Из пепла - Молли МакАдамс

мне, его пальцы каким-то образом оказывались на моем горле или запястьях. На самом деле у него это получалось очень хорошо, до такой степени, что если бы я не знала, что он делает, то подумала бы, что он нежно обнимает меня. Когда он притягивал меня к себе, это почти всегда делалось за запястье; иногда, целуя меня, он заводил мои руки за спину и удерживал их там, но его указательный палец всегда оказывался на точке, где бился пульс. В других случаях он касался моих щек, но вместо этого обхватывал меня за шею, что мне нравилось, и еще больше нравилось, как он проводил большим пальцем по моему горлу, но, как я уже сказала, я знала, что он делает.

И хотя прошел уже месяц, и я подумала, что он должен иметь возможность видеть меня, не проверяя, дышу ли я, я не собиралась говорить ему ни слова. В конце концов, не я одна видела, что его грудь не двигалась. Не мне пришлось щупать его пульс.

Мы начали готовиться ко Дню благодарения, до которого оставалось чуть больше недели, и я была немного взволнована и нервничала по этому поводу. Последние два года я готовила для ребят на День благодарения, но в этом году буду готовить с Тессой и Амандой, и, как мне сказали, это блюдо было их фирменным. Я спросила, почему мы устраиваем обед в честь Дня благодарения, а не праздничный ужин, и Гейдж только пожал плечами и сказал: «Это же Техас», — будто это было единственное объяснение, в котором я нуждалась. Я только приподняла бровь, глядя на него, и подождала, пока он не вздохнул и не изложил свою версию объяснения.

— Все проводят этот день со своей семьей, но у нас, дорогая, всю ночь уходит на игру «ЮТА — А-М» (компьютерная игра).

Моя реакция, когда я увидела, что его мама и папа смотрят на меня так, будто я уже должна это понять была:

— О.

Если приготовления ужина на День благодарения с Тессой было недостаточно, чтобы нервничать, то не помогало и то, что на прошлой неделе у меня были некоторые проблемы, из-за которых мои нервы были на пределе. Я позвонила своему врачу, и он сказал, что, особенно после шока от укуса и аллергической реакции, мне не стоит беспокоиться по этому поводу. Но я беспокоилась по этому поводу; на самом деле, это было все, о чем я думала. Так что я сказала Гейджу, что мне нужно съездить в город за вещами для его мамы, и я вернусь к ужину — все это правда, но не целиком. Он и так уже достаточно натерпелся; Мне не нужно было волновать его своим плохим самочувствием… и другими случайными вещами.

Еще раз взглянув на дверь кабинета врача, затем на часы на приборной панели, я схватила свою сумочку и выскочила из внедорожника. Пришло время выяснить, что именно сделал со мной этот укус скорпиона.

ЧАС СПУСТЯ я снова сидела в своей машине и просто смотрела в никуда. Я пыталась придумать, как сказать Гейджу, но с трудом могла убедить себя, что это происходит на самом деле, так как же я могла сказать ему? Я даже не знала, что я чувствую по этому поводу — нет… Это неправда. Я знала. Я точно знала, что чувствовала. Я была в ужасе, и все, что могла видеть, это моя мама и Джефф. Воспоминания так сильно врезались мне в память, что, клянусь, я до сих пор чувствовала, как Джефф бьет меня по спине большой вазой, пока она не разлетелась вдребезги. Я почувствовала, как мама взяла один из больших осколков и вонзила его мне в поясницу, сделав большой кровавый крестик. Я слышала ее стоны, когда Джефф выворачивал ей мозги, после того как они отпустили меня в мою комнату.

Я вздрогнула и даже встряхнулась, когда потянулась за сумочкой и письмом от мамы. Прочитав его три раза, потратив еще несколько минут на то, чтобы прочистить мозги и снова найти красоту в их прахе, я глубоко вздохнула и достала свой телефон.

— Как поживает мой прекрасный друг?

— Хорошо. — Я рассмеялась и провела рукой по своим длинным волнистым волосам. Я еще не была в порядке, но скоро буду. — Сколько времени ушло на то, чтобы прислать мою майку в прошлый раз, Джейк?

— Ха! Тебе понравилось, да? Хочешь еще одну?

— Мне нравится моя футболка прекрасного друга, и я ее люблю, но она нужна мне до Дня благодарения. Как думаешь, это возможно?

— О, черт возьми, да, Кэсс. Она будет у меня максимум через неделю. Еще одна с надписью «Прекрасный друг»?

— Э-э, нет. — У меня тряслись руки, и мне пришлось положить ту, в которой телефон не был зажат, на руле.

— Ты скажешь мне, чего ты хочешь, или мне сделать тебе сюрприз?

Я нервно рассмеялась и сделала глубокий вдох, прежде чем заговорить.

— Нет, я знаю, чего хочу, но, Джейк, ты не можешь… Позволь мне повторить. Не могу. Рассказать. Всем. — Когда он согласился, я объяснила ему, чего именно хочу, и он молчал целую минуту, пока я не закончила.

— Ты серьезно, Кэсс? — спросил он, на этот раз совершенно серьезно.

— Да, я только что узнала, так что не мог бы вы это сделать, а я пришлю чек по почте сегодня же?

— Хорошо, я все сделаю и никому не скажу. Но я ни за что не позволю тебе так просто соскочить, не отплатив мне, малышка.

Я улыбнулась.

— Спасибо, Джейк.

***

ПОСЛЕДНИЕ полторы недели были настоящей пыткой. Я тысячу раз чуть не сказала Гейджу, но, к счастью, каждый раз останавливала себя. Мне нужно было время, прежде чем сказать ему, чтобы привыкнуть к этой мысли и по-настоящему обрадоваться этому. И я радовалась; Боже, я была в восторге. Прошлой ночью я почти не спала, зная, что сегодня утром он, наконец, узнает.

После утренних объятий он ушел делать то, что всегда делает по утрам, а я бросилась в душ. Я высушила волосы феном и выпрямила их, но не стала краситься, потому что была уверена, что это утро обещает быть эмоциональным.