Большой флот Страны Советов - Игорь Григорьевич Дроговоз

Основными «видами деятельности» нового подводного гиганта предполагались: скрытная доставка морских десантов и грузов в удаленные районы, эвакуация войск и раненых (воспоминания о печальной судьбе брошенных на произвол судьбы защитников Севастополя были ещё свежи), постановка активных минных заграждений в удалённых районах Мирового Океана. Чуть позже добавились «спасение личного состава затонувших подводных лодок с помощью специальных спасательных снарядов», поскольку количество аварий советских лодок возрастало с каждым годом.

Многообразие задач, для которых предназначалась подлодка проекта 717, дало неограниченные возможности полёту фантазии конструкторов. В результате водоизмещение лодки достигло уже 18 300 тонн, длина корпуса составила 190 метров, ширина — 23 метра.

Прочный корпус состоял из трёх цилиндров: в среднем размещались вооружение корабля (шесть торпедных аппаратов и 32 переносных зенитно-ракетных комплекса «Стрела-3»), экипаж, десантники, энергетическая установка и оборудование; в двух боковых цилиндрах — техника десанта, грузы или запасные мины заграждения (250 морских пехотинцев, десять танков ПТ-76 и десять бронетранспортёров БТР-60П или 252 мины). Для высадки десанта предусматривались аппарели в носовой части. Дальность плавания составляла 30 000 миль.

Командование флота, очарованное уникальными способностями будущей подводной лодки, требовало ускорения работ. Идя навстречу пожеланиям адмиралов, министр судостроительной промышленности Б. Е. Бутома издал в сентябре 1969 года приказ о строительстве серии из пяти подводных лодок проекта 717 в Северодвинске на «Северном машиностроительном предприятии».

Однако дорогу уникальному подводному кораблю перешёл тяжёлый ракетный крейсер стратегического назначения «Акула» проекта 941, создание которого шло параллельно. Строить подводные корабли такого водоизмещения могло только северодвинское предприятие. После некоторых раздумий предпочтение отдали стратегическому ракетоносцу, а чертежи корабля проекта 717 легли на полки архива.

Экранопланы

К 1985 году Советский Союз имел мощный флот десантных кораблей, способных доставить части морской пехоты в любой уголок земного шара, но и этого адмиралам было мало. Поскольку по количественным параметрам морская пехота ВМФ СССР безнадёжно отставала от американских «marines», исправить положение пытались за счёт нетрадиционных решений. Выше уже говорилось о проектах транспортно-десантных подводных лодок для скрытной транспортировки к вражеским берегам морской пехоты со штатной техникой. Но это было ещё не всё.

В обстановке полной секретности советская военная промышленность готовила неприятный сюрприз мировому империализму. Все силы конструкторского бюро Р. Е. Алексеева (1916—1980), раньше занимавшегося созданием кораблей на подводных крыльях, были брошены на доведение до ума принципиально новой транспортно-десантной машины — экраноплана проекта 904 «Дракон», получившего в дальнейшем лирическое наименование «Орлёнок» (название, видимо, навеяла песня про орлят, которые учатся летать).

Новый советский экраноплан по своим размерам уступал «каспийскому монстру» — экспериментальному кораблю-макету, построенному в середине 60-х годов для отработки конструкций экранопланов. Его длина составляла 58 метров против 92-х у последнего, размах крыла — 31 метр (КМ — 37 метров). Высота машины в области киля была на шесть метров меньше, чем у КМ — 16 метров.

«Орлёнок» с самого начала проектировался как транспортно-десантное средство для военно-морского флота. Конструкторы к тому времени уже накопили солидный опыт создания и опытной эксплуатации гигантских экранопланов, можно было переходить к строительству серийных транспортно-боевых машин, подобных которым не имела ни одна страна в мире.

Экраноплан «Орлёнок»

Командование советского ВМФ возлагало на «Орлёнка» большие надежды, рассчитывая использовать подобные машины в качестве эффективных десантно-высадочных средств. Высокая скорость передвижения, внезапность появления у вражеских берегов, способность преодолевать минные постановки и противодесантные заграждения, должны были по мысли адмиралов, восхищённых новинкой, обеспечить им возможность захвата плацдармов на хорошо защищённом побережье противника.

Адмирал С. Г. Горшков ещё в 1976 году в своей книге «Морская мощь государства», давая оценку силам и средствам современного военно-морского флота, довольно неожиданно даже для специалистов, уделил много внимания столь экзотическим летательным аппаратам (или кораблям?), как экранопланы. Ведь абсолютное большинство советских граждан никогда ничего не слышало о каспийских экспериментах Алексеева, и вообще с трудом представляло себе, что это за диковинный «зверь», летающий над морями и океанами, но «низенько-низенько». Естественно, адмирал постоянно ссылался на западные конструкции, ни словом не обмолвившись о советских. Военную тайну у нас хранили свято. Но предоставим слово адмиралу Горшкову:

«В области экранопланостроения за рубежом определены научно-исследовательские и технические проблемы, касающиеся главным образом создания океанских транспортных экранопланов. Всего построено немногим более десяти летающих моделей экранопланов и создан ряд проектов экранопланов массой от 100 до 2000 тонн. Хотя опыт строительства и эксплуатации этих кораблей ещё недостаточен, уже сейчас можно видеть перспективность этого направления. По сравнению с кораблями на воздушной подушке, экранопланы будут обладать большей скоростью хода или, точнее, полёта при меньших затратах энергии, а следовательно, при прочих равных условиях и большей дальностью действий. Кроме того, они способны преодолевать препятствия значительной высоты.

Таким образом, в настоящее время во многих странах с большим размахом ведутся работы по реализации последних достижений науки и техники в области надводного кораблестроения. Создание кораблей с динамическими принципами поддержания уже стало реальностью.[257]

Несомненно, что массовое появление таких кораблей в составе флотов увеличит их боевые способности, надводные силы смогут успешнее решать боевые задачи и приобретут совершенно новые качества».[258]

Интересно то обстоятельство, что адмирал Горшков сведения об экранопланах поместил в раздел «Надводные корабли», тем самым надолго определив им место среди боевых кораблей ВМФ, а не авиации. Это в дальнейшем создало множество проблем конструкторам, а также пилотам и механикам, эксплуатировавшим экранопланы.

Как видим, советские адмиралы серьёзно и заинтересованно отнеслись к летающей новинке, родившейся и существовавшей на границе воздушной и морской стихий. Их привлекли потенциально высокие боевые возможности экранопланов в качестве десантно-высадочных средств, способных внезапно (скорость до 400 км/час!) появляться у вражеских берегов и преодолевать любые противодесантные укрепления «потенциального противника».

Ещё одним вариантом их боевого применения могло стать размещение на экранопланах комплексов управляемого ракетного оружия, делавшего их весьма опасными противниками надводных кораблей в любом месте и в любое время. Первым представителем этого семейства стал появившийся в конце 80-х годов экраноплан проекта 902 «Лунь», на «спине» которого установили шесть пусковых установок противокорабельных ракет «Москит».

Экраноплан «Лунь», вооружённый крылатыми ракетами ЗМ-80 «Москит»

Внешне, первый советский боевой экраноплан «Орлёнок» тоже напоминал самолёт — те же фюзеляж, низкорасположенное крыло, вертикальное Т-образное оперение. Нижняя часть корпуса своими очертаниями была во многом сходна с гидросамолётами. В носовой её части располагались гидролыжи, способные двигаться в вертикальной плоскости.

Сам корпус десантного «Орлёнка» делился на три части. В носовой части находился