"Фантастика 2023-112". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Бирюшев Руслан Рустамович

Когда смотр, наконец, закончился, ландскнехтов в лагерь не отпустили, а выстроили поротно. Якуб занял место перед полком и застыл на быконе в своей излюбленной горделивой позе. Только на этот раз помимо рупора в руках у пана была какая-то бумага.

– Кошкодер, какого лешего ему еще от нас надо-то, епть?! – возмутился измотанный Костоправ.

– Артикельбриф, – коротко ответил капитан.

Как будто незнакомое слово могло внести какую-то ясность.

– Че, мля? – не понял Костоправ.

– Полковник зачитает артикулярную грамоту – вот че.

– А что это за хрень такая?

– Что-то вроде договора Инквизиции с наемными ландскнехтами, – объяснил Кошкодер. – Потом будет присяга.

Грамоту свою полковник читал как всегда: по-английски, через командирский рупор. Речь Якуба звучала громко, торжественно, хрипло, не очень внятно, но с долгими паузами, чтобы ротные капитаны успевали перевести. Кошкодер, впрочем, во время перевода не особенно напрягался.

– Ну, типа, Святая Инквизиция оказывает нам честь… бла-бла-бла… – без всякого почтения к важному документу перетолмачивал одноглазый капитан. – Доблестные братья-рыцари ведут за собой верную паству… бла-бла-бла… Великая миссия… крестовый поход… долгое и опасное плавание… бла-бла-бла… Невзгоды и испытания в пути… достойнейшие из достойных преодолеют все трудности… бла-бла-бла… Очищение заокеанской Скверны… служение Ордену и Черному Кресту… спасение души… бла-бла-бла… Взаимовыгодное сотрудничество… Ага, теперь самое главное пошло. Слушайте внимательно, оболтусы! Святая Инквизиция не претендует на трофеи. То, что будет захвачено во время похода на Запад, достается наемникам. Короче, вся добыча за океаном наша, усекли? Все, артикул зачитан.

Не слезая с седла, полковник демонстративно – чтобы видели все – положил грамоту на верхушку притороченного к седлу шлема и припечатал сверху массивной печатью. Затем Якуб поднял бумагу и показал строю.

Разглядеть что-либо с того места, где находилась русская рота, не представлялось возможным, но всезнающий Кошкодер снова объяснил:

– Там стоит Черный Крест. Печать Святой Инквизиции.

Ландскнехты из рот, выстроившихся поближе к Якубу, что-то одобрительно погудели для порядка. Потом настало время присяги.

Теперь уже полковник слушал, а полк говорил. Рота за ротой, поочередно, на разных языках. Капитаны произносили заранее выученный текст, солдаты повторяли за командирами.

– Клянемся-верно-служить-Святой-Инквизиции-даем-слово-не-щадя-жизни-очищать-Скверну-обязуемся-беспрекословно-выполнять-приказы-братьев-рыцарей-обещаем-не-предавать-интересов-Ордена, – рекруты вразнобой и без энтузиазма бубнили невнятной многоголосицей слова присяги.

Как заметил Виктор, некоторые при этом держали кукиши за спиной, а некоторые и вовсе не утруждали себя произнесением слов, лишь для виду открывая и закрывая рот. Кое-кто, впрочем, не делал даже этого. Виктор, Костоправ, Василь, Костяника и Змейка тоже не произнесли ни звука из того, что каждый ландскнехт Святой Инквизиции обязан был сказать вслух.

Наверное, Кошкодер видел, слышал, знал и понимал, что далеко не все его подчиненные проявляют должную старательность, однако капитан смотрел на такое нарушение дисциплины сквозь пальцы. Он и сам зачитывал присягу без особого рвения. Что, впрочем, и понятно: во все времена наемники бились не за идею, а за плату и добычу. Обещанная выгода от похода на запад привязывала ландскнехтов к Инквизиции лучше любой присяги. По крайней мере, до тех пор, пока они сами считали предстоящий поход выгодным.

Видимо, крестоносцев тоже устраивало такое положение дел.

После принятия присяги Якуб объявил перерыв на обед, а затем ландскнехтам было приказано строиться вновь – уже в походный порядок.

Виктор и его спутники заняли свое место в строю. Их ждал Французский Котел, а думать о том, что будет дальше, пока не имело смысла.

Руслан Мельников

Люди Черного Креста

Пролог

Ветер! Во всем был виноват он. Ветер и течения, во власть которых попали орденские суда.

В стычках с морскими тварями они потеряли четыре корабля. Два оставшихся – командорскую каравеллу и боевой двухмачтовый дромон – занесло сюда.

Брат Хуан, командор Святой Инквизиции, возглавивший очередную разведывательную экспедицию Ордена, поначалу не мог нарадоваться на попутный ветер и бившую в корму невысокую, но постоянную волну. Развевающийся на мачте флаг с черным крестом словно флюгер неизменно указывал на запад.

Ничего не предвещало опасности. Только вода вдруг начала менять цвет. Привычный аквамарин с легкой прозеленью теперь портила желтовато-бурая гамма. За бортами буквально из ниоткуда появлялись клочья липнущих к судну водорослей, темно-бурые оттенки становились более плотными и насыщенными.

У брата Хуана зародилась надежда на скорое появление суши. Однако надежда оказалась напрасной. Наполненные ветром паруса тянули суда все дальше и дальше, а суши на горизонте видно не было.

Несколько раз доносилось радостное «Земля!» впередсмотрящих, но радость быстро сменялась разочарованием. Вместо долгожданного берега мореплаватели видели лишь покачивающуюся на волне пленку бурых водорослей. Их переплетения, гроздья и комья, поддерживаемые на плаву воздушными мешочками, похожими на крупные ягоды, образовывали уже целые плавучие острова, на которые, увы, нельзя было сойти и к которым невозможно было причалить.

По-прежнему дул не очень сильный, но попутный ветер, и корабли, неуклюже лавируя в лабиринте бурых пятен, срезая то тут, то там куски водорослей, двигались дальше на запад. Невозможно было поверить, что такое обилие растительности возникло в открытом море само по себе, а не оторвалось от береговой линии. Брат Хуан безуспешно искал эту линию и не находил ее.

Водорослей становилось все больше. В губчатом месиве копошилась какая-то жизнь. Что-то булькало, двигалось, шевелилось, но на поверхности пока не показывалось. Чтобы проплыть дальше, приходилось взрезать носом и килем перемычки между островами и тревожить их неизвестных обитателей.

Попутный ветер уже совсем не радовал, а обилие плавучей растительности теперь не удивляло, а скорее пугало. Суша – настоящая суша, а не жалкое, колышущееся на волнах ее подобие, не появлялась. Зато впереди раскинулись бесконечные бурые поля с узкими протоками. Слой водорослей стал толще, а оставшиеся за кормой плавучие острова начали смыкаться.

Идти прежним курсом было опасно, и брат Хуан велел выбираться на чистую воду. Это оказалось непросто. Водоросли опутали руль и налипли на днище. Суда стали неповоротливыми и непослушными, а восточный ветер, загонявший их все дальше в плавучий капкан, из друга превратился во врага.

Убрали паруса, но это не помогло. Выгрести на веслах не представлялось возможным: весла застревали в густой бурой массе, как в болоте. Да что там весла! Даже от пароходного колеса или от подвесных моторов, будь они сейчас у них, было бы мало проку. Вязкая пасть втягивала и облепляла добычу со всех сторон. На мачтах тревожно и беспомощно трепыхались флаги с Черным Крестом.

Только теперь брат Хуан в полной мере осознал, в какую опасную ловушку они попали. Немногочисленные узкие протоки, по которым плыли каравелла и дромон крестоносцев, исчезли без следа. Словно кто-то там, внизу, сознательно закрывал пути к отступлению и сжимал неосторожную жертву мягкими плавучими пластами-тисками.

Воды больше не было видно. Нигде. Вокруг раскинулось только плотное бурое месиво. Орденские корабли застряли в водорослях как во льдах и стали частью дрейфующей массы. Их засосало раскинувшееся посреди океана болото. И, разумеется, в этом болоте, как и в любом другом, водились разные твари.

Порождения Скверны будто специально дожидались, пока Инквизиторские суда окончательно утратят свободу маневра. Как только это произошло, твари полезли.