Дети города-героя - Ю. Бродицкая

Организатором выставки была Нина Николаевна Птицына, инспектор роно, заводила всех интересных дел.

В зале райисполкома открылась сельскохозяйственная выставка. Разложены и украшены зелеными ветками самые большие, самые лучшие выращенные овощи. А посреди длинный стол. На нем капустные и картофельные пироги… морковные котлеты… салаты… цветная капуста жареная… биточки… рулеты. Картофель — в двадцати видах. Морковь — в десяти… Жареные патиссоны. Варенье из ягод, а вместо сахара — свекольный сироп.

Под каждой тарелкой рецепт приготовления.

По сельскохозяйственной выставке ходили мужчины, женщины, служащие, рабочие завода, колхозницы.

Вечером собрались ответственные. Тамара Виноградова передает дежурство 2-му интернату и… о ужас! Нет под стеклом капустного пирога, кто-то съел морковные котлеты, от жареных патиссонов остались одни семечки. Рецепты пропали.

— Не я, — говорит Тамара, — честное пионерское, не я…

Тетя Настя сказала просто:

— А это из деревни Коткишево бабы все перепробовали…

Вновь пришлось «восстанавливать» съеденное. А утром на выставке было уже двести пятьдесят человек из разных деревень.

В октябре сорок второго года получили и мы письмо из Ленинграда. Мама писала:

«Дорогая моя доченька, как сказать тебе о большом горе, сиротиночки вы мои. Умер наш папочка от истощения и голода. Так на заводе и умер. Ты и Рая поймете, а Люсенька и Маша маленькие. Смотри за ними, доченька. Я сама еле-еле на ногах держусь.

Дорогая моя, что мы только вынесли — голод, холод, обстрелы, бомбежки. Не плачь, моя девочка, береги маленьких. Помнишь, как в последнюю ночь папа прощался с вами? Пиши мне все подробнее о себе, девочках. Как живете, как работаете? Я на заводе сейчас вместо отца работаю. Целую вас всех несчетно раз».

Всю ночь я тихонько проплакала. Всю ночь просидела со мной Валентина Максимовна. А утром прочитала письмо сестренкам. Девочки переживали тяжело. Люсенька все гладила мою руку и прижималась ко мне.

Каждый день я бегала на почту.

Однажды почтальон тетя Катя спросила:

— Ну что, здорова мама?

— Здорова, — говорю. И вдруг я увидела, что тетя Катя взяла бутылку молока и, высоко подняв ее, стала наливать в стакан. Так знакомо это движение. Папа… Он тоже так нам наливал молоко. Я не выдержала и заплакала громко-громко.

— Ну что расплакалась, девочка?

— Я папу вспомнила.

В декабре Сене Букшину и Володе Тимофееву исполнилось восемнадцать. Пришли повестки — явиться в военкомат, а затем в армию. В военкомат с ними пошли вожатые Зина Иванова и Дуся Цветкова. Зина и Дуся тоже уходили на фронт.

В субботу, в 11 часов утра, у столовой состоялась торжественная линейка. Вынесли знамя. Звучал горн. Ребята смолкли. Перед линейкой стояли четыре человека. Все четверо подтянутые, гордые, красивые. На земле, в стороне, — четыре битком набитые рюкзака.

Двадцать пять километров шел отряд старших ребят, воспитатели, сотрудники. Провожали до самой станции, до поезда.

Дорогой пели. Читали стихи свои и Константина Симонова.

Крепко целовали уезжающих, жали им руки на прощание…

Долго смотрели вслед ушедшему поезду. Поезд увозил на фронт дорогих, честных, веселых и храбрых, самых лучших товарищей.

В январе сорок третьего была прорвана блокада Ленинграда.

Затаив дыхание слушали мы сообщение об этом по радио. Слезы радости, надежды были у каждого.

В этот день в школе не было ни одной двойки, ни одного замечания. А вечером пели любимые песни. Не спали до глубокой ночи. Не уснуть — радость безгранична.

Каждый думал: «Скоро мы будем дома».

В феврале мы провожали в Ленинград Витю Титова. Он говорил:

— Поеду на Кировский завод. Я могу работать. Стану к станку рядом с отцом.

— А ты не умеешь, — говорили ребята. — Погоди, скоро вместе поедем.

— Не могу ждать. Отец зовет, война не кончена. А работать у станка отец научит. Тут за моими сестренками присмотрите.

Разрешение на въезд в Ленинград он получил. Да и как не получить. Виктор из династии Титовых, старых прославленных рабочих Путиловского завода.

Прошел еще год. Пионерский лагерь жил трудовой жизнью. Хозяйство у нас было большое. Райисполком выделил нам коров, мы откармливали и свиней.

Нейский райком партии, секретарь парторганизации внимательно следили за жизнью ленинградских детей.

В ноябре сорок третьего года проходила районная партийная конференция.

Как-то меня вызвала к себе Валентина Максимовна и сказала:

— Аня, собери старших… есть разговор. Завтра открывается районная партийная конференция. Лучшие ребята пойдут приветствовать коммунистов.

15 ноября мы построились и направились в Нею. В ватниках, солдатских шапках-ушанках, в бурках, сшитых из старых одеял, в клееных-переклеенных галошах. Шли, бежали, снова шли. И так 25 километров…

На районной партийной конференции рапортовали:

«Руками ребят построено 2 сарая, обожжено 30 тысяч кирпичей, запахано и посеяно 5 гектаров земли. В колхозе заработано 10 тысяч трудодней. Снят богатый урожай овощей!..»

С каким волнением и трепетом мы принимали районное переходящее Красное знамя и Почетную грамоту Ярославского облисполкома: «За доблестный труд пионерам и комсомольцам, учителям и вожатым Кировского пионерского лагеря, эвакуированного из города Ленинграда в Кужбальский сельсовет Ярославской области».

Прошло 20 лет. 9 мая 1965 года во Дворце культуры имени И. И. Газа встретились бывшие пионеры-кировцы.

Большая широкая лестница. По ней поднимаются мужчины и женщины. На верхней площадке стоит Валентина Максимовна Баженова, в светло-голубом костюме, с цветами в руках. Все те же веселые, молодые глаза, и голос остался чистым и звонким.

Цветов много, их все несут и несут. Крепко жмут руки завучу Валентине Андреевне Кругловой.

К Марии Алексеевне подходят один за другим. Обнимаются, целуются. Подошла Шурочка Ильина. Тоненькая, коротко остриженные волосы.

— Кто ты теперь, Шурочка? — спросила Валентина Максимовна.

— Актриса, — ответила с гордостью Шура. — Недавно выступала на Сиверской. В пионерском лагере…

— Пионеры Кужбальского Кировского пионерского лагеря на линейку становись! — Эту команду подала я.

Выстроились на линейку бывшие пионеры кужбальцы-кировцы.

Каждый рапортовал о себе.

Михаил Соловьев — главный инженер завода,

Михаил Брусаков — заведующий отделением больницы имени 25-го Октября,

Галина Васильева — заведующая детсадом,

Владимир Кудасов — преподаватель художественного училища,

Александра Ильина — актриса,

Алексей Пригалин — начальник производства,

Нина Васильева — балерина, заслуженная артистка Украинской ССР,

Сергей Бондарев — технолог завода,

Евгений Богданов — заместитель председателя завкома Кировского завода,

Дима Майоров — главный инженер,

Виктор Титов — мастер Кировского завода,

Анна Грудина — инженер.

Рапорты окончены.

— А теперь, — говорит Валентина Максимовна, — слово дорогому гостю, бывшему председателю колхоза Степану Ивановичу Кудрину.

— Дорогие товарищи… — И ему не дали говорить: аплодисменты, линейка сломалась, все окружили Степана Ивановича, каждый хотел быть ближе к нему. И посыпались, посыпались вопросы, сотни вопросов.

А Валентина Максимовна