Девочка-лед (СИ) - Джолос Анна

Тоже стаскивает с себя свитер, морщится, задевая простреленное плечо. К стене меня оттесняет. Его теплое дыхание обжигает висок, а от ощущения «кожа к коже» по телу волной бежит дрожь.

Какая же я мелкая рядом с ним…

Медлит, а мне не нужны сомнения. Они лопнули, как мыльный пузырь еще в тот момент, когда я взяла его за руку, чтобы привести сюда.

Оплетаю руками сильную шею. Запрокидываю голову. Замерев на секунду у самых губ, выдыхаю рвано, не справившись с волнением, прорастающим в самый низ живота. Закрываю глаза и целую его снова. Смело. По-взрослому. Дразню, не стесняясь своих внезапно нахлынувших желаний.

Тело ломит от незнакомого предвкушения. Острого. Настоящего. Напрочь одурманивающего рассудок.

Ненадолго хватает его выдержки. Не зря же я пытаюсь быть смелой, игривой и дерзкой. Зарывается пальцами в мои волосы, горячо отвечая на поцелуй. Распаляя все больше, подкидывая в топку дров.

Да-да-да..

Вздыхаю сладострастно, когда он несдержанно начинает ласкать губами мою шею.

Пресвятая Мария, как это прекрасно!

Вжимает меня в стену собой, а я задыхаюсь. Так бессовестно мне хорошо…

Обнимаю широкую спину, а после, дрожащими ладонями впервые исследую мужское тело: грудь, плечи, живот.

Ох, черт возьми…

Шумно дышим. Сердце отбивает чечетку, ведь поцелуи становятся все жарче и откровеннее.

— Зацелуй меня всю, — прошу, зажмуривая от удовольствия глаза, и прижимаюсь к нему, позабыв о смущении.

— Кошка дикая, — произносит он в самое ухо.

Сашка, ты ли это?

Я. Конечно, я… Саша, которая так любит и ценит свободу. И нет, я не пьяна. Прекрасно осознаю, что и с кем делаю. Не знаю, мне почему-то кажется, что все очень правильно. Я чувствую это внутри.

В порыве страсти щелкает застежка. Его рука уверенно гладит мою обнаженную спину и спускается ниже. На мне все меньше одежды, но мне все больше и больше нравится то, что между нами происходит. Меня уносит высоко в облака. Туда, где я совершенно точно не была. И так обманчиво хорошо… До исступления, до глупого трепета и разрастающегося тепла в груди.

Какой к чертям Бондаренко? Это с ним я хотела…? Серьезно, что ли?

Смеюсь от абсурдности своей затеи, но тут же тихо охаю, когда Илья оставляет на моей коже след и грубо сжимает ладонями ягодицы. Испуганно цепляюсь за его плечи, потому что он вдруг подхватывает меня на руки.

Несколько секунд спустя хохочу, как дура, падая вместе с ним на кровать, но потом мне становится уже не до смеха.

Нависает надо мной. Сильный. Неуправляемый. Отмороженный на всю голову.

Опасно… Но тянет к нему неимоверно.

Целует мои ребра, живот.

Помереть от разрыва сердца можно. Я и не думала, что со мной такое случится…

В голове кружат вертолеты, а тело и вовсе живет своей жизнью, ведь этот парень абсолютно точно знает, что надо делать с женщиной. Мне же в этом случае остается только довериться.

— Илья, ммм, — с губ страстным шепотом срывается его имя.

— Рыжая, — прерывает сладкую пытку всего на мгновение, — ты такая сексуальная…

Мне до мурашек нравится его охрипший голос. И то, что он говорит — тоже.

— Иди ко мне, — зову, едва дыша.

Тяжесть его тела так приятна… Запах вдыхаю жадно и где-то там в подкорках сознания запоминаю каждый жест, каждое касание. И эти горящие похотью глаза, совершенно точно такие же дурные, как и мои.

Сгореть до тла мне грозит… Я это сразу поняла. Вот как только Его увидела. И пускай потом останется лишь пепел и привкус легкой грусти на губах… я хочу. Хочу провести эту странную ночь с Ним. Пускай единственную, пускай для него ничего не значащую.

Мама бы меня не поняла… Папа просто убил бы. Но сейчас мне вообще все равно.

Улетела. Окончательно от него потеряла голову…

Глава 87

АЛЕНА

Праздники имеют обыкновение заканчиваться, причем пролетают они всегда со скоростью света. Кажется, что еще вчера под бой курантов вы сидели за новогодним столом, но вот сегодня на календаре уже десятое января.

Вечер. Цирк Юрия Никулина на Цветном Бульваре. Мы с Ульяной и Ромкой уже минут сорок наслаждаемся невероятным красочным шоу. Жонглеры, акробаты, эквилибристы, воздушные гимнасты и, конечно же, дрессированные животные. Из нашего сектора все видно просто шикарно, потому что Рома (разумеется) приобрел самые дорогие билеты. Я поняла это еще тогда, когда увидела их в новогоднюю ночь.

Цирк Никулина — это, конечно, нечто. Профессионализм артистов поражает. Ульянка то и дело восторженно охает, громко хлопает в ладоши и привстает со своего места. Ей очень нравится представление, да и я, если честно, уже не помню, когда в последний раз так хорошо проводила время.

— Дамы и господа, — объявляет поставленной речью ведущий, — а теперь встречайте громкими аплодисментами — гвоздь программы: неунывающий клоун Чуча!

Под веселую и незатейливую мелодию на арене появляется этот самый Чуча, а я бросаю обеспокоенный взгляд на Рому.

Клоун. Ну да, какой же цирк без этого персонажа…

— Ром, — осторожно беру его за руку в тот момент, когда Чуча неожиданно приглашает на сцену нашу Ульянку и других деток для участия в каком-то конкурсе.

— Все нормально, Ален, — уверяет меня Рома, но болезненно морщится, когда его взгляд непроизвольно задерживается на костюме клоуна. — Я в машине вас подожду, если ты не возражаешь.

Он встает со своего места и уходит. Смотрю ему вслед — и душа рвется в клочья. Думаю, тот эпизод с убийством отца ему уже никогда не вычеркнуть из памяти… Так хочется поддержать его сейчас, но оставить маленькую Ульяну одну я не могу.

Усердно пытаюсь отвлечься на происходящее, но у меня вообще не получается. Мысли опять то и дело возвращаются к Ромке, мне не по себе от того, что он сидит там в одиночестве и вспоминает заново пережитый в детстве кошмар.

С трудом высиживаю оставшиеся пятьдесят минут, и как только шоу заканчивается, беру довольную, улыбающуюся Ульяну за руку. Спешу выйти в фойе, пока там не образовалось столпотворение. Хочу как можно быстрее забрать наши вещи и оказаться рядом с Ромой.

— Ляль, — сестра дергает меня за руку, — а почему Ромка ушел?

— У него голова разболелась, зай.

— Ааа… Бедный Ромка! Ляль, а ты видела, как медведь на велосипеде ехал? — изумленно спрашивает она. — Какой он умный, да? А тигры видела, как прыгали через огонь? Супер!

— Да, малыш, видела.

— Это хорошо, что вы забрали меня из Бобрино.

Достаю из кармана номерки и отдаю их гардеробщице. Одеваю Ульяну, неумолкающую ни на секундочку, набрасываю на себя пуховик, и мы, наконец, направляемся к выходу.

На улице уже темно, и бульвар, по всему периметру украшенный иллюминацией, вызывает у сестры новую порцию неподдельного восторга.

Рома ждет нас у центрального входа.

— Заяц, держи, — приседает на корточки и протягивает мелкой огромный мигающий разноцветными огоньками шаг.

— Ооого! Как красиво! — пищит она, улыбаясь еще шире. — Спасибо, Рома! — тут же торопится обнять его. — И за цирк спасибо! И за все-все-все!

— Да не за что, — смеется он.

— Есть за что, — не соглашаюсь я с ним. — Нам очень понравилось представление. Спасибо большое, Ром, было здорово.

— Ну я рад. Теперь идем в кафе есть мороженное, — сообщает, поднимая Ульяну на руки.

— Зимой? — удивляется она. — А горло? Ляля не разрешит, будет ругаться.

— Разрешит. Да, Ален? — Рома подмигивает мне, и я киваю. Вот никак не хочу сейчас с ним спорить.

— Уррра! — ликует Уьяна и целует парня в щеку, отчего тот совершенно неожиданно начинает заливаться краской.

*********

Впечатлений за день у Ульянки с лихвой. Засыпает практически сразу, во время прочтения второй страницы истории о Золушке. Я целую курносый носик и заботливо укрываю ее со всех сторон одеялом. Маленькая моя зайка… Как же не хочется возвращаться домой, но, к сожалению, это неизбежно…