Трон тени - Джанго Векслер

же надо будет рассказать об этом Янусу, если им когда–нибудь выпадет случай поговорить наедине.

Позади нее все так же монотонно гудел голос Дантона. Впереди высились стены Вендра, где Джейн наверняка была по–прежнему занята чертовски важными делами. Вокруг ликовала толпа, поднимая тосты за победу, распевая популярные в кофейнях песенки и даже кое–где пускаясь в пляс. Кто–то добыл скрипку и играл на ней неумело, но с воодушевлением, что вполне соответствовало мастерству певцов.

Винтер сунула в рот последний каштан, скомкала бумажный пакет и побрела куда глаза глядят.

Расиния

У дверей «Летнего домика леди Фарнезе», окруженного сейчас солдатами в красно–синих мундирах — личной охраной Януса, Расиния повернулась к придворным и слугам, которые гурьбой следовали за ней от самого дворца.

— Здесь мы должны расстаться, — сказала она. — Мне необходимо побеседовать с графом Миераном о чрезвычайно важных делах.

С этими словами Расиния коротко кивнула Сот, и та подошла к ней. Янус распахнул входную дверь, и миерантайский кордон сомкнулся, отделив свежеиспеченную королеву от ее свиты. Тотчас поднялся протестующий ропот, и Расиния вновь обернулась.

— Господа, прошу вас, — терпеливо проговорила она. — Отдать дань этикету можно будет и позднее, но государственные дела не могут ждать. Благодарю вас всех за беспокойство.

Она вошла в дом и, дождавшись, пока за спиной захлопнется дверь, тяжело вздохнула. «Неужели вот так мне и предстоит теперь жить до конца своих дней?» Ответ был удручающе очевиден.

— Ваше величество, — сказал Янус, — прошу прощения за то, что так настойчиво приглашал вас сюда, но, полагаю, вы ничуть не больше, чем я, хотите, чтобы наш разговор был во всех подробностях передан его светлости.

— Думаете, здесь мы в безопасности? — Расиния огляделась по сторонам. Ни слуг, ни охраны видно не было, но это ровным счетом ничего не значило. Онлей с его изобилием потайных дверей и укромных коридоров был идеальным местом для охотников за чужими секретами.

— Насколько это в моих силах — да. Мисс Сот уже ознакомилась с моими приготовлениями.

Сот кивнула.

— Если только Орланко после моего ухода не изобрел новых хитроумных уловок, нас никто не подслушает.

— Отлично. — Расиния помолчала, собираясь с мыслями. — В таком случае, может быть, вы двое наконец расскажете мне, что, черт возьми, происходит?

Она бросила на Сот убийственный взгляд:

Ты никогда, ни единым словом не упоминала, что знакома с графом Миераном!

Расиния и сама удивлялась тому, как сильно это ее уязвило. Сот была единственным человеком, кому она доверяла всецело, безгранично, и тем болезненней оказалось вдруг обнаружить, что камеристка от нее что–то скрывала. Впрочем, этого следовало ожидать. Сот явилась из мира, которым правили тайны.

— Уверяю вас, — проговорил Янус, — наше знакомство состоялось совсем недавно. Услыхав о вашем… падении, я связался с ней и предложил свою помощь.

— Так вы знали… — Расиния запнулась. Он знает всё. — Откуда?

— Думаю, — сказал Янус, — будет лучше всего начать с самого начала. Присядьте, прошу вас.

Он сопроводил свои слова приглашающим жестом. Они находились сейчас в прихожей особняка, за которой располагалась гостиная с диванчиком и креслами. Следуя приглашению, Расиния вошла туда и осторожно присела на диванчик, расправив жесткие складки траурного платья. Янус устроился в кресле напротив, а Сот осталась стоять.

— Я бы предложил чем–нибудь подкрепиться — ночь, как ни говори, выдалась на редкость долгой. Впрочем, полагаю, ваше величество не нуждается в подкреплении сил, да и в любом случае я отослал всю прислугу, чтобы мы могли поговорить, не опасаясь даже моих собственных людей.

Расиния коротко кивнула.

— Благодарю вас, — сказала она. — А теперь…

— «Что, черт возьми, происходит?» — Янус откинулся в кресле, и по губам его скользнула беглая улыбка. — Что ж, вопрос по существу. Дабы не вдаваться в ненужные подробности, я не стану рассказывать всю историю своей жизни и просто замечу, что глубоко изучил сверхъестественные и оккультные науки. То, что некоторые называют темными искусствами. Демонологию. Магию.

— Опасный род занятий, — заметила Расиния, прилагая все силы, чтобы не выдать своего удивления.

— Безусловно. И однако же есть места, где он процветает. По большей части в восточных городах Лиги — там власть Элизиума слабее всего. Именно туда я отправился, чтобы расширить свои познания, и именно там три года назад меня отыскали агенты вашего отца.

— Агенты моего отца? Вы имеете в виду Конкордат?

— Категорически нет. Разумеется, герцог входил в кабинет министров его величества, но в данном случае позиции короля и министра информации… скажем так, существенно различались. Тому, кто связался со мной, щедро, хотя и не напрямую заплатили, чтобы он разыскал людей, сведущих в тайнах магии, и представил их королю. При этом были предприняты все предосторожности, чтобы Последний Герцог остался в полном неведении относительно этих поисков.

Но зачем? С какой стати моему отцу понадобилось искать магов?

Отец, насколько знала Расиния, совершенно не верил в магию — впрочем, как и всякий здравомыслящий современный человек. Не будь она одержима магической сущностью, она и сама бы, наверное, разделяла его скептицизм.

— Его величество желал посоветоваться со мной по одному весьма деликатному делу. — Янус выразительно кашлянул. — Говоря без околичностей, это дело касалось вас.

Меня?! Что за нелепость! — Она энергично тряхнула головой — и вдруг застыла. Голос ее упал до едва различимого шепота. — Он… знал?

— Да.

Расинии внезапно стало тесно дышать — как будто черное траурное платье само собой резко уменьшилось и сдавило грудь.

Отец все знал.

Она всегда страшилась, что отец узнает правду о том, что с ней произошло. Даже сочиняла в уме драматические сцены разоблачения — как правило, среди ночи, когда неспособность заснуть становилась невыносимой. Воображала, как он велит заковать ее в цепи и увести, заточить в какой–нибудь мрачной тайной темнице. Может быть, даже казнить, если б только он придумал, как это сделать. Сжечь на костре. «В конце концов, его настоящая дочь мертва. Я — нечто совсем иное. Демон».

Расиния судорожно сглотнула.

— Он хотел, чтобы вы… избавились от меня?

Янус покачал головой.

Его величество искал способ… скажем так, вылечить вас. Исправить то, что сделал с вами Орланко. Разумеется, так, чтобы вы при этом остались живы.

Глаза предательски защипало. Расиния уронила голову в ладони, упершись в колени локтями.

«Отец все знал».

Она не хотела разрыдаться на глазах у Януса. Справиться с этим было легче легкого: Расиния попросту перестала дышать.

«Он все знал и желал