Сирахама - Артур Прядильщик

— А это?

— Это GPS-навигатор для собачек среднего размера. Как раз для нашего черного кабанчика… ну, на вырост, само собой. Точность — один-два метра.

— Считаешь, этот черный разбойник может куда-то убежать? — Засомневалась Мисаки. — С такого хлебного места?

— Не-е-ет. — Я улыбнулся… идея девушкам, наверняка, понравится. — Но ведь Точимару постоянно крутится рядом с Сигурэ…

— Хо-о-о. — Девушки, действительно, заулыбались и стали переглядываться.

— А это что? — Миу показала на непрозрачный сверток.

— Это костюм, в котором ты сейчас поедешь со мной праздновать твое день рождение!

— Вечернее платье? — Сделала предположение заинтригованная Миу.

— Ну, можно и так сказать. Примеришь? Я тут пока подожду… я вот и консольку взял — в «Мортал Комбат» срежусь по сетке.

— Я быстро! Девочки, поможете? — Миу подхватила коробку и убежала… а я подмигнул Мисаки и Ренке. Те подмигнули в ответ и тоже скрылись за воротами.

— Знаешь, в чем сила боевых искусств, брат? — Послышался голос Сакаки из-за спины.

«М-да… в последнее время все Редзинпаку взяло за правило подкрадываться ко мне со спины!»

«Не ной, Малыш! Считай это тренировкой нашей чувствительности!»

— В том, что изначально слабый может победить сильного. — Ответил я.

— Примитивно. Поверхностно. Пошло. Но что-то в этом есть. Сила боевых искусств в том, что изначально ЛЮБОЙ человек, имеющий две руки, две ноги и чуть-чуть мозгов может стать сильнее ЛЮБОГО другого человека, который тоже занимается, но делает это чуть менее старательно. А все эти «старшие крови»… все эти клановые пляски вокруг постели новобрачных… Хочешь маленький секретик от Сакаки?

— Конечно, Сакаки-сэнсэй!

— В этом додзе, малыш, только два человека обладают тем, что принято называть «старшей кровью». Понимаешь? Только два — ты и Миу. А, нет… уже четыре: Мисаки и Ренка! А так… Даже Старейший родился когда-то давно маленьким засранцем, пачкающим пеленки, от совершенно обычных…

Сакаки вдруг прислушался к чему-то, наклонив голову, и недовольно цикнул. В следующую секунду нас накрыла мощная жажда крови. Сакаки хлопнул меня по плечу и… исчез. Спустя мгновение на то место, где он стоял, заставив землю задрожать, откуда-то сверху приземлился Старейший.

— Сакаки-баки, маленький негодник! — Старейший был слегка… разгневан. — Ты кого «маленьким засранцем» назвал!!! Ну я тебя…

Старейший, как в мультиках, нарочито изобразил, как принимает высокий старт, но — снова выпрямился:

— Вообще-то, Кен-чан, Сакаки прав. И не прав. Секрет не в этом. Да и нет секрета. Дело в том, Кенчи, что «старшая кровь» есть в любом человеке — у кого-то на поверхности, у кого-то глубоко внутри. Просто в Старших кланах не хотят идти по пути Редзинпаку и выковыривать «старшую кровь» из «генетического брака», как они выражаются… — Старейший посмотрел в небо и прищурился. — Хм… первый полигон, да? Хитре-е-ец… — Он спохватился. — Ах, да, Кенчи! Как обычно — я тебе этого не говорил!

Снова высокий старт. Хлопок воздуха. Поднявшееся облачко пыли. Через три секунды с первого полигона послышались взрывы, крики и вопли…

Понятно, почему соседи не обращают внимания не происходящее и не вызывают полицию — привыкли к жизни рядом с дурдомом…

— Кенчи! — Позвали меня от ворот.

Предвкушающие эмоции Миу я почувствовал еще десять секунд назад, когда она только подходила к воротам, но специально не стал оборачиваться, чтобы «отложить удовольствие» в полном соответствии с этой гениальной древнекитайской философией от Акисамэ-сэнсэя.

Ме-е-едленно оборачиваюсь… и застываю, как громом пораженный — ТАКОГО эффекта я не ожидал!

— Миу! Какая же ты красивая! — Вырвалось совершенно искренне прежде, чем я смог совладать с эмоциями.

Обтягивающий мотокомбинезон с рисунком белой шерсти и белыми меховыми оторочками манжет, щиколоток и короткого стоячего воротника. Перчатки и ботинки, разумеется, были стилизованы под кошачьи лапки. Не знаю, как этого добились дизайнеры, но сейчас, когда комби был надет на тело девушки, рисунок складывался так, что дух захватывало!

— Ня? — Миу, крайне довольная произведенным эффектом, покрутилась передо мной, демонстрируя свой новый костюм.

А затем подошла и поцеловала так, что… Ну, после полутора секунд ТАКИХ поцелуев — от Старейшего обычно прилетает мощнейший удар «жажды крови»… Мы с Миу, конечно, пытаемся сопротивляться, медленно, но верно каждый раз увеличивая время. И у нас даже есть успехи — сейчас уже шесть секунд! Но превращать ЭТО в тренировку — как-то оно…

Правда, сейчас Старейший немного занят на первом полигоне.

«Малыш! Надо обязательно сказать спасибо Сакаки! Это ж просто царский подарок!»

С другой стороны, «жажду крови» Старейшего в данный момент вполне успешно компенсировала зависть от Мисаки и Ренки, любопытные носы которых снова торчали из ворот… А от Ренки — еще и «приправа» в виде усиливающегося возбуждения!

«С Ренкой, действительно, надо что-то делать, Малыш! И не то, что ты подумал! Во всяком случае, не сейчас! Очередность девушки установили, видимо, коллегиально. Так что „морковки“ нам пока не светят, потому что начинать надо с самой главной, а если мы начнем с нее, то… Старейший может прищуриться нам куда-нибудь в район пояса…»

— Спасибо! — Шепнула Миу мне на ухо. — Кэнсэй, когда мою обновку сейчас видел, чуть слюной не захлебнулся! Так что лучше побыстрее уехать…

— Он за фотоаппаратом побежал? — Забеспокоился я.

— Гораздо хуже, Кенчи. — Серьезно ответила Миу. — Он стал набивать кому-то СМС-сообщение!

— О-о-о…

— Шлем для меня найдется?

О, да! Шлем был!

И на этот раз всегда спокойная Миу не удержалась и завизжала, захлопав в ладоши и запрыгав, как маленькая девочка. В каталоге этот белый шлем-интеграл назывался «неко-шлем». Треугольные жесткие «воздухозаборники»-уши, аэрография мордочки кошки, голографические голубые глаза с вертикальным зрачком на щитке…

Жаль, что в шлемах целоваться невозможно. Но искренние и бурные эмоции Миу, которая тут же натянула «неко-шлем», были отличной компенсацией!

Но при этом девушка испытывала и какое-то неудобство. Странно. Что не так? С размером не угадал, что ли?

«Блин! Старею, Малыш! Надо было сразу ей шлем вручить, чтобы она в додзе могла на себя в зеркало посмотреть! Тут же зеркала нет! Уй, баран какой! Уй, баран!»

«Успокойся, Старик! Ну, что ты панику разводишь на пустом месте! Остановимся у какой-нибудь витрины! Заодно девушка перед прохожими покрасуется! Даже лучше получится, чем просто перед зеркалом! К тому же, если б она сразу надела шлем, мы бы не получили свой честно заработанный поцелуй!»

«Хм… растешь, Малыш! Растешь!»

Отсюда, с лесистого склона безымянной горы в Фуццу, открывался великолепный вид на расцвечивающийся огнями вечерний Токио, раскинувшийся на другой стороне Залива.

Огромный город уже погружался в сумерки, но как раз сейчас яркой иглой, все еще освещенный солнцем, пылал длинный белый шпиль «Токийского Небесного Дерева». На западе, огромным черным конусом высилась Фудзияма. Жаль, что сейчас не лето — Солнце опустилось бы точно за огромный вулкан.

Вечер выдался на удивление безоблачным. А видимость сейчас, в феврале, была великолепная — ни смога, ни дымки от испарений воды в Заливе.

Ну, тут уж сама обстановка располагала — мы с Миу снова стали целоваться…

И нас снова накрыла «жажда крови»! Да что же это такое?!

— Не понял!

— Не поняла! — Одновременно сказала Миу, отрываясь от меня и недоуменно озираясь.

Как?! Ну, вот как?! Ну, понятно, Старейший — это сверхчеловек. Да. Но передвигаться за нами со скоростью девяносто километров в час (больше выдавать я опасался — все-таки новичок еще… хоть и Сакаки натасканный)… А приехали мы сюда только пять минут назад… Или телепортация доступна не только Апачаю?

Тьма опять лезла из-под каждого камня, и я понял…

ЭТО БЫЛ НЕ СТАРЕЙШИЙ!

Кто-то другой. Очень-очень-очень опасный! Мужчина… или женщина?

Из солнечного сплетения ударила теплая волна, Черная знакомо хмыкнула, распахивая крылья, а «Братья» сами оказались в руках… Я смог определить примерное местонахождение противника и заслонил Миу… Она, конечно, умеет танцевать, но с клинками — оно как-то надежнее. И мне спокойней. Если слово «спокойно» хоть как-то применимо к моему текущему состоянию.

— Выходи… те! — Обратился я к деревьям справа. Слова выталкивались наружу с трудом. — Сам найду… хуже будет…

— Пупочек не надорвешь, хлопец? — Насмешливый женский голос. Незнакомый.

— А ведь не надорвет, дорогая. — Ответил ей примерно оттуда же мужской голос. Чувствовалось, что говорящий тоже усмехается. — Во всяком случае, не сразу. Ты такая грозная, когда к Миу кто-то…