно промокнуть внизу и теперь строила план действий. Ей очень хотелось использовать этот момент сполна. Она, конечно могла поиграть с собой в комнате и кончить, как она это часто делала, но ей хотелось большего. Она, во что бы то ни стало, хотела вовлечь в этот процесс мальчика, который сам к ней пришел. В этом было что-то особенное.

Не долго колеблясь, она зашла в ванную. Мальчик осекся.

«Не бойся, малыш. Я пришла потереть тебе спинку, я же теперь твоя тетя. Подай мне мочалку».

Он сначала в исступлении смотрел на нее, крепко прижимая свой стручок, потом повернулся, достал мочалку и молча протянул ее девушке.

«Если ты не против, я сниму халатик, чтобы не намочить его» — с трудом подавляя волнение сказала Вика, сразу же сняла халат и повесила его на крючок, оставшись в одних трусиках, которые предварительно надела, чтобы окончательно не шокировать ребенка. Все это она проделала с максимально возможным для нее, естественным выражением лица, выказывая будничную обыденность. Мальчик не отрывал от нее расширенных глаз. Вика, делая вид что не замечает этого, стала бессвязно говорить ему обо всем, что приходило в голову: о том, что она собирается обзавестись попугайчиками, о том, что соседская собака как-то заболела и она — Вика лечила ее…, в общем, стала нести всякую ахинею. Тем временем, одной рукой она натирала его мочалкой, а другой — гладила его скользкое намыленное тело. Он стоял в ванне лицом к ней и не отрывал глаз от ее компактной, упруго трясущейся груди с маленькими коричневыми ореолами и возбужденно-торчащими сосками. Она гладила его шейку, грудь, соски, животик, ляжечки и попку, уделяя особое внимание межягодичной складке и отверстию заднего прохода. Мальчик уже не мог охватить ладошками свой пробужденный писюн и было заметно, как он пытается скрытно мастурбировать, сжимая его руками. Когда ей стало совсем невмоготу, она развернула его спиной к себе, а сама, чтобы он не видел, быстро накинула махровое полотенце на бортик ванны, села на него верхом и, отодвинув край трусиков стала возбужденно потираться клитором, оставив мочалку и продолжая гладить тело ребенка обеими руками. Когда, обхватив его сзади, и трогая сначала ноги и промежность, она переместила ласки чуть выше, мальчик инстинктивно отвел руки. В данном случае у маленького самца сработал уже другой инстинкт. Вика почувствовала рукой его стоящий и твердый, как палка член, который уже заметно увеличился в размерах. Она не стала обхватывать его рукой и, как это называется, дрочить в классической манере. Она просто массировала его тело от живота до колен, то касаясь члена предплечьем, то бегло останавливаясь в области промежности и слегка поигрывая им, как бы намыливая его. Но этого было достаточно для обоих. Вскоре Вика не выдержала и стала откровенно мастурбировать себя одной рукой, другой — продолжая играть с его вздыбленной плотью. В апогее своего экстаза она полностью обхватила член рукой и, сомкнув пальцы, слегка надавила на его кончик серединой своей ладони, сымитировав некоторое подобие влагалища. И почти сразу же после этого член мальчика вдруг резко задергался вверх, к животу, и пульсируя, стал выпускать ей в руку горячую струю спермы. Она продолжала держать маленькое, вздрагивающее, живое существо в своей руке и от этого была на грани оргазма. Где-то в глубине, внизу живота горячо и остро потянуло, влагалище стало судорожно сокращаться, бедра свело…, еще одно жгучее мгновение… и все… Она кончила, издав один приглушенный стон.

С трудом поборов истому, Вика встала и как можно бодрее сказала: «Все, я тебя намылила, теперь становись под душ, смывай мыло и выходи.» Она пыталась, как могла, представить все так, как будто ничего не было. Ведь мальчик стоял спиной и не видел, как она мастурбирует, то что он кончил — не видела она. Он мог подумать, что она и не обратила внимания на его необычное состояние, а то, что из него вылилось — принять за мыльную пену. Очень может быть, что он вообще кончил в первый раз и не совсем понимает что произошло. Это могло бы стать его маленьким секретом. «Самое главное — никак не показывать, что она что-то заметила и вести себя так, как будто ничего и не было» — так она решила.

Через какое-то время, укутанный в полотенце, медленно и с опущенной головой, Андрей вышел в комнату. Вика сидела на диване в халатике и попивая вермут, слушала музыку.

«Ну, как помылся?» — как ни в чем ни бывало, спросила Вика. Молчит.

«Что с тобой, Андрюша?» — весело продолжала она. «Ты что, ударился, или болит что?»

Его лицо было насторожено. Он подозрительно посмотрел на нее. Она непринужденно улыбалась ему.

«Тетя Вика…, вы ничего…» — пауза, «… не заметили?»

«Нет, а что я должна была заметить?» — с легким удивлением спросила Вика.

«Да так…» — более уверенно сказал мальчик. «Я… это» — запнулся Андрей, не зная, что придумать, — «я воду в душе не закрыл,» — обрадованный своей сообразительностью, выпалил малыш.

«Да это не беда. Я сама закрою. Вот твоя одежда, уже сухая, я прогладила рубашку и брюки. Одевайся, а я приберу в ванной.»

Она была на седьмом небе от радости. Все обошлось. Мальчик поверил, что она не видела его стыда. Во всяком случае, ему выгодно в это верить, даже если он догадывается о ее притворстве. В конце-концов, она ничего плохого не сделала, доставила райское удовольствие себе и этому мальчику. Кто бы еще сделал для него такое?

Еще через десять минут Андрей, уже одетый, стоял в прихожей.

«Постой, Андрюша,» — Вика достала из сумочки пятирублевку и протянула ее мальчику. «Возьми, это вам с сестрой. Купите себе чего-нибудь вкусненького. Только маме не давай, а то пропьет».

Ребенок неуверенно попятился к двери. «Бери, бери, я же твоя тетя. У чужих — нельзя, а у меня можно. Я бы больше дала, но… Бери» Мальчик сунул деньги в карман.