Легенды II (антология) - Роберт Силверберг

— Это не такая уж необычная история в нашем безнравственном мире, мистер Роланд. Меня зовут Ливия Бард. Я незамужняя женщина и у меня будет ребенок. Ребенок мистера Гардинера.

Затем, как будто действие достигло кульминации в каком-нибудь первоклассном магическом шоу, она просто-напросто растворилась в воздухе.

«Найти одну-единственную женщину приблизительно в четырех сотнях различных сим-миров, каждый мир — с географией реального мира, с несколькими миллионами жителей и без централизованной системы слежения? О, нет проблем. Просто конфетка!»

Все это было даже не смешно.

— Бизли? Как обозначается то место на Амазонке, в Затерянном Мире с динозаврами? Как оно называется?

— Белая Кленовая Страна, босс. Мы получили достоверные сведения. Да, там есть одна тень Эвиаль Жонглер, но она выглядит по-другому и пользуется другим именем, Валда Джексон, кажется. Также, если наша информация верна, она постарше. И к тому же ведет себя не так, как наша беременная леди. Она руководит экспедициями во внутренние миры и пьет, как лошадь.

— Фенфен. — Он окинул просторную комнату хмурым взглядом. Снаружи громко журчала река, воздух благоухал ароматом трав, но все это не успокаивало как обычно. Он стал находить Ривендейл менее уютным, чем раньше, и теперь даже позволял Бизли контактировать с ним, не заставляя агента принимать соответствующий внешний вид; Ривендейл все меньше и меньше казался Орландо наилучшим местом для работы. После всего, что произошло, он уже не хотел возвращаться в Последний Приют, неизменный идеал его детства. Может быть, ему необходимо подумать об изменении стратегии действий. — Уже прошло три месяца, а единственное, что мы можем сказать об этой женщине: прячется она намного успешнее, чем мы ее разыскиваем. Где же она?

— Операция по розыску покажет. Ты же знаешь, босс, у нас нет единого регистрационного центра. Это займет некоторое время. Но мне кажется, что время такая штука, которой ты обладаешь в избытке.

— Бизли, если я захочу пофилософствовать, я куплю дополнительный модуль. Свяжись с Сэм и спроси, можем ли мы где-нибудь встретиться. Все равно когда. Выбор за ней.

— Твое желание — закон для меня, мастер Орландо.

— Это потрясающе, не правда ли? Мне всегда нравились японские чайные домики и все такое.

Орландо наморщил нос.

— Кажется, я первый раз слышу, что ты употребляешь словечко «потрясающе» без издевки типа «это потрясающе глупая идея, Гардинер…»

Сэм Фредерике слегка нахмурилась, но се самурайский сим трансформировал это в сердитый взгляд, которым могла удостоить маска театра Ноо.

— И что, по-твоему, это означает? Что я совсем превратилась в пай-девочку?

— Нет-нет. — Сегодня Орландо был совсем подавлен. Он лишь пару раз встречался с Сэм, с тех пор как началась вся эта история с Ливией Бард, и он соскучился по ней, но они, казалось, все еще не могли общаться как прежде. — Я просто не ожидал, что ты выберешь такое место для встречи.

— Ты всегда говорил, как тебе здесь нравится. — Она выглянула из чайного домика. За открытыми панелями стены, крошечным садом камней и песком, и маленькими деревцами, во все стороны простирались деревянные крыши города. На противоположной стороне Нихон-Баши, за деревянным мостом через Сумида, гордо сияли огни замка Эдо.

— Ну, мне нравится военное устройство этого мира, хотя для этого цикла оно уже в основном завершено — сегун сделал много полезного. Доспехи — хо дзанг!

— Ходзанг! Давненько я не слышала этих слов. — Она заметила выражение его лица и торопливо продолжила. — Отличные доспехи, особенно шлемы с этими торчащими штуками — твои эльфы умрут от зависти. Хотя я не фанатка этой музыки. Мне всегда казалось, что она похожа на кошачьи вопли.

Орландо хлопнул в ладоши и отослал гейшу, которая тихо наигрывала на сямисэне. Теперь единственным звуком было хриплое бормотание продавца воды, бредущего по улице внизу. — Так лучше?

— Думаю, да. — Она осторожно взглянула на него. — Как твой квэст?

— Квэст? Это слово возвращает меня во времена игр в Срединной стране. — Он поборол мгновение паники. Неужели она думает, что он совсем не изменился. — Ты имеешь в виду беременную женщину?

— Да. — Она заставила себя улыбнуться. — Это благородный квэст, Орландо, а ты парень, схлопотавший этот благородный квэст.

— Ну, если не принимать во внимание, что я, по всей видимости, сделал ребенка бедной девушке и сбежал. Честно говоря, такой поступок обычно не называют благородным.

Сэм нахмурилась, на этот раз потому, что ее раздражало легкомыслие Орландо.

— Но ты же не делал этого. Может быть, какие-то твои дурацкие клоны постарались…

— Может быть, но не думаю. Никогда не было признаков существования моих клонов или даже намека на это. Поверь мне, у меня есть Бизли, прошерстивший для меня все имеющиеся записи со времен повторного запуска сети.

— Я подумала, а нет какого-нибудь общего архива или чего-то такого?

— Нет, но есть частный архив, начатый Кунохарой, когда он и Селларс вновь запустили систему, и большинство отдельных миров имеют собственные записи, являющиеся собственностью сим-миров. Например, Вудхаус, где я встретил эту женщину, очень похож на настоящий Лондон начала XX века, так вот там есть записи о рождении и смерти, телефонные справочники и прочее. Данные иногда маразматические, потому что это, в общем-то, комедийный, мир, но в них нет ни одного упоминания о Ливии Бард.

— Итак, ты думаешь, что она, должно быть, откуда-то пришла. Она — одна из тех путешественниц, которые могут перемещаться из мира в мир. Я не припомню — все ли тени Дочери Жонглера были способны на это?

Орландо потряс головой, чувствуя, как волосы на голове становятся дыбом.

— Не знаю. Они всегда были самыми странными из теней, потому что операционная система с ними здорово «нахимичила». — Он сел, рассеянно вертя в руках свою чашку с чаем. Легко было поверить, что эта загадочная женщина могла думать, что она беременна — многие тени Эвиаль думали, что они беременны, потому что подлинная личность действительно была, по крайней мере на короткое время. Орландо вдоль и поперек изучил историю Селларса и большую часть записей Кунохары, стараясь докопаться до сути, хотя он слышал несколько историй из уст самого Пола Джонаса — это были обрывки сведений, причудливые и малопонятные.

— Орландо?

— Извини, Сэм. Я задумался.

— Я только хотела спросить… ты абсолютно уверен, что… что ты не делал этого?

— Не делал что?.. Фенфен, Федерикс, ты думаешь, я сделал ей ребенка? — Он почувствовал, что его щеки совершенно не самурайским образом покраснели.