Warhammer 40000: Ересь Хоруса. Омнибус. Том I - Френч Джон

Это пока только прототипы органов, которые станут геносеменем для первых настоящих Астартес. Вам они известны как…

— Темные Ангелы, — сказал Аргел Тал. — Первый легион.

Внизу биотехники резали скальпелями бесформенные органы, вытягивали вены, изучали их под микроскопом и забирали образцы для дальнейшего исследования. Прогеноидные железы, имплантированные в его собственную шею и грудь, отозвались симпатической болью. Он поднял руку и потер саднящее место сбоку от горла, где вживленный под кожу орган безмолвно творил свою работу — хранил его генетику до момента смерти. Затем он будет извлечен и имплантирован другому ребенку. Мальчик со временем станет Несущим Слово. Не человеком. Не Homo Sapiens, a Homo Astartes.

Пройдет еще много терранских лет, прежде чем эти органы будут готовы для имплантации человеческим детям. Это самое начало процесса. В последующие десятилетия будет устранено большинство допущенных дефектов геносемени.

Тон существа не понравился капитану.

— Большинство?

Большинство. Но не все.

— Тысяча Сынов, — подсказал Ксафен. — Их генетический код разбалансирован, легион подвержен мутации и психически нестабилен.

Не они одни обладают изъянами. Течение времени выявит эти недостатки. Ухудшение геносемени приводит к отказу некоторых органов: неспособность выделять ядовитую слюну; непереносимость некоторых видов излучения вызовет изменения в коже и костях воинов.

— Имперские Кулаки, — сказал Малнор. — И Саламандры.

— А мы? — спросил Даготал.

Возникла пауза, заполненная шипящим смехом Ингетеля в их головах.

А что с вами?

— Мы тоже пострадаем от этой… порчи?

— Ответь ему, — сказал Аргел Тал. — Мы все хотим услышать ответ на этот вопрос.

Генетический код ваших тел чище, чем большая часть других. Вас не постигнет вырождение или какие-то определенные изъяны.

— Но что-то все-таки есть, — заметил капитан. — Я слышу это в твоем голосе.

Ни один Астартес не предан так своему примарху, как Семнадцатый легион Лоргару. Ни один из имперских воинов не верит в правоту своего отца с таким непоколебимым убеждением и преданностью.

Аргел Тал сглотнул. Слюна показалась ему холодной и кислой.

— Значит, верность у нас в крови?

Нет. Вы разумные существа со свободной волей. Это всего лишь мизерное отклонение в безупречном генетическом коде. Ваше геносемя усиливает химический процесс, происходящий в мозговой ткани. Тем самым обеспечивает вам дополнительную концентрацию. В этом коренится нерушимая верность вашему делу и Лоргару Аврелиану.

— Мне не нравится оборот, который принимает это откровение, — заметил Аргел Тал.

— И мне тоже, — добавил Торгал.

Ты напрасно удивляешься, Аргел Тал. Все это ты уже видел в глазах воинов братских легионов. Вспомни приведение к Согласию на Кассии, когда бледнокожие сыны Коракса смотрели на вас с отвращением, протестуя против суровой зачистки языческого населения. И Тысяча Сынов на Антиолохе… Лунные Волки на Давине… Ультрамарины на Сионе…

Все ваши братья наблюдали за вами и ненавидели вас за бескомпромиссную, безоговорочную ярость.

Аргел Тал снова отошел к капсуле Жиллимана и стал изучать ее, перестав обращать внимание на работавших внизу техников.

— Я больше не желаю об этом говорить.

В вере нет ничего предосудительного, Несущий Слово. Нет ничего чище, чем вера.

Аргел Тал никак не отреагировал на слова демона. Его вниманием всецело завладело нечто другое.

— Кровь… Посмотрите. Посмотрите на это.

Капитан присел на корточки рядом с нижней частью капсулы-утробы Жиллимана. Громоздкий корпус генератора позади инкубационной капсулы был почти скрыт под бесчисленными приборами. Остужающая жидкость пульсировала в системе охлаждения, и в образующиеся проемы можно было увидеть, что внутреннее отделение генератора заполняла красная пузырящаяся жидкость.

Даготал заглянул через плечо Аргел Тала:

— Это кровь?

Капитан ответил испепеляющим взглядом.

— А что же? — спросил сержант.

— Это гемолубрикант для духа машины. Подобные вспомогательные генераторы подсоединены к каждой капсуле. И посмотри, они стоят вдоль опорных колонн наверху башни.

Даготал и все остальные посмотрели по сторонам.

— Ну и что?

— А где еще вы видели силовые генераторы такого образца? Какому устройству для функционирования требуется такой сложный дух машины?

— Ох, — выдохнул сержант. — Ох.

Несущие Слово стали пристально разглядывать центральную колонну, гудящую и вибрирующую от множества силовых установок.

Наконец-то… Да…

— Это не просто инкубационная башня! — воскликнул Ксафен.

Уже ближе…

Аргел Тал осмотрел по очереди все капсулы и невероятно сложные системы приборов, связывающие их с центральной башней.

Да… Да… Узрите истину…

— Этот генератор, — ослабевшим от изумления голосом сказал Аргел Тал, — вырабатывает поле Геллера.

Ксафен обошел вокруг колонны, но клацанье его ботинок не потревожило группу работавших внизу техников. Аргел Тал наблюдал, как его капеллан присматривается к капсулам, а в глубинах его сознания медленно зарождалось ужасное подозрение. Оба воина были без шлемов, и их лица блестели от ледяной испарины.

— Это самое мощное поле Геллера. — Аргел Тал показал на колонну. — Генераторы на наших кораблях, соединенные с навигаторами, всего лишь жалкая тень того, что мы здесь видим.

Ты не до конца понимаешь значение эффекта, который называешь полем Геллера. Это не просто кинетическая защита от энергии варпа. Варп — это Океан Душ. Ваши поля отражают грубую психическую силу. Они защищают от когтей нерожденных.

— Мы должны задать себе вопрос, — заговорил Ксафен, поглаживая поверхность капсулы, помеченной номером Семнадцатого. — Почему этим инкубаторам потребовалась защита от…

Скажи.

Ксафен усмехнулся:

— …от демонов.

Торгал присоединился к капеллану и остановился у капсулы Лоргара. Некоторое время он молча смотрел на спящего внутри младенца.

— Кажется, я знаю. Эти зародыши уже почти созрели до момента рождения. Демон? Дух?

Я здесь.

Общение с бесплотным голосом явно не нравилось Торгалу.

— В легионах рассказывают о том, что двадцать сыновей Императора были разбросаны по небу вследствие ужасной трагедии, какого-то сбоя в процессе их создания.

Вас воспитали на сказках о примархах, ведущих ваши легионы, но все эти столетия вас пичкали ложью. Через несколько мгновений вы познаете истину. Анафема общался с Силами варпа задолго до начала Великого Крестового Похода.

Анафема пожелал получить могущественных сыновей, и боги одарили его знанием, позволяющим соединить в них божественную генетику и психическую магию. Он пришел к моим повелителям в поисках ответов и просил богов даровать ему силу. Получив необходимые знания, он создал двадцать сыновей.

Но произошло предательство. Клятвы, подписанные кровью и оплаченные душой, были нарушены. Теперь Анафема отказывается открыть людям Изначальную Истину, и боги варпа гневаются.

Анафема прячет двадцать своих сыновей и не желает платить Силам, одарившим его знаниями для их создания.

Ксафен схватился за поручень, чтобы не упасть на колени.

— Наш отец, все наши отцы рождены из древних кровавых ритуалов и запретной магии.

Аргел Тал не удержался от смеха.

— Император, отрицающий все формы божественности, создал своих детей с благословения забытых богов. На инкубационных капсулах выгравированы молитвы и заклинания. Это самое невероятное безумие.

Готовьтесь. Настает час расплаты. Силы проникнут в материальный мир и заберут детей, которых они помогали создавать.

Аргел Тал, все с той же усмешкой на лице, взглянул на капсулы:

— Поле Геллера. Оно перестанет действовать, не так ли?