Божьи безумцы - Жан-Пьер Шаброль

и вверил душу свою господу. Тогда злодей сказал ему следующее: «Я дарую тебе жизнь из уважения к твоему сыну, который сражается на моей стороне, но предупреждаю тебя, что ежели ты еще вздумаешь наушничать офицерам королевских войск обо мне и моих братьях, я снова приду и тогда тебе не будет пощады. Встань и веди себя впредь благоразумно. Где бы ты пи был, никогда не забывай того, что я тебе сказал». Пример достаточно убедительный. Об этом происшествии, кажется, ходили кое-какие слухи… По-видимому, Самуил умалчивает об этом из дружеских чувств к сыну Вернисака.

97

..начинается уже нехватка соли и муки. — Такое положение действительно создалось в сентябре 1703 года (см. «Историю административных учреждений Лангедока и их деятельности», изд. Ашетт, 1884 г., стр. 442; письмо Монревеля от 23 августа; донесение Лабома, ор. cit., стр. 181 и 120, Архивы департамента Эро, c. 186 и т. д.)

98

…полное уничтожение сотен наших деревень. — Замысел «Великого Севеннского разрушения» (название, принятое в официальной переписке), так называемой «Варфоломеевской ночи гугенотских жилищ», по выражению Мишле, давно уже вынашивался интендантом Бавилем.

В конце концов ему удалось убедить маршала де Монревеля, «Если бы я поддался чувствам, которые питаю к почтенным жителям сего края, я бы, наверное, собственноручно вешал их на грушевых деревьях, что там произрастают!» (Библиотека Арсенала, III, 854, стр. 89).

Однако Людовик XIV колеблется: на этот раз будут опустошены не Пфальцские земли (1689 год; относительно этого заграничного прецедента см. весьма любопытную переписку между маршалами Дюра, Тессе, Монклер и Лувуа по вопросу о том, каким способом лучше сравнять с землей Вормс, Шпире, Оппенгейм и т. п.), а часть собственного его королевства, откуда поступали в казну немалые налоги (пожалуй, побольше, чем из других провинций). Письма, находящиеся в Военном архиве, свидетельствуют о спокойной настойчивости интенданта и маршала…

Наконец, в письме от 22 августа Шатонеф Ла Врийер, министр по вопросам «религии, именуемой реформатской» (в каковом качестве он и стремился перехватить Лангедок у Шамильяра, военного министра; один старается опередить другого и присвоить себе заслугу в подавлении мятежников), уведомляет интенданта, что король готов дать свое согласие…

К тому времени высшее командование уже собралось в Алесе, имея на руках детально разработанный план (приказы властей печатаются сразу же по их утверждении). Документ № 270 (том 1639, Военный архив) позволяет думать, что в ходе длительной подготовки кто-то, то ли офицер, то ли прелат (по крайней мере, такой случай был) поднял голос в защиту стариков и женщин, — на эту мысль наводит следующее восклицание маршала: «Упаси вас боже, выселять женщин и стариков! Коль скоро они не могут держать в руках оружие, подобно молодым людям, они и не помышляют причинить нам зло, а заключение их под стражу будет для близких столь же горестно, как и изгнание других жителей!»

Другие документы связаны с доставкой на место лопат, кирок и прочего инструмента; в третьих же уточняется порядок производства работ: «За сим надлежит разбить ополченцев на отряды, согласно полученным распоряжениям; часть оных употреблена будет для разрушения домов. Дома же надобно пытаться разрушить подкопом под фундамент или любым другим способом, который сочтен будет удобным. Коль скоро проку из того не выйдет, спалить оные надлежит…»

16 сентября Монревель пишет Шамильяру о том, что военачальники заняты подтягиванием армейских частей, а интендант запасает продовольствие перед тем, как выехать в Барр, чтобы на месте «руководить и управлять ходом великих работ» (т. 1708, стр. 116).

В тот же день особым нарочным доставлено разрешение Людовика XIV.

Тотчас по получении королевского указа генералы от инфантерии Вержето и де Марсильи выступили в Барр с двумя батальонами из Рояль-Контуа и двумя — из Суассона, драгунским полком из Лангедока и 200 драгун из Фирмакона.

Одновременно Юлиан направляется к Пои-де-Монверу во главе двух батальонов из Эно…

Тем временем маркиз Де Каниллак перебрасывает из Руэрга к Веброну два батальона своего полка.

Граф де Пейр с 45 ротами ополченцев из Жеводана прибывает в Пон-де-Монвер, доставив туда «великое множество мулов, груженных кирками, топорами и прочими железными орудиями, годными для слома домов…»

Главное руководство «Великим разрушением» с начала до конца осуществлялось Юлианом Отступником, который писал Шамильяру следующее: «Хоть и человеческая душа во мне, я с жестокостью тигра стану истреблять сих злодеев, покуда не изведу все их племя…» (Военный архив, т. 1707, стр. 69).

99

…где накануне побывал Отступник. — Истребительные отряды под командованием Юлиана Отступника приступили к «Великому разрушению» в понедельник 1 октября 1703 года. 26 того же месяца главнокомандующий доносит королю, что от Сен-Морис-де-Ванталона, Сеп-Прива-де-Валлонга, Сеи-Фрезаль-де Ванталона, Сент-Илер-де-Лави, Сент-Андре-де-Лансиза, Сент-Андеоль-де-Клергемора, Кастаньоля. Виала и Фрютжьера не оставлено камня на камне (см всю переписку по этому вопросу в Военном архиве).

100

…непрестанно лил дождь. — В письмах, которые генерал Юлиан отсылал ежедневно военному министру, он выражал свое недовольство дождями, которые заливают пламя пожаров, прочностью домов с мощными гранитными сводами и жалуется па своих подчиненных, особенно на ополченцев: «Люди сии, алкавшие воровской поживы и узревшие, противу ожиданий, край безлюдный и нищие дома, сии мерзавцы, имеющие довольствием лишь кусок баранины да два фунта скверного хлеба, выказывают при срытии домов леность и нерадивость, удивления достойные…» (Военный архив, т. 1078, стр. 141). Еще более отдают желчью слова главнокомандующего разрушением, когда он высказывается о ходе выселения местных жителей: «Что же до выдворения обитателей мест сиих, пятидесяти тысяч солдат мало для поимки одного человека, ежели оный не захочет даться в руки… обреченные селения словно повымерли… все живое спасается бегством: в окрестные леса, скалы и пещеры… юноши и девицы, поддавшиеся соблазну лукавого, бежали к камизарам… тем менее хлопот Государю нашему, который по милости своей несравненной призрел бы их и накормил — ибо кротость и великодушие присущи Его Величеству, следующему во всем путями Христа-Спасителя нашего, являвшего пример милосердия и всепрощения и не отказывавшего в приюте даже величайшим злодеям…» (ibid стр. 127)

101

…что свинцовая пуля, что оловянная — все едино… — Во многих документах подтверждается, что камизары пользовались оловянными пулями. Очевидцы сообщают, что солдаты пуще всего боялись этих пуль, считая их отравленными; по их словам, раны от таких пуль очень скоро вызывают «антонов огонь», и даже пустяковая царапина приводит к смерти. В бумагах судопроизводства были обнаружены протоколы допроса камнзаров, схваченных во время облавы, после того