Прикосновение хаоса - Скарлетт Сент-Клэр

Персефона приподняла бровь.

– Если бы я не знала тебя так хорошо, я бы подумала, что ты говоришь о себе.

Гермес фыркнул. Затем заговорила Геката, и ее голос эхом разнесся по переполненному залу.

– Да здравствуют наши царь и царица! Пусть они царствуют вечно!

Толпа зааплодировала, а Персефона посмотрела на Аида.

– Вечно, – повторила она.

– Вечности никогда не будет достаточно, – сказал Аид. – Не тогда, когда я прожил полжизни без тебя.

Она хотела возразить ему, что он мог бы сказать иначе – что он прожил полжизни с ней, – но она знала, что он не согласится.

– Возможно, я смогу заставить тебя забыть, что ты когда-то был одинок, – сказала Персефона.

– Я принимаю твои слова.

– Ты воспринял это как вызов?

– Нет, – сказал Аид и ухмыльнулся. – Как обещание.

Примечание автора

Когда я начинала «Прикосновение хаоса», я знала, что это будет непросто, но не представляла, насколько сложной станет эта книга. Я заканчивала серию, которая оказалась намного масштабнее, чем я могла себе представить. С 2019 года состав персонажей только рос, и я почувствовала необходимость довести ее до идеального завершения.

Долгое время я говорила людям, что знаю об этой книге две вещи: я должна вывести Аида из лабиринта и там должна быть еще одна Титаномахия, но больше я ничего не знала. Я искала еще что-то, чтобы сделать из книги грандиозный финал, хотя на самом деле в книге есть эти две вещи, и этого достаточно – более чем достаточно.

Это прекрасное завершение серии, и я так горжусь этой книгой, так благодарна за то, что она получилась такой цельной – ничего из этого не вышло бы без моих читателей.

Огромное спасибо всем вам за вашу преданность Аиду и Персефоне. Вы бросили мне вызов способами, о которых вы никогда не узнаете, и сделали меня лучшим автором. Эта серия – эта книга – была бы ничем без вашей поддержки, без вашего желания увидеть Аида как часть этого мира. Все это было бы ничем без вашей любви, и я буду бесконечно любить вас за это.

Теперь, как вы, вероятно, привыкли, я расскажу о многом из того, что вдохновляло «Прикосновение хаоса». Я всегда ценю тех из вас, кто остается, чтобы прочитать все от начала до конца, потому что исследовательский аспект моих книг – один из моих любимых, а в этой книге его много.

Как упоминалось ранее, я всегда знала, что мне понадобится вторая Титаномахия. Я говорила в конце «Прикосновения зла» об этом и о том, как боги склонны повторять циклы: первобытные были свергнуты титанами (Кронос свергает своего отца Урана), а затем титаны были свергнуты олимпийцами, и каждый цикл начинается с кастрации, которую мы видели в «Зле», когда Геката решает наказать Зевса.

Мне нравится, что это начало падения Зевса, потому что оно также знаменует изменения в том, как повторяется цикл. Процедуру проводит не бог, который борется за трон, а Геката. Вероятно, это одна из причин, почему Зевс не задумывается о том, что это знаменует конец его правления, а также потому, что ему удалось избежать любого пророчества, предсказывающего его падение, что является еще одним циклом, повторяющимся на протяжении всего мифа.

Когда Зевс узнал, что его первая жена, Метида, родит двоих детей, один из которых должен будет свергнуть его, он обманом заставил ее превратиться в муху и проглотил ее.

Зевс решил выдать Фетиду, нимфу и богиню воды, замуж за Пелея, как только было предсказано, что у нее родится сын, более великий, чем его отец (независимо от того, родит ли она сына ему или Посейдону).

Мне начало казаться, что в какой-то момент это пророчество нацелилось на Царя Богов, и настанет время, когда он не сможет избежать его, а это означало, что судьба, постигшая его отца и его деда, постигнет и его и неизбежно приведет к новой Титаномахии.

Большая часть того, что мы знаем о битве между титанами и олимпийцами, заимствовано из «Теогонии», произведения Гесиода, которое по сути является мифом о сотворении мира и включает в себя начало и конец Титаномахии.

Так как настоящая десятилетняя битва между титанами и олимпийцами не описана подробно, я черпала вдохновение из другой десятилетней битвы, Троянской войны.

Троянская война

Во время Троянской войны Зевс в основном придерживался нейтралитета, полагая, что битва поможет обезлюдить землю. Он занимает аналогичную позицию на протяжении всей серии, предпочитая не вмешиваться, даже когда другие боги призывают его к этому. Гера же была вовлечена, особенно потому, что чувствовала себя ущемленной троянцами. Но Зевс запретил богам вмешиваться, поэтому Гера решила соблазнить его с помощью Гипноса, который освободил богов и дал им возможность не подчиняться его приказам.

Гера осуществляет тот же план в «Хаосе», единственное исключение состоит в том, что, когда Зевс наконец засыпает, она приказывает повесить его на небе, что она рассматривает как месть за то, что он сделал то же самое с ней – после того, как она попыталась свергнуть его ранее.

Еще одним элементом, который я добавила в «Хаос», стали погребальные игры в честь Адониса, которые были распространены во многих культурах. Это была особая отсылка к играм, которые провел Патрокл во время Троянской войны. В начале обычно проходят гонки на колесницах, но поскольку в «Злости» у меня уже была сцена с колесницами, я решила сослаться на это в эпизоде, когда боги прибывают на мероприятие.

Атака на храмы и убийство жрецов и жриц – это отсылка к тому, как Ахилл совершил набег на город и захватил в плен жрицу Аполлона, которая умоляла бога освободить ее. Аполлон отомстил Ахиллу и его людям, выпустив чумную стрелу в животных, мужчин, женщин и детей. В «Хаосе» я дала Артемиде выпустить первую стрелу, чтобы начать битву после того, как были убиты жрицы.

Подвиги Геракла

В лабиринте есть несколько упоминаний о подвигах Геракла. В том числе о победе над Немейским львом, Эриманфским вепрем и Критским быком. Из этих трех бык, согласно мифу, на самом деле был убит Тесеем.

Мне показалось, что включение этих испытаний в лабиринт прекрасно сочетается с «Игрой возмездия», и их появление еще больше укрепляет связь Геры с Тесеем. Гера возненавидела Геракла и свела его с ума, заставив убить жену и детей, что в конечном итоге привело к подвигам.

В мифах есть подробности о Немейском льве, такие как его когти, похожие на мечи, и зловонное дыхание. Аид убивает льва – так же, как лев был убит Гераклом. Геракл тоже снял шкуру со льва, используя его собственные острые когти.

Появление Гермеса в виде младенца в лабиринте – это всего лишь отсылка к нескольким мифам, в которых фигурирует младенец