'Фантастика 2025-170'. Компиляция. Книги 1-30 - Анатолий Анатольевич Логинов

буквально одно за другим, и казалось, что это одно длиннющее окно с узенькими перемычками.

Ни в одной повозке таких не встречала… Впрочем, не слишком много я в своей жизни и ездила.

Рилан подхватил сумки Филаи и ловко забросил наверх.

– Благодарю, – улыбнулась та.

И я в очередной раз увидела, как румянец пытается пробиться сквозь толстый слой белой пудры.

И вдруг до меня дошло: вот кто нравится Филае. Рилан!

Я застыла, словно громом пораженная. Как же я раньше этого не поняла?

Воспоминания кусочками мозаики кружились в голове, ярко вспыхивали одно за другим и с щелчком становились на место.

…Они столько времени проводили вдвоем…

… На ночной вечеринке Филая была совершенно счастлива, когда танцевала с Риланом. Но ее настроение резко испортилось, когда появилась Селеста.

… Тот разговор в коридоре на пути домой… Теперь понятно, почему ее расстроило внимание Рилана к невесте. Филая едва не плакала. Впрочем, называть Селесту его невестой не совсем правильно…

Нет, надо быть совершенно слепой, чтобы не заметить, что подруга в него влюбилась!

А в следующие мгновение меня накрыла новая волна понимания. Ведь поначалу Рилан ухаживал за мной, помогал мне осваивать магию и даже пригласил на бал. О боги, каково же было Филае все это видеть! Или тогда ей это было еще безразлично? Возможно, она влюбилась в него чуть позже.

Да, наверное, позже.

– Эй, ты меня слышишь? – донесся голос.

– А? – я вынырнула из оцепенения.

– Ты что, уснула? – улыбнулся Рилан. – Давай я заброшу и твою сумку тоже. Ты же будешь сидеть с Филаей?

– Нет, – быстро ответила я. – Ты садись. А я…

Вгляд пробежался по повозке и наткнулся на знакомую огненно-рыжую шевелюру и ленивую улыбку. Орлен Фичиелл стоял возле двух свободных сидений и махал мне рукой.

– … Я сяду с кое с кем. Мы… договаривались.

И пока никто не успел возразить, я зашагала по проходу.

– Привет, Орлен. Сяду с тобой, не возражаешь?

– Шутишь! Еще бы я против такого возражал.

Он быстро забросил мою сумку наверх и пропустил меня к окошку. Надо же, какой галантный. Или хитрый. Если вспомнить его перемещения по дивану. От окошка ведь не убежишь. Я подавилась смешком.

Нет, с ним определенно было весело. И если бы я не влюбилась по уши в ректора, то точно начала бы встречаться с этим рыжим нахалом. Хотя, полагаю, моему призраку это бы совсем не понравилось.

– Все уселись? – пронесся по повозке звонкий голос магистра Калмин. – Отправляемся!

Повозка тронулась, быстро набрала скорость и полетела вперед, мягко покачиваясь. За окном замелькали деревья, поплыл мимо по-осеннему призрачный лес.

– Угощайся, – Орлен протянул мне бумажный пакетик с солеными орешками.

– Спасибо, – я вытащила один, но он перехватил мою руку.

– А ты знаешь, что в нашем роду были ведуны? Да-да, я немного умею предсказывать судьбу по линиям на ладони.

– В самом деле? – заинтересованно спросила я.

Орлен повернул мою руку ладонью вверх.

– Смотри, вот это линия жизни, – он щекотно провел пальцем по ладони. – Она у тебя очень длинная. А вот линия сердца, и она показывает, что совсем скоро ты встретишь особенного человека, мужчину. А может быть, уже встретила, просто не знаешь, что это он.

Это на кого это он намекает? Уж не на себя ли?

Я вскинула взгляд на Орлена. Он шутит надо мной, или как? Но тот оставался совершенно серьезным, как будто бы предсказание чужой судьбы для него обычное дело.

– Неужели правда, сир Фичиелл? – раздался сверху насмешливый голос. Я тут же выдернула ладонь из рук Орлена. Над нашими сиденьями нависал ректор. – Мне отлично известна ваша родословная. И что-то я не припомню там ни одного предсказателя.

– Ну-у… – протянул Орлен. Кажется, кого-то только что поймали на вранье. Вот только он ни капли не смутился. И сдаваться не собирался. – Дар предсказательства может проявляться и спонтанно.

– Да что вы, – хмыкнул ректор, – что-то я ни об одном таком случае ни разу не слышал. К тому же дар предсказательства относится к числу неоднозначных. И если вы хотите морочить головы юным девам, делайте это так, чтобы не бросать тень на свой род, к которому принадлежат в том числе и весьма достойные маги.

Интересно, ректор имеет в виду себя? Видимо, да. Орлен же говорил, что они какие-то там дальние родственники.

– А вам, сирра Аллиона Брентор, следует быть осмотрительнее. И не позволять каждому встречному хватать себя за руки.

Щеки обожгло жаром. Да как он смеет! Вот так вот, при всех, мне выговаривать!

Впрочем, кажется, никто особенно не прислушивался, все были заняты своими разговорами, и только магистр Малони Калмин выглядывала с переднего сидения, видимо, никак не могла дождаться, когда же ректор усядется рядом с ней.

И это тоже чертовски злило.

– Благодарю за нравоучения, – сказала я самым кротким тоном, но очень надеялась, что ректор сумеет уловить в нем сарказм. – В следующий раз, когда я не буду знать, как следует поступить со своими руками, сразу посоветуюсь с вами.

– Вам это не повредит, – холодно бросил он и направился в переднюю часть салона.

Оттуда ему уже приветливо улыбалась магистр Калмин – такой сладкой улыбочкой, что зубы сводило.

Магическая повозка на всех парах неслась к оракулу.

Глава 12

– Что ты там все высматриваешь? Лысые ветки? – спросил Орлен, отвлекая меня от вида за окном.

– Чудовищ, – призналась я, пристально вглядываясь в пролетающий мимо лес.

– Чудовищ? – изумленно переспросил он.

– Ну да, – обернулась я. – А что такого?

Зеленые глаза весело блеснули.

– Это все сказки для первокурсников. Нет их давно. Все вывелись. А может, и не было никогда. Так, легенда.

– Оракул молчит, чудовищ нет, – ехидно перечислила я. – Зачем ты тогда поехал?

– Чтобы быть с вами, дорогая сирра… – трагично вздохнул он и склонил голову в поклоне.

Выглядело это так нелепо, что я не выдержала и рассмеялась. Вот шут!

Отвернулась и принялась снова смотреть в окно. Деревья, деревья… Деревья…

– Дожили. Я действую на хорошеньких девушек как снотворное. – Теплые пальцы осторожно потрясли меня за плечо. – Просыпайся, приехали.

Я зевнула и открыла глаза. Повозка стояла возле странного здания. Оно было похоже на громадный купол из белого камня, поставленный прямо на землю.

– Напоминаю: разговаривать можно только шепотом. А лучше вообще молчать, – раздался приглушенный голос магистра Калмин. – Выходим!

На улице было светло и свежо. Очень свежо, особенно после теплой повозки. Народ, поеживаясь, гуськом тянулся к единственной двери в здание. Хотя какая уж там дверь, скорее дверца, в которую можно войти, лишь хорошенько согнувшись.

– Таким