Обыденный Дозор. Лучшая фантастика 2015 (сборник) - Сергей Лукьяненко

– Можешь войти.

Распахнув дверь, Табити с удовольствием взглянула на крепкую светловолосую женщину с серо-голубыми глазами. Герса сидела за столом, что-то черкая на бумаге, но при виде гостьи отложила свою писанину.

– Таб?

– Только не говори, что не чаяла увидеть меня в живых. Наверняка тебе уже сообщили, что я в городе.

– Нет. – Герса говорила столь же неторопливо, как в прежние времена. – Не сообщили.

– Распустила ты своих стражниц.

– Возможно. Садись. – И, когда Табити плюхнулась на табурет у стола, столь же неторопливо произнесла: – Стало быть, ты вернулась.

– Да. Пошаталась по миру, насмотрелась всякой всячины…

– И заскучала по дому.

– Может, и заскучала. А может, просто устала. В общем, решила, что пора завязывать со странствиями.

– Что ж, в Элате сейчас жить неплохо, а если еще вернешь себе дом, можешь удачно выйти замуж или начать торговлю…

– Да что вы с Ульвином, сговорились, что ли? Для замужества или торговли незачем было возвращаться. Я пришла к тебе узнать, нет ли работы для меня в Красном доме?

– И чему ты можешь научить нынешних стражниц?

Табити фыркнула.

– А то ты не знаешь. Я, конечно, много чему научилась за эти годы, но, думаю, в Зимней страже это вряд ли нужно. Только тому, чему учили меня.

– Уверена? Тебе уже не двадцать лет.

– Никто не молодеет. Но хорошую форму можно сохранять долго.

– Для этого нужны постоянные тренировки.

– Практика – она лучше всяких тренировок.

– Это ты практикуясь весу набрала?

Табити усмехнулась в ответ. Хоть что-то неизменно – Герса все такая же язва.

– А ты проверь.

– Что ж. – Герса поднялась из-за стола. – Пойдем проверим. Одежку верхнюю можешь здесь оставить.

Про меч она не сказала ничего, и Табити прихватила его с собой. Как и ожидалась, они двинулись в сторону тренировочного зала. В коридоре им встретилась та же девушка в голубом полушубке, и Герса обратилась к ней:

– Ловиза, позови Марву и Шики. И все ступайте на тренировку.

В тренировочном зале были еще две девушки. Всего, стало быть, пятеро. Зимняя стража никогда не превышала числом тридцать человек, а обычно было меньше – Элат город маленький. Впрочем, сейчас население увеличилось, и стражниц, по идее, должно быть больше…

Или это не влияет? Ведь Зимняя стража охраняет город не от разбойников или безначальной солдатни, которая пусть изредка, но в эти места забредает. Для того в Элате есть городское ополчение.

– Девушки, – сказала Герса, – я хочу, чтоб вы показали сестре нашей Табити свои умения.

– На мечах или на шестах? – уточнила девушка в голубом – Ловиза.

– На шестах.

Показалось или нет, что на лице Ловизы промелькнуло сожаление? Но она отстегнула меч, убрала его на стойку с оружием. Изящно сбросив с плеч полушубок, взяла один из прислоненных в стене шестов.

Наверняка Ловиза была из лучших – иначе Герса не поставила бы против нее двух противниц. Что ж, посмотрим.

Зрелище и впрямь оказалось впечатляющее. Когда противницы метнулись на Ловизу с двух сторон, та ловко ушла от атаки и перешла в наступление. Она двигалась быстро, ловко, меняя верхний хват на нижний и наоборот, – уследить за мельканием шеста в ее руках казалось решительно невозможно. Вот она откинулась назад, шест просвистел над самым ее лицом, но не задел, зато Ловиза из стойки на руках выбила его у оппонентки. Прошлась колесом, снова перехватила шест, тот оказался у второй девушки под самым горлом.

– Достаточно.

Герса сделала знак остановиться. Затем велела выйти вперед тем двоим, что упражнялись здесь раньше. Эти тоже сражались ловко и эффектно.

– Что скажешь?

– Красиво. – Табити пожала плечами. – Девушки двигаются быстро, приемы знают хорошо, кое у кого определенно талант…

– Но?

– Но… лучше я покажу.

– Против Ловизы.

– Начнем с нее. – Табити потянула меч из ножен, но Герса перехватила ее руку.

– Возьми шест.

Странно. Почему она не хочет боя на мечах? Ведь и Ловиза явно желала показать свое умение мечницы. Но не стоит спорить с Герсой и подрывать ее авторитет. Табити водрузила свой меч рядом с мечом Ловизы, пошла к стене за шестом. Без большого энтузиазма – в бою на шестах она никогда не была особенно хороша, может, потому Герса на том и настояла?

– Сапоги бы сняла, – сказала Герса. – Тяжело же.

– Ничего, я к ним привычная. – Табити обратила внимание, что прочие дрались не то чтоб совсем босиком, но обувь сняли, оставаясь в шерстяных носках, какие обычно надевали подзимние сапоги. И внезапно, без приветствий и предупреждений, прочно держа шест обеими руками, метнулась к Ловизе и выбила у нее шест.

– Так нечестно! – крикнула одна из девушек. – Так нельзя!

Табити могла бы сказать, что в бою чести никто не соблюдает, но остановилась, не выпуская шеста.

– Не считается, – жестко сказала Герса. – Ловиза, даю тебе фору. Атакуй.

Девушка бросилась в бой, и тут стала ясно, что грязные приемы ей тоже известны. Она старалась не выбить шест, но ударить, причем в живот или в лицо. Это хорошо, это правильно. Такое Табити знала и понимала. Надо еще дать понять Ловизе, что противница много старше и тяжелее, ну, собственно, оно так и есть, что устала и задыхается… Так, отступаем… Девушки приветствуют Ловизу восторженным визгом… Ага, самое оно… Ловиза прыгнула, целя в лицо. Если бы просто хотела ударить, был бы шанс. Нет же, решила продемонстрировать прием поэффектнее.

Табити поднырнула, бросив шест, схватила ее за ногу и приложила об пол.

– Не считается! – повторила Герса. – Ты бросила оружие!

Табити могла бы напомнить, что в прошлом поединке Ловиза делала то же, но…

– Ты знаешь, не люблю шесты. Уж лучше голыми руками. Но как скажешь.

Ловиза лежала без движения. Вряд ли это была уловка, скорее она была оглушена, но Табити не стала проверять, подтолкнула к себе шест, наступила, так что он прыгнул ей в руки.

– Кто желает продолжить?

Девочки бросились на нее – не все четверо, как ожидала Табити, а трое, одна все-таки осталась стоять. Ай-ай-ай, едва свою первую воительницу не затоптали. Ну, тут можно не стесняться. Герса не зря показала, как они все дерутся, Табити успела изучить и запомнить их движения. Хруст, крики, шесты ломаются, упавшие заливаются слезами. А ведь в лицо никому не попала, разве что в грудь… Ну и сапоги не зря на ногах, попутно навешала пинков.

– Теперь-то считается? – спросила Табити, оставшись одна посреди зала.

Герса кивнула. Ловиза подняла голову. В глазах у нее были злые слезы, на лбу ссадина, волосы… А волосы у нее, мокрые от пота, уже не кудрявые. Завиты они были, вот что.

Пройдя мимо к стойке с оружием, Табити сделала то, за что утром обещала отрубить племяннику руки, – взяла чужой меч. И тихо выругалась.