Дитя понедельника - Луиза Бэгшоу

— Да уж, это повод для постоянных насмешек. Эдди одевается словно пугало огородное. Кажется, он вообще не знает, что бывает красивая одежда Думаю, ему просто плевать на свой вид. Эд коллекционирует предметы старины, разбирается в экономике, но не знает ни одного приличного портного. Может, хоть Джанет ему в этом поможет.

— Возможно, — усмехаюсь я.

— Странно, как природа раздает людям таланты, правда? — задумчиво говорит Генри. — Вот Эд не умеет произвести впечатление, хотя невероятно талантлив. А я вообще ни черта не умею, только выбирать приличные костюмы на распродажах. Представляешь, этот я ношу уже три года, а он все еще как новенький. Отличное качество, — гордо говорит Генри.

— На распродажах? Я думала, ты миллионер, — растерянно говорю я, затем краснею от смущения. — Прости, это не мое дело, конечно.

— Да брось, все это ерунда. На самом деле я беден как церковная мышь. Даже беднее. И не знаю, как буду выбираться из финансовой пропасти, в которой очутился в этом месяце.

— А как же работа в семейном бизнесе?

— К сожалению, для продажи недвижимости необходим талант, а у меня его, как я уже говорил, нет. Я зарабатываю жалкие крохи и подумываю о том, чтобы найти другую работу. Мои счета уже не лезут в ящики! — Генри вздыхает.

— А твои родные…

— Я слишком дальний родственник Доусонам. Мои родители были богатыми, в детстве я не знал ни в чем отказа. Но потом все изменилось, сейчас мой отец — бывший военный с мизерной пенсией, мать давно умерла. Спасибо отцу, что он сумел дать мне образование. Я должен отплатить ему тем, что начну хорошо зарабатывать.

— И что ты думаешь делать?

— Я увлекаюсь музыкой, — признается Генри мечтательно. — Когда-то я даже играл на виолончели. Я знаю, что этим денег не заработать, знаю… но ничего другого пока на ум не идет. Даже удивительно, что Лили согласилась со мной встречаться.

— Да уж.

— Любая другая на ее месте нашла бы себе богатого красивого мужчину, который бы носил ее на руках.

Лили появляется из-за двери.

— Вот и я! Куда отправимся? Держу пари, ты станешь настаивать на каком-нибудь шикарном ресторане.

Генри бросает на меня растерянный взгляд, затем пожимает плечами:

— Как скажешь, детка. Я подумывал об одном приличном местечке в Эрлз-Корт. Там отлично кормят, хотя и нет спиртного — ребята так и не получили лицензии. Но это ничего, можно приходить со своими напитками. Есть и другой вариант — закажем еды в каком-нибудь кафе и поедем на пикник за город. Как тебе это?

— На пикник за город? — На мгновение взгляд Лили стекленеет, затем она встряхивается и обольстительно улыбается Генри. — Дорогой, ты такой затейник. Как романтично! Пикник на природе! Он душка, правда, Анна?

— Это уж точно, — киваю я. — Уверена, вечер преподнесет тебе немало сюрпризов, дорогуша.

— Ладно, пошли, — говорит Генри.

— Возьмем такси или ты на машине?

— Лучше на метро, это быстрее.

— На метро? — Видно, что Лили изумлена, но старается не подать виду. — Отлично! Сто лет не пользовалась общественным транспортом.

— Пока! — Я весело машу обоим рукой. — Желаю отлично отдохнуть!

Генри и Лили выходят из квартиры, его рука лежит на ее талии, Лили жеманно поводит бедрами. Генри очень отличается от всех ее предыдущих поклонников. Вот только интересно, как отреагирует Лили, когда узнает, насколько сильно он от них отличается. Как бы она не покалечила беднягу!

Со вздохом снимаю трубку, чтобы позвонить родителям. Проклятие, автоответчик сообщает мне, что мама с папой будут отсутствовать до следующих выходных. Ах да, они же каждый год в это время ездят в Грецию! Снимают скромный домик в черте города. На крыше дома есть терраса, где можно загорать, не выходя на пляж. Всякий раз родители возвращаются страшно обгоревшими, ничего не повидав, кроме нескольких крыш соседних домов, да еще с каким-нибудь пищевым отравлением, но это нисколько не омрачает их впечатлений от отдыха.

Что ж, придется взять запасные ключи от дома у соседки, миссис Уатли. Но я тут же отбрасываю эту идею. Соседка не отпустит меня из своей тесной прихожей до тех пор, пока не выпытает все подробности моей личной жизни, а я сейчас не готова к таким жертвам. Значит, придется еще неделю просидеть в Лондоне.

Слава Богу, что сейчас я в квартире одна. Делаю себе чашку ржаного кофе и стараюсь думать о чем-то приятном, что удается довольно плохо.

Что я стану делать после того, как отсижусь у родителей? Конечно, всегда можно пойти в уборщицы, но такая перспектива отчего-то не радует.

Я звоню Ванне и коротко рассказываю о разрыве с Чарлзом. Причину разрыва (Суона) я не называю, чтобы не выставлять себя еще большей дурой. Ванна предлагает приехать ко мне и поддержать меня, но я отказываюсь. Прошу ее отослать обратно все подарки, присланные по случаю помолвки и будущей свадьбы, — сама я не смогла бы этим заниматься.

— Ни о чем не волнуйся, дорогая. Я обо всем позабочусь.

— Спасибо, подружка. Я так тебе благодарна. Мне только жаль, что тебе пришлось потратить уйму денег на ту вечеринку.

— Какая глупость! Вечеринка вышла чудесная, так что жалеть совершенно не о чем. Нам, богатеям, нужен лишь повод для пирушки, так что не надо расстраиваться из-за денег. У меня каждую неделю вечеринки, если ты помнишь. Кстати, скоро намечается еще одна. Придешь? Как раз и развеешься.

О Боже, нет! Я и о прошлой-то вспоминаю с ужасом!

Глаза наполняются влагой. Схватив какую-то смятую салфетку, валяющуюся на полу, торопливо сморкаюсь и промокаю ресницы.

— Нет, Ванна, но все равно спасибо.

— Кстати, ты не хотела бы работать под моим началом? Я верю в твои возможности. Будешь моим… экстра-ассистентом. Я не стану заставлять тебя варить кофе и буду прилично платить. Знаешь, издательское дело очень увлекает. Ты многому научишься, и, если будешь справляться, получишь повышение.

— Ух ты! Это… такое щедрое предложение…

— Значит, решено? Как видишь, Анна, на друзей всегда можно положиться. Ты не одинока.

Немного помолчав, я отвечаю:

— Ванна, дорогая, я… не могу. По крайней мере пока…

— Почему? Плюнь ты на гордость! Свою первую должность я тоже получила по протекции. И только будущее покажет, заслуживаешь ты своего места или нет.

— Спасибо, но… я не чувствую интереса к издательскому делу. Мне ближе… в общем, я хочу быть сценаристом.

— Ну как знаешь. Но если передумаешь — милости прошу.

После разговора с Ванной на душе становится не так муторно. Что ж, по крайней мере я не останусь без работы и мне не придется идти в уборщицы. Как здорово иметь преданных друзей, таких как Ванна и Джанет. И Чарлз…