'Фантастика 2025-170'. Компиляция. Книги 1-30 - Анатолий Анатольевич Логинов

Он был явно горд собой, и картинка сложилась. Наверняка он подслушал, как я жаловалась Катрине на своё временное помутнение рассудка. Да я не особо и скрывалась, кто угодно мог услышать. И вот он нашел возможность исправить мою работу. Как? Я понятия не имела.

Как только закончилось занятие, я отозвала его в сторону.

– Как ты это сделал?

– Сделал что? – он решил притвориться, что не понимает.

– Прекрати. Я знаю, это ты дописал формулу! Так как?

– Элементарно, – хмыкнул он. – Пробрался в кабинет Аберардуса, нашел твой листок и дописал.

У меня внутри всё сжалось от ужаса. Прокрасться в кабинет магистра Аберардуса – это же… это безумие, которое лишь по какой-то счастливой случайности не обернулось для него отчислением! Магистр Аберардус вовсе не из тех преподавателей, с которыми следует шутить.

Я почему-то вышла из себя.

– Это глупо, безрассудно и нечестно! – я почти выкрикивала это.

– Эй, эй, полегче! – оборвал меня он. – Я вижу, что ты на меня сердишься. Может, выскажешь мне всё это в более спокойной обстановке? Например, на свидании?..

– Ты настоящий придурок! – бросила я ему и быстро-быстро зашагала по коридору. Почему-то мне казалось, что нужно бежать от него как можно скорее. До сих пор не могу понять почему».

Филая закончила и какое-то время все сидели в тишине.

«Э»… впервые Ингаретта как-то обозначила своего поклонника. И, кажется, я уже догадывалась, кто это мог быть. Одному человеку уж очень подходил характер, который она описывала. И первая буква имени тоже подходила.

Я обвела взглядом своих друзей. Они думают о том же, о ком и я?

А еще, кажется, этот поступок все-таки произвел впечатление на Ингаретту. Во всяком случае, загадочному жениху точно удалось обратить на себя внимание.

На этот раз никто не стал обсуждать прочитанное.

– Давай дальше, – хмуро велел Орлен.

Филая со вздохом полистала тетрадку.

– Ага. Вот…

«Он совершенно невыносим. Не понимаю, почему я продолжаю с ним общаться. И сегодняшняя его выходка – это просто за пределами всех приличий. Я задержалась. Сначала долго сидела в библиотеке, но там нынче так шумно и многолюдно, уже хотела взять книги и идти заниматься у себя, но столкнулась с Виоланой.

Бедная девочка, ей непросто приходится. Она – тёмный маг лишь во втором поколении, ее мать была спонтанным магом. Они с моей мамой познакомились в Школе чернокнижников, дружили до самого выпуска, да и потом поддерживали общение. Теперь Виолана в сложном положении: родовитые маги не воспринимают ее как свою, и для спонтанных она тоже чужая. Полагаю, я здесь единственный ее друг, так что, хоть мне и нужно было скорее заняться своей курсовой, чтобы успеть подготовиться к завтрашней встрече с магистром Аберардусом, я зашла к ней в комнату, и мы выпили чая. Поговорили о том, о сем.

В общем, к себе я вернулась поздно, открыла дверь – и едва не грохнулась в обморок. Окно было открыто, а на подоконнике сидел Э., с радостной улыбкой на лице и цветочным горшочком в руках.

– Что ты здесь делаешь? – возмущенно воскликнула я.

– Тебя жду, – он сохранял невозмутимость, так, будто бы залезать к девушкам в окна – самое обычное дело, и ничего предосудительного в этом нет.

– Убирайся! – мое возмущение не имело границ.

– Ты хотя бы посмотри, что я принес. Это подарок.

– Да какая разница, что ты там… – а потом действительно пригляделась к горшку, и мое сердце сжалось. Тонкие ярко-зеленые листочки, веточки с острыми шипами и маленькие черные розы. От них исходило едва заметное сияние, а лепестки мерцали.

– Анисовая роза! – ахнула я.

Редчайшее растение, которое в наших краях не водится. Вообще не растет на территории Империи. Мое любимое растение. Ну, как сказать – любимое… до сегодняшнего дня я его видела только на картинке. Привезти сюда хотя бы маленький росток неимоверно сложно. Поговаривают, эти розы есть в императорском саду, но выносить их оттуда строго-настрого запрещено.

– Это невозможно! Откуда у тебя…

Э. спрыгнул с подоконника и протянул горшочек мне.

– Не у меня, а у тебя. Они твои.

Наверное, мне следовало бы вернуть ему розы, взашей вытолкать из своей комнаты и велеть больше никогда не показываться мне на глаза. Не «наверное», а точно – так и следовало поступить. Но я смотрела на мерцание лепестков, словно вглядывалась в темное звездное небо. Они были так невероятно красивы, так притягательны, что я поняла: ни за что не выпущу это сокровище из рук.

– Откуда ты узнал? – только и смогла проговорить я.

– Поболтал с твоими подругами. Вернее, с подругой.

Катрина – вот уж кто не умеет хранить секреты!

– Она же догадается, зачем?

– О, это вряд ли. Она слишком занята собой, чтобы о чем-то там догадаться. Так что, я могу рассчитывать на свидание?..

– Нет! – отрезала я. А что? В конце концов, я не просила его приносить мне эти цветы. И ничего ему за это не должна.

– Ну и хорошо! – сказал вдруг он, к огромному моему удивлению. – Все равно у меня сейчас нет на это времени. Я готовлюсь к смертельной гонке.

– Знаю. Вообще-то я буду объявлять участников.

– Ладно, пусть будет не свидание, – сказал Э. – Обещай, что по крайней мере ты после гонок отпразднуешь со мной мою победу.

– А ты так уверен в победе? – всё-таки нужно признаться, в этой его самонадеянности что-то есть. Вряд ли что-то хорошее, но определенно притягательное.

– Так ты обещаешь? – он проигнорировал мой вопрос.

Понятия не имею как это произошло, но я кивнула. Этот наглец все-таки добился своего.

– Но для этого тебе еще нужно победить, – я постаралась, чтобы последнее слово осталось за мной.

Но он лишь улыбнулся и в считанные секунды исчез за дверью, оставив меня наедине с распахнутым окном, самыми красивыми цветами в мире и моим собственным смятением».

Филая закончила читать, и воцарилась гробовая тишина. Теперь уже сомнений не было никаких, кто такой этот ее загадочный кавалер. Эльтид – самый большой негодяй всей Академии. Избалованный, наглый, ни во что не ставящий тех, кто не обладает богатством и не принадлежит к древнему магическому роду. А еще все слишком хорошо знали, чем закончилась эта история. Очередная сумасбродная выходка Эльтида, невероятно жестокая, не привела его к победе, и в тот вечер Ингаретта не была на свидании с ним. Она праздновала победу Рилана вместе с нами со всеми. В тот день мы с ней и познакомились. Я попыталась вспомнить, была ней брошь – ящерка инкрустированная изумрудами, одолженная специально для этого свидания, но не смогла. А в глубине зеленых глаз Ингаретты плескалась грусть.

Филая пролистала еще