Когда земли окутает мрак - Вуд Яна

Сердце Хейты судорожно сжалось.

– Надо его отыскать, – сипло прошептала она и сорвалась с места.

VIII

Далеко бежать не пришлось. Черный пес поджидал их у опушки. Хейта сразу поняла: что-то не так. В мыслях снова всплыл образ Гэдора. Она судорожно сглотнула и шагнула навстречу Псу. Тот повернулся и потрусил в сторону городских ворот.

Поле боя перед городом представляло страшное зрелище. Земля стала бурой от засохшей крови. Тела валялись повсюду, изувеченные, неестественно изогнутые, обезглавленные, лишенные рук, ног и последних остатков достоинства. Они лежали недвижно, точно старые поломанные куклы.

«Вот только то не куклы, – подумалось девушке, – их не починишь и не оживишь с с помощью волшебства».

Хейте сделалось тошно, к горлу подкатил комок. Подавив желание крепко зажмуриться и убежать, она продолжила шагать за Черным псом. Остальные двигались следом.

Еще издали она приметила гаргулий. Они возвышались над полем, точно уродливые монументы, воздвигнутые в память о сегодняшней битве. Заметила она и химеру. Та стояла, высокая, смертоносная, как скала в море, о которую разбиваются неосторожные корабли.

Когда Хейта и хранители приблизились, она хищно сузила змеиные глаза.

– Здравствуй, Чара. Приятно видеть тебя и твоих друзей в добром здравии. – Она ощупала их ядовитым взглядом. – Надеюсь, никто из вас не пострадал?

Хейта не стала реагировать на эту издевательскую подначку.

– Всё кончено, Мерек, – тихо, но твердо произнесла она. – Тебе здесь больше делать нечего.

Химера наигранно округлила глаза.

– Как? Ты прогоняешь меня? – Она погрозила ей пальцем. – Так делать нехорошо. Невежливо с твоей стороны.

Хейта нахмурилась. Ей не нравилось, какой оборот принимает их разговор, не нравился тон химеры, не нравились гаргульи, сверлившие их тупыми тяжелыми взглядами, и самое главное, ей не нравилось, что она не знает, где искать Гэдора. Но и подыгрывать химере она была не намерена.

– Я не гоню тебя, ибо не имею на то права, – проговорила Хейта. – Но бой окончен. Мы все смертельно устали. Так к чему эти разговоры?

Химера широко улыбнулась, выставив напоказ крепкие острые клыки.

– О, я не намерена утомлять вас еще больше. Думаю, сегодня мне удалось как следует вас занять. – Она холодно усмехнулась. – Я лишь хочу исполнить обещание.

Хейта почувствовала, как в груди ее противно заныло, а по спине пробежал холодок.

– О каком обещании ты говоришь?

– Ну как же? – Мерек вновь наигранно удивилась. – Уже позабыла? Негоже Чаре иметь такую худую память. Я обещала отплатить тебе, помнишь? Заставить страдать, убивать всех, кого ты любишь и наслаждаться твоими мучениями.

– Ты уже попыталась сделать это. С Фэйром, – ответила Хейта. – Но у тебя ничего не вышло.

Химера пожала плечами.

– Что ж, готова признать, в тот раз я сплоховала. Но сегодня я такой ошибки не допущу.

– И как ты намерена нас достать? – спросила Хейта. – Не думаю, что силой мысли ты способна убивать. – Девушка говорила твердо, но внутри нее все точно покрылось ледяной коркой. «Где Гэдор? – мелькнула в голове отчаянная мысль. – Где же Гэдор?»

Видимо, смятение таки отразилось на ее лице, потому как химера довольно склонила голову набок и осклабилась.

– Ты зна-аешь, кто доживает свои последние минуты. Догадалась уже. – Она оглянулась. – Тащи его сюда.

Какой-то оборотень выступил из-за гаргульи и выволок на свет сопротивляющегося Гэдора. Сердце в груди Хейты взорвалось болью, точно в него с маху вошел топор. Остальные хранители словно окаменели.

Руки следопыта были связаны, он был весь перемазан грязью и кровью, на скуле багровели свежие царапины. В остальном это был их Гэдор, уверенный и невозмутимый, самоотверженный и отважный, даже присутствие химеры, казалось, его не пугало.

Мерек с притворной лаской подошла к следопыту со спины и приобняла его за шею.

– Смотри, кого я раздобыла, Чара. Вашего главу. Скажи, ты сильно расстроишься, если я заберу его жизнь?

Хейта до боли сжала кулаки, в глазах ее отчаянный испуг смешался с неукротимой яростью. Она почувствовала, что такая же волна злого ужаса нахлынула на остальных, но не обернулась. Ее внимание было всецело приковано к Мерек и Гэдору.

– Ты заполучила его, да, тебе это удалось. Признаюсь, я удивлена, – произнесла она, тщательно подбирая слова. – Но тебе незачем ему вредить. Тебе нужна я. Чтобы не стояла на пути. Отпусти его, и я пойду с тобой добровольно. Клянусь.

Девушка услышала, как за ее спиной ахнул Мар.

Гэдор мотнул головой, выдавил хрипло:

– Хейта, не надо.

Но Мерек сжала когтистой рукой его горло, и он закашлялся.

– Ты хочешь предложить себя взамен Гэдору?

Девушка кивнула.

– Именно так.

Химера плотоядно сузила глаза.

– Как это благородно! Добрая, самоотверженная Чара готова пожертвовать собой ради спасения друга. – Она сверкнула глазами. – Смотреть тошно! На тебя, на этих жалких неудачников за твоей спиной. – Химера приблизила рот к шее Гэдора. – Но можешь не надеяться, Чара. Разговорами ты тут не поможешь. Поганый следопыт вдоволь попил моей крови. Пришло время воздать ему за это сполна. – Она зловеще прищурилась. – И потом, ты что, забыла о том, чему я учила тебя? Хочешь причинить боль своему врагу, покарай тех, кто ему до́рог.

За спиной химеры Хейта заметила Рукс. Она вперила в нее умоляющий взор. Но та лишь судорожно сглотнула и потупилась. Хейта едва не взвыла от бессильной злобы, перевела взгляд на химеру и поняла: времени на раздумья не осталось. Она вскинула руки. Поток свет обрушился на Мерек и Гэдора снежной лавиной. Их разметало по сторонам, ни один не устоял на ногах. Хейта со всей мочи бросилась к следопыту.

Он лежал на спине, схватившись за шею рукой. Хейта судорожно сглотнула, заставила себя сжать пальцы Гэдора и отвести их в сторону. На шее зияли две маленькие ранки. Такие крошечные, и притом гибельные, роковые и зловещие. Хейту вдруг посетила полубезумная мысль: «Как часто что-то маленькое является причиной гибели чего-то большого».

– Нет, – прошептала она побелевшими губами. – Нет!

– Не плачь, – прошептал Гэдор. – Не надо.

– Я же сказала тогда, – раздался над их головами голос Мерек. – Ты проиграешь, Чара, и станешь темной, хочешь ты того или нет. Я всё у тебя отниму. Заставлю страдать. Желать смерти как избавления от мук, что будут раздирать на части твое сердце. Ты, прекрасная добрая Чара, станешь самым ужасным кошмаром Запредельных земель.

Хейта устремила взгляд на Мерек, он был злым и неистовым, казалось, если бы она могла испепелять глазами, то сделала бы это тотчас.

Химера безумно расхохоталась.

– Какая радость видеть, как твое милое личико искажено от ярости и боли. Готовься, Чара, это не последний раз, когда тебя будут раздирать на части эти чувства. Это только начало. – Оседлав гаргулью, она кивнула: – До скорой встречи.

Хейте очень хотелось крикнуть ей что-нибудь гадкое, злое, ужасное, но мука и страх сковали ее язык. Она перевела взгляд на Гэдора и не смогла сдержать слез, они покатились по щекам сами собой, крупные, как капли дождя.

– Н-не плачь, – вновь повторил Гэдор.

Лицо его уже начало приобретать ту нездоровую бледность, что случается, когда яд химеры попадает в кровь. Девушка помнила это из книг. Смерть настигает несчастного не сразу, сперва яд истязает его, причиняя нестерпимую боль.

– Нет, – выпалила она. – Я тебя излечу. Не дам умереть. Просто полежи спокойно.

Но Гэдор ухватил ее за руки и с трудом поворочал головой.

– Не глупи, ты же знаешь, от яда химеры нет исцеления. Не спасет даже сила пастырей.

Хейта знала это. Но она не могла представить мир, в котором не будет Гэдора. Искусного следопыта, верного друга, заботливого главы отряда. Она не могла поверить, что в последний раз видит его слабую улыбку, осмысленные темные глаза, слышит голос, по-отечески родной.