Драма Мориарти: "Воля кукловода..." (СИ) - Флос Валери

Этот лай застрял в моей голове, вселяя приступ дикого ужаса… Разум будто потускнел, а время замедлилось… Она неслась, желая разорвать, несмотря не на что. А этот жирдяй решил опустить меня ниже плинтуса и даже убить за неповиновение…

“Нет…” — глухо прозвенело в голове, смешиваясь с моими лихорадящими душу мыслями: “Никакой ничтожный опарыш не посмеет вставать у меня на пути…!”

В момент мои губы исказила безумная улыбка, а глаза застилала кровавая пелена. Будто кем-то ведомый, я вышел из-за спины остолбеневшего Бай-Чон-Е и дьявольски, не своим голосом, прорычал:

— Не вам, гниды, указывать перед кем мне прогибаться… Я убью каждого, кто дерзнет помешать приказу Госпожи!!!

В эту же секунду время наверстало свой бег, ускоряя бешено летящую на меня псину! Едва она зашла в широкий прыжок, чтобы впиться в мое горло желтыми зубами, как внезапно…

*Херак!* *Протяжный собачий скулеж! Испугано вскрикнул вельможа! Сдавленный “Ух ты.” от дроу, кои подивились увиденному.*

Медленно вытер ладонью с искаженного лица брызнувшие капли теплой вонючей крови. Повел в сторону запачканным белым клинком, расправляя плечи. *У-у-у…у-у-у…* Псина продолжала скулить у моих ног, пытаясь отползти в сторону. Лишь бы скрыться. Лишь бы… Безумно скалясь, сапогом наступил на ее голову, вдавливая косматую башку в грязный снег. Истошный вой прокатился на весь бродвей! Не знаю почему, но свидетелей всего бардака этого не было. Словно мрачная аура наполнила косой переулок своей субстанцией и не пускала посторонних войти и увидеть творящиеся внутри бесчинства. Не замечая лихорадочные шевеления существа, я, склонив по птичьи голову, дико посмотрел на знатного, испуганного до чертиков, господина и тихо прошептал:

— С тобой, жирная мразь, будет тоже самое…

Рывок!

И скулеж резко прекратился, как и трепыхания под моими ногами. Псина обмякла и затихла, испустив последний в своей жизни вздох от еще одного удара, нанесенного в самое сердце! Безумно рассмеявшись, я по доброму ему улыбнулся и известил: — Не только контракт, но и завещание ты составить не успеешь… — переступив мертвую тушу, я принялся медленно двигаться в его сторону. С каждым шагом заставляя испуганного вельможу нервно вздрагивать и пятиться назад.

Не знаю, что он увидел на моем искаженном лице, но лишь только я смог поймать его бешено крутящиеся глаза в свои цепи, как моментально его потные щеки побелели, словно мел, а руки потянулись к груди… Я же не унимался:

— Смеешь решать, кому подарить легкую смерть, а кому нужно всю жизнь гнуть спину и пресмыкаться под таким ничтожеством, как ты!? Хах, много же ты взял на себя!

Неожиданно тело мужика панически задергалось в неведомом приступе. В округе в разы потемнело, будто сама Пустота пожелала явиться к нам в гости. Из рта господина, лишь он вдохнул эту черную, полную обиды и мук субстанцию, внезапно потекла бордовая гнилая кровь, перемешанная со слюнями! Он закашлялся, схватившись за горло! Аура сдавливала, подгибала его, заставляя передо мной встать на колени. Но он пытался держаться.

Краем уха уловил беспокойный окрик наставника, который, подбежав к Бай-Чон-Е, уже понял, что может последовать дальше. “Такой догадливый…”

— Живо закрой уши! — заорал он ему сквозь густую пелену. Тот быстро повиновался, не отрываясь от лицезрения жуткой картины перед собой.

Не обращая внимания на них, я неотрывно смотрел на этого жирдяя и короткими шажками сокращал дистанцию:

— Ничтожество… Мусор… — рычал я чужим голосом, кое-как различая в бреду его широкую фигуру. — Любишь людей за мелочь в рабов превращать, а? — меч в руке нервно задрожал, готовый в любой момент ринуться в мишень и исполосовать ее на ленточки. Но я держался. Сея словами хаос в сердце мужика: “Ты пожалеешь, что посмел на меня тявкать, пес!”

С каждым моим последующим произнесенным словом, в небе, словно раскатом грома, отзывалось громогласное эхо, гуляющее по кромешной ауре, как по лабиринту:

— ТАК… ЛЮБИ… И САМ… В НОГАХ ПОЛЗАТЬ… ПРИ МОЕМ ПОЯВЛЕНИИ… ЧЕРВЬ!!! ТЕПЕРЬ Я… ТВОЙ ХОЗЯИН!!!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Эти слова прозвучали приговором для вельможи… Бедняга бессильно упал на брусчатку коленями. Покоренный и поломанный. Скрутившись в подобии глубокого поклона, он истошно заскулил передо мной:

— Мой повелитель! Я готов умереть за вас!

В тот же миг злая аура сотряслась, точно в приступе хохота, и аккуратно, никого не задев, отступила, испаряясь. Свет от фонарей вернулся обратно, никем не пожираемый. Пелена в глазах спала, так что теперь я мог рассмотреть корчущегося в попытках угодить мне господина.

Вдруг, сила, что так мягко заполняла все мое тело своей энергией, исчезла. Руки, держащие меч, моментально ослабли и выронили белоснежный клинок прямо в лужу грязи. Сам же я от подкосившихся ног, осел чуть поодаль на более сухое место, устало опершись об каменную стену. Закрыл глаза…

— Эй, Мор… — кто-то тихо позвал меня через время, тряся плечо. Я замычал и нехотя разлепил веки. Передо мной сидел Бай-Чон-Е, пытаясь вернуть потухшее сознание в норму. Его взгляд мерцал озабоченностью, однако лицо все также оставалось беспристрастным. — Приди в себя… — прошептали его темные губы.

— Бай-Чон-Е… — ели слышно отозвался я. Эльф не отрывал от моего лица лиловых глаз. Все пытался найти в нем что-то странное, неестественное. То, что меня откровенно пугало, а его волновало. Странная аура, вспышка гнева и столь громогласные слова, несущие проклятья на чужие головы… Поддерживаемый руками дроу, я сел поудобнее. Хоть мне и было жутко холодно, но мои губы растянулись в подобии улыбки. Взглянув на него, я виновато протянул: — Я… без спросу одолжил ваш меч, лонк Де Иррида, и… испачкал его… Позвольте исправить сие недоразумение…

С этими словами потянулся в сторону лужи и вынул оттуда клинок. Оружие, носящие на себе пару зачарований, гулко завибрировало в руке, будто жалуясь на свое плачевное положение. Поспешно протер его подолом камзола и, встав на оба колена перед дроу, протянул меч хозяину, с виной во взгляде опустив голову.

— Вот. Такое замечательное оружие требует к себе должного обращения. Я был груб и не почтителен, запачкав его кровью псины…

Де Иррида, не торопясь, принял назад свою вещь и, ничего не говоря, помог мне встать. Выпрямившись, огляделся. Переулок был пуст. Ни вельможи ни Зеврана.

— А где…? — недоуменно поинтересовался я, покосившись на темного эльфа. Тот нехотя пояснил:

— Они пошли разбираться со стражей и заминать дело.

— Что… что было? — словно на краю сознания услышал свой голос. Не понимая ситуации. Он удивленно покосился.

— Разве ты не помнишь? — немедленно задали мне вопрос, придерживая за талию. Удрученно покачал головой.

— Я потерял сознание? Черт. Помню, что жутко испугался и в порыве выхватил с вашей спины клинок, рубанув косматую тварь. А после… все как в тумане… ох…!

— Что? — участливо вопросил Чон-Е, слегка опустив голову и покрепче сжав хватку, чтобы я не упал.

— Голова… больно и шумит… — зашипел я змеей, прижав ладонь ко лбу. — А еще, я вспомнил, что мой перерыв кончился… если я не вернусь вовремя в ресторан, то Вавилон лишит меня половины заработка.

— В такой момент, ты думаешь о каких-то деньгах? — высокомерно отозвался эльф, хмыкнув.

— Ты хоть знаешь…, каких трудов мне стоило устроиться в этой столице на работу с хорошим заработком!? — недовольно бросил я и встал более устойчиво на земле, перестав на нем висеть.

— Развлекать толстух? Мерзость! — фыркнул он и сложил меч в ножны.

— Ты… такой брезгливый! — слабо хохотнул в рукав, пропустив слова с подковыркой мимо ушей. — А знаешь ли ты, сколько у меня теперь связей с высшим светом и сколько еще будет, м? Также новые братья хорошо обучают грамматике и чтению между арендой за даром! Да, каждый день таит в себе кучу проблем и рисков. Но лучше потерпеть это и обрести куда как больше выгоды, чем расставлять на полках булки за гроши в Богами забытой забегаловке!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Словил на себе заинтересованный взгляд лиловых глаз.