Тара - Елена Ларичева

Юля подозрительно прищурилась, пытаясь понять, издевается он, вдохновенно врёт, или на самом деле и думать о ней не думал.

- Но я рад, что ты тут живёшь. Только сейчас я звонка жду, с минуты на минуту.

Девушка недоверчиво тряхнула головой, но решила на первый раз простить наглеца.

- Тебе обязательно здесь ждать? - наконец спросила она.

- Вообще-то, неверно нет. А ты где живёшь?

Вдруг подумалось, а не у её ли тёти проблемы? Но нет.

- На втором, - ответил она. - А твои к кому пошли? Случаем не к Иде Константиновне? Она вечно на голоса жалуется? - спросила она, жестом приглашая его войти в подъезд.

- Нет, у Марии Антоновны.

Брови Юли удивлённо изогнулись. "Не врал, выходит? Или у него тут уже всё разведано?" - выражало её лицо.

- Это невысокая такая старушенция, с вечно грустным лицом? У неё ещё сын в Афгане погиб.

- Понятия не имею. Вот Олежик знает. Его звонка жду.

- Ясно, растеряно промолвила Юля, останавливаясь у тёткиной квартиры.

Квартира была уютной, маленькой, миленькой. Гостя, помимо пятидесятилетней тётки встречали два шарпея в красных ошейниках, тут же деловито обнюхавших Богдановы туфли. В гостиной, по совместительству являвшейся столовой и спальней, чужака обозвал "лентяем" желто-зелёный попугай, по-барски разгуливавший по спинке кресла.

- Ну вот, здесь я обитаю, - обвела рукой помещение девушка. Тётка деликатно удалилась на кухоньку. - Надеюсь, твоя секьюрити сюда не просочится, - шепотом добавила Юля. - А то у тёти сердце слабое.

- Я тоже надеюсь, - пробормотал Богдан. Напоминание о Тутохтиной оптимизма не прибавило.

И тут зазвонил телефон. "Не она! Только не она!", - промелькнуло в голове бухгалтера, несмотря на то, что мелодия ригтона была вполне привычной - протяжно-весёлой песенкой из индийского кинофильма. К счастью, это Олег вызывал его на подмогу.

- Извини, дела, - виновато пробормотал Юле бухгалтер, попятился к выходу, едва не споткнувшись о шарпея.

- Удачи, охотник за приведениями, - помахала ему рукой девушка.

А Богдан уже был у квартиры предполагаемой жертвы мар. То, что бабка жертва, сомнений у бухгалтера не возникло. Скорбное лицо, похожее на залежавшийся сухофрукт, отпущенные вниз уголки беззубого рта. Вот только глаза живые, бегающие, оценивающие. Они-то и сбивали общее скорбное впечатление от знакомства.

Олег вручил ему два пакета с вязанными кофточками, ухватил его за локоть, оттащил обратно на лестничную площадку и зашептал:

- Сашка звонил. Приехала. Я бабку загипнотизировал чуток, чтобы не окочурилась от нашего нашествия. Бегом наверх, Аришу с Ромкой сюда, а ты затаись мышкой, не шурши. Когда всё уляжется, позовём. Are you understood?

- Ага.

- Бегом! - ведун хлопнул приятеля по плечу, и Богдан побежал вверх по лестнице. Двумя этажами выше, у самого выхода на чердак он нашел начальницу с магом. Те всё поняли до того, как он открыл рот.

- Жди, - кивнул ему Рома и съехал по перилам вниз. Арина просто побежала через две ступеньки.

Как всегда его участь ждать в стороне. Впрочем, с этим делом он успел натерпеться как никогда в жизни. И всё равно разглядывать выкрашенные синей краской стены и железные двери было обидно. Бухгалтер осторожно спустился до четвёртого этажа и присел на корточки у перил.

На лестничной площадке внизу послышались голоса. Богдан затаил дыхание. Судя по всему, дверь открыла бабка, впустила мар внутрь.

На какое-то время в подъезде воцарилась тишина. А потом послышались голоса Юли и Варвары. Они шли вместе в квартиру. В ловушку. Понимая, что ребята ничего не сделают девушке, Богдан, тем не менее, напрягся, борясь желанием, как в приключенческих фильмах, выскочить наперерез врагу с криком: "Юля, беги!".

Может быть, он зашуршал пакетом. А, может, Мара просто учуяла его. Не важно. Варвара остановилась, наклонилась к Юлиному уху и что-то зашептала. Странно, но бухгалтер слышал эти слова так же отчётливо, как и она. И понимал - это финал. Это то самое заклинание, подавляющее волю людей, заставляющее прыгать с крыш, мостов и прочих высоких точек.

Он попытался сопротивляться, зажать уши, вспомнить какую-нибудь глупую детскую считалочку или популярную песенку, засоряющую мозги наподобие подсолнечной шелухи. Какое-то время ему это даже удавалось, потому как Варвара схватила Юлю за волосы и потащила за собой наверх, не переставая бубнить заклинание. Только поднявшись к Богдану, она уставилась на него холодными злыми глазами, в которых вспыхивали и гасли искры нездешнего пламени. Только тогда воля Богдана растворилась в её воле.

- Вверх! - скомандовала Варвара. И бухгалтер побрёл по ступенькам.

Два желания: бежать, куда глаза глядят прочь от ведьмы, и выслужиться перед ней боролись в его душе. Но последнее побеждало, ведь слова заклинания проникали всё глубже, отравляя его. Богдан преданной собакой ринулся исполнять приказ. Вскарабкавшись по железной ржавой лесенке, он принялся дубасить кулаком о запертую металлическую дверку, точно надеялся выбить её. Замки были хоть и не новыми, но крепкими и, естественно, поддаваться не собирались.

Полюбовавшись на его усилия, Варвара взмахнула рукой, и дверь осыпалась ржавой пылью на бетонный пол. Путь наверх был открыт.

На крыше дождь пополам с ветром исхлестали Богдана в считанные секунды, но не отрезвили от зависимости. И всё же Исаков отыскал в себе силы выкрикнуть:

- Зачем? Ты же отступилась от меня!

Губы еле двигались, точно он только что лечил зубы под наркозом. Картинка перед глазами двоилась. Что бы хоть как-то сосредоточился, он принялся считать.

А Варвара, видя его жалкие потуги прийти в себя, рассмеялась. Дождь тёк по её лицу, смывая косметику. Чёрные полосы на щеках и на шее, чёрные круги вокруг глаз... И всё же она нисколько не походила на Мару. Её спутники - да. Она - нет.

- Я жду Хозяина. Моего Хозяина. Он... или она? Не важно. Он здесь. Рядом. И на тебе его печать, - она ткнула пальцем в Богдана.

Бухгалтер покачнулся, стараясь отстраниться от неё, но устоял на ногах. Зато обнаружил, что может повернуть головой по своей воле. Тогда он принялся осматриваться. Сил сопротивляться не было. Прикажи ему ведьма сигануть с крыши - не ослушается. Вон Юля стоит, точно манекен, забытый у переезжающего в новое помещение магазина. Одежда облепила хрупкую фигуру. Мокрые кудри спутались, прилипли к лицу, закрыв левый глаз.

- Я дождусь его здесь. Вы уничтожили моих слуг. Всех! Вы нарушили очерёдность жертвоприношения. Вы все умрёте за это. Но вначале явится он. Ему нужны будут ваши силы.

Сверкнула молния. Точёный профиль Варвары в этот момент показался сошедшим с древней монеты.