Хелл. Обещанная усем любоффф. - Елена Звёздная

— Женщина, — Ксиай резко схватил ее волосы на затылке, заставив ее смотреть в его белоснежные глаза, этой явной демонстрацией грубости, добавив страсти в их чувственную игру, — ты как всегда видишь истину…

— Мой господин… — низким, чуть с придыханием, полным страсти голосом произнесла Хелл…

Они оба играли с огнем, танцевали на лезвии кинжала и получали от этого ни с чем несравнимое удовольствие, вот только для остальных это была страсть. Дикая страсть, на грани инстинктов и чувственности..

— Великий император Ксиай Агросхине Отайнгеро исвиш Шененгьхери, — вперед выступил Храй, в чем ни Ксиай, ни Хелл не сомневались, прекрасно вычислив в нем наиболее стремящегося к власти, — это ваше последнее слово?

Император Дарка оторвался от Хелл, смерил Храя недовольным взглядом.

— У меня нет последнего слова, у меня есть единственное слово! Свои решения я не меняю, если уж они были озвучены. Мне не нужна война, в которой так предсказуема моя победа. Мне нужен сильный союзник, поэтому мирный договор я подпишу лишь с одним из вас! Удачной игры со смертью, сильнейшие из рргаранов Ракашеса!

Демоны поняли его намек на то, что их визит затянулся. Теперь поклон четверки был исполнен гораздо большего уважения, чем в начале приема.

Ксиай ответил благодушным кивком. На выходе из тронного зала, каждому из рргаранов был передан свиток, с указанием времени — Великий император Ксиай Агросхине Отайнгеро исвиш Шененгьхери дал лишь трое суток на выбор достойнейшего.

Едва демоны покинули тронный зал, Ксиай резко нагнулся, подхватил Хелл на руки и уложил к себе на колени.

— Ну, наемница, ну ты… истинная женщина! Я не верил, что все получится!

Она рассмеялась, перекинув ноги через подлокотник, и устроившись, таким образом, поперек трона, хитро ответила:

— Когда поняла, что малыш опять балуется, стало страшно, но ты прав, до конца не верилось! Потом присмотрелась, и все детали мозаики сошлись в картинку!

Даркианец откинув голову, расхохотался, и смех его был столь заразительным, что невольно Хелл рассмеялась вместе с ним. Все тело охватила легкость, как и всегда когда удавалось провернуть нечто из ряда вон выходящее. Ксиая явно охватило подобное чувство, поэтому вскочив с трона, он подхватил ее на руки и закружил по залу в безумном вихре.

Несколько секунд она наслаждалась, потом ее затошнило:

— Все, опусти меня! — потребовала наемница, — иначе великолепный пол твоего зала украсят значительно более неприятные пятна, чем кровь!

— Ооо, — он тут же остановился, — прости, забыл.

Опустив Хелл на пол, демон придержал ее, заметив, что у наемницы с равновесием возникли проблемы, потом обнял:

— Для полного ощущения торжества победы, мне не хватает только одной милой сероглазой наемницы, стонущей на моей постели… — прошептал Император Дарка.

— Ладно, уговорил, так уж и быть обещаю полежать и постонать, а ты можешь постоять рядом и полюбоваться! А мне для полноты ощущения счастья, — Хелл коварно усмехнулась, — не хватает вкусного ужина! Есть хочу, сильно-сильно!

— Тахешесс! Женщина, нельзя же быть такой бесчувственной!

— Тахешесс, демон, нельзя же быть таким жадным. Я тут, понимаешь ли, рискую собой, демонов соблазняю, а ему жаль накормить бедную наемницу!

— Рррр..

— Начинается! Ты, наверное, именно поэтому не хотел рассказывать о доходах, — начала философски рассуждать Хелл, — доходов у тебя нет, вот ты и экономишь на еде… Но я тебя понимаю, Ксиай, то что ты ешь не видит никто, а вот то, что ты носишь, видят все. Эту истину мне еще Алекс поведала…

— Хелл!

— Я уже пять лет как «Хелл»!

— В этот раз я ругался, — хмуро сообщил даркианец.

— Ааа, а я подумала, что ты грозным окриком пытался призвать меня к порядку, потому что глаза твоих стражников раза в три уже увеличились. И похоже мои слова они восприняли в серьез, и уже подозревают, что жалование ты им урежешь.

Обняв ее и спрятав лицо в волосах наемницы, Ксиай едва не рыдал от смеха, взглянув на своих стражников, продолжил истерично хохотать.

— Хелл, ты чудо мое сероглазое! — он подхватил ее на руки и понес прочь из тронного зала, — ладно, будет тебе ужин. Могу сам приготовить… в смысле там вилочку возле тарелочки положить.

— Фи, император, а как на счет поймать дичь, зажарить и накормить любимую женщину?

— Фи, наемница, я не думал что ты такая кровожадная! Я же во дворце только демона поймать могу, но не уверен, что получиться вкусно его приготовить!

— Впрочем, — он оценивающе посмотрел на двух замерших у дверей в его кабинет стражников, — если таково твое желание…

Разговаривали они на даркианском, поэтому оба с трудом удержали серьезные выражения на лицах, когда стражники начали медленно сереть от ужаса.

— Не, они старые, — осмотрев демонов, заявила Хелл, — пусть живут. Хотя если замариновать в вине…

Ксиай не выдержал первым, и отпустив Хелл почти согнулся от смеха, наемница же продолжала осматривать демонов, с кровожадным выражением голода на лице.

— Я так последний раз веселился… когда ты обошла жрицу Танатры, — отсмеявшись, сообщил демон, идем уже, наемница!

— Ему весело, — возмутилась Хелл, — а девушка тут с голода умирает!

Стражники, еще кое-как державшиеся до этих слов, заметно вздрогнули, вызвав у императора новый приступ смеха. В итоге до малой столовой, которую Хелл уже знала, императора Дарка пришлось тащить за руку.

— Ты как? — Ксиай повернулся на бок, любуясь улыбкой блаженствующей наемницы.

Хелл, закинув ногу на ногу, любовалась зеркальным потолком, над его постелью, и своим отражением тоже:

— Я в восторге, — сообщила девушка, — в абсолютном, неповторимом и… дальше сам придумай, в общем в восторге!

— Ха, — он тоже лег на спину и теперь смотрел на ее отражение, поймав взгляд абсолютно счастливых глаз, — ты такая красивая, Хелл.

— Это ненадолго, — усмехнулась наемница, — скоро появится животик, отеки там всякие, как у Лекси… Я скучаю по ним… Домой хочу, на Рай… — все благодушное настроение, после вкусного и сытного ужина, мгновенно испарилось. Она решила отвлечься от не слишком приятных мыслей. — Ставлю десять золотых на то, что рргаранам Ракашеса трех дней не понадобятся, управятся за два!

— Нет, спорить я с тобой не буду, — лениво протянул Ксиай, — сутки, не больше, после чего ко мне прибудет Льяр!

— Льяр? Я была уверена что Браон! — она погладила несколько проявившийся после ужина живот, — он сильнейший.

— Да, тут ты права, — Ксиай снова лег на бок, протянул руку и положил сверху ее ладони, поглаживающей животик. — Но именно Льяр умеет расположить к себе, а затем нанести удар, и именно с ним мне будет интереснее всего!