Призраки и пулеметы (сборник) - Вячеслав Бакулин

Иду вдоль длинного ряда собранных автоматов, давно ожидающих первой закладки угля. Моя гордость, моя несбыточная надежда.

Сколько поколений писак, величавших себя литераторами, грезили о сказочных чудесах, о волшебстве и магии, способных украсить нашу обыденность. Всё здесь, вот она – сказка, воплощенная в жизнь, практическая магия на посылках у человека. Совершенные механические существа, которые призваны верой и правдой служить людям. Они все изменят… Нет, не так, они должны были все изменить, но сказка останется сказкой, потому… Стоп, хватит уже о «потому». Господин изобретатель, посмотри внимательно на дела рук своих. Сказка уже никогда не останется сказкой, ты распахнул ей двери в наш мир. Они прекрасны, посмотри, не отводи взгляда! Железные аполлоны, ожившие памятники, скульптура нового времени. Техническая революция свершилась – здесь и сейчас! Машины, чья движущая сила – пар, величайшее творение разума, на которое оказалась не способна исчерпавшая себя природа. Ее подвела скудная фантазия, но у человеческой фантазии нет границ. Ты создал новую эволюционную лестницу, венцом ее уготовано стать неорганическому существу, воспроизводящему себе подобных. Автоматы, собирающие автоматы… Вот в чем величие твоего творения, вот что положит начало паровой эпохе, которую благодарные потомки назовут золотым веком в истории.

Я хохочу, громко до неприличия, заливаюсь, как мальчишка. До соленых слез в глазах, до боли в челюсти. Воображение разыгралось не на шутку. Зачем мне штатный подлиза, когда я сам себе пою столь вдохновляющие дифирамбы. В собственной лести нет лжи, я и впрямь многое сделал для развития автоматонов. Мои механизмы единственные в мире имеют манипуляторы-пальцы, которыми управляются не хуже своего прародителя, а в потенциале оставят его далеко позади. Я многое усовершенствовал в логических машинах, так что отныне механическим слугам более не нужен надзиратель, они способны обслуживать себя сами. И, действительно, я могу научить их самовоспроизводству, сборке себе подобных…

Моя идея фикс, игра на запретной территории. Игра в Бога. Он создал людей, и люди стали плодиться и размножаться, чтобы однажды покорить Землю, подчинить ее себе. Мы достигли вершины самоэволюции, прирученная сила пара сделала нас подобным богам. Теперь люди достаточно умны и могущественны для нового акта творения, человек породит автоматонов, более высокую ступень развития разума. Пока они кажутся неуклюжими и беззащитными – такими были наши древние предки, но генезис механизмов пойдет совершенно с иной скоростью. У моих креатур нет в запасе миллионов лет, жестокая борьба за выживание отмерила им всего-навсего пять дней.

Смех смолкает, застревая в горле. Я свободен. От обязательств и морали, а главное – от страха. Два смертных приговора освободили от гнета ложных и постыдных чувств. Трусливого изобретателя, годами обманывавшего самого себя, больше нет. Как глупо бояться собственных идей, ограничивать собственную фантазию, не понимать дарованной силы… Столько лет идти к безумно амбициозной цели, невыполнимой, самонадеянной, и остановиться перед финишной прямой, не решаясь сделать последний шаг…

Неужели я смогу бросить свои любимые создания? Отдать на поругание нечистоплотным дельцам, готовым превратить уникальные машины в груды бессмысленного металла? Разве так обращаются с родными детьми? Я не стану предателем, не оставлю вас умирать. Обещаю. Хватит множить глупость и уповать на слабость, когда в твоих руках невиданная мощь. Грех не воспользоваться ею.

Я увидел свое отражение на блестящей, начищенной до зеркального блеска поверхности механического стража. Мое лицо, искаженное, во много раз увеличенное преломляющимися под разными углами гранями его нечеловеческого тела, казалось гротескным и карикатурным. И только глаза, налитые кровью, пылающие огненной яростью, превращали карикатуру в картину, достойную кисти Иеронима Босха. Взгляд безумца? Пожалуй. Я корчу из себя Бога и Творца? Определенно. Мания величия? Сомневаюсь. Не нужно мне ни власти, ни чужого преклонения – пресмыкающиеся и раболепствующие лжецы вызывают лишь горечь и презрение.

Лучше быть сумасшедшим, чем запертым в клетке из собственных страхов… Может раздвоение личности? Одна личина – трусливая, сломленная бесконечными неудачами, ищущая избавления в смерти, другая – свободная, уверенная в себе и своей правоте, ищущая, но не смерти, а новых, непроторенных дорог. Опять ложь, нет никакого раздвоения. Трусость есть, а диссоциативного расстройства идентичности, как любят говорить казуисты от психиатрии, – нет.

Впрочем, диагноз значения не имеет. Да, я съехал с катушек, и какая разница, случилось это только что или давным-давно, когда молодой ученый уверовал в собственную исключительность, приравнял себя к Богу, способному менять ход эволюции. Deus ex machina, теперь я понимаю истинный смысл сказанного, прямо сейчас я творю этот смысл. Я – сумасшедший, и потому способен на многое. На ВСЕ. Я – это ОН, Его новая ипостась, готовая к распятию во имя…

– Что я несу, прости, Господи…

Я виновато улыбаюсь – себе или Ему, не знаю.

– Прости. Правда. Я очень быстро теряю рассудок. Я слаб и растерян, но сила переполняет меня, призывает к действию… Да, именно, слабость и сила – вместе, хотя не понимаю, как они уживаются в одном несчастном человеке, и это сводит с ума. По-настоящему. Я не очень верю в Тебя, не молюсь Твоим иконам, золото храмов не заставляет трепетать мое сердце, но Твою главную заповедь я чту и помню. Суицида не будет, не будет живое существо вершить мою судьбу – ни я сам, никто другой. Не дам убить себя, я не жертвенный агнец. Путь борьбы, выбираю его. Буду покушаться на Твое величие, оспаривать Твою монополию на эволюцию… Ты прости грешного, прости глупого еретика. То не гордыня во мне говорит, не страх смерти, не безумная жажда жизни. Раз уж Ты наделил меня Даром, раз уж ты верил в меня, имею ли я право сдаться без боя? Я в ответе перед Тобой, а еще перед ними…

Обвожу рукой застывшие механизмы. Они ждут, и я чувствую их ожидание, слышу неизъяснимую мольбу о движении, о действии, о смысле творения. Я понимаю, все понимаю. Есть ли тут желающие повоевать за собственную независимость?

Первые расчеты на арифмометре убедительно доказывают, что в пять отведенных дней не уложиться никак. Нужно минимум семь. Семь – это хорошая цифра, правильная, для сотворения нового мира самая потребная, однако что делать с дефицитом в двое суток?

Можно использовать существующие производственные линии, я закладывал их с большим технологическим запасом. Мирные специализации – дворецкие, уборщики, камердинеры и прочая такая шушера – идут к черту. С профильными сложнее. Если делать одних сборщиков, то на шестой день конвейер встанет в связи с безвременным отсутствием главного конструктора, то есть меня. Как пережить неприятности шестого дня? Главному конструктору потребуется охрана, личная гвардия, способная отстоять его драгоценную жизнь и свободу. Значит, помимо сборщиков на поток придется ставить стражников, сторожей и универсалов с развитыми манипуляторами. Из них я сделаю солдат, это не сложно – блокиратор УБЧ в логическую машину (спасибо тебе, проклятый кайзерский механик, твое ноу-хау не пропадет втуне) и винтовку в руки. Вернее, в манипуляторы. Это страшнейшее нарушение научной изобретательской этики, коллеги проклянут за подобные штучки, но война есть война, извините, уважаемые чистоплюи.