Белая Сибирь. Чешское предательство - Константин Вячеславович Сахаров

что здесь выступает единственно правильный взгляд на вещи и согласованная с ним политическая воля. Они нам помогут работать на будущее, каждому для своего народа, пока, по воле Господней, мир не примет нового вида.I. Тени мировой войны

Мир, потрясенный величайшей из войн, стоит, содрогаясь и готовый впасть в новые судороги безумного самоистребления и развалин. Миллионы и миллионы лучших сынов всех главных наций ушли из жизни за годы мировой войны и революций. Полные веры в светлое будущее, положили они души свои за други своя. Когда эти храбрые, честные люди, бывшие в расцвете сил и здоровья, бесстрашно шли вперед и умирали на поле чести, то перед их глазами стояли идеалы правды, права и справедливости. И оттого-то был легок и чист их жизненный конец…

А разве не с верой в победу Добра над Злом бросились в смертную схватку народы мира? Разве не за идеалы правды, права и справедливости лилась многие годы потоками горячая человеческая кровь, ломались без счета кости и отдавалась в жертву жизнь?..

Ответ на эти жгучие вопросы прозвучал из Парижских предместий: Версаля, Трианона и С.-Жермена. Идеалы превратились в иллюзии, и иллюзии разлетелись, как пыль цветочная. На место правды и права вошли в мир, как еще никогда ранее, ложь и насилие. Тяжело должны были перевернуться в глубоких братских могилах останки героев.

Какие же еще результаты долгой и кровопролитной войны? Прежде всего, необходимо заметить, что война, в сущности, не окончена; она прервалась и перешла в иную плоскость, приняла другие формы. Произошло к тому же довольно существенное перемещение факторов войны. Только неизлечимый гипокрит или человек с привычкой страуса прятать при опасности голову в песок могут оспаривать это и утверждать, что после Версаля человечество получило прочный мир и перестало готовиться к войне.

Россия, страна, занимающая 1/6 часть суши и имеющая в своей массе примитивное земледельческое население, отдана была на поток и разграбление коммунистическому интернационалу, т. е. преступному сброду из человеческих отбросов всех стран; людей, потерявших последние проблески духа, преданных самому разнузданному материализму и исполненных жестокости бешеного зверя. Русский народ не сразу подпал под это страшное иго; он схватился с коммунистами в смертельной борьбе и вел три года жестокую внутреннюю гражданскую войну. Когда белые, т. е. национальные русские армии, были уже близки к победе над красными, – то рука из Версаля направила ужасный предательский удар им в спину. И этим ударом помогла утвердиться в России коммунизму больше чем на десятилетие.

Германия, поверженная, но не побежденная, оставалась еще страшна людям, делавшим Версаль. Она была страшна своею внутренней силой: стремлением к единству, дисциплиной, способностью к жертве и волей. Потому-то мирный договор и бросает на те же десятилетия эту крепкую и трудолюбивую страну в унизительные, непосильно тяжелые материальные условия, в моральное рабство. С беззастенчивой улыбкой люди, мечтавшие о реванше, готовившиеся все время к войне и спустившие с цепей ее страшного зверя, – приписывают вину одной лишь Германии. У нее отнимают оружие, лишают ее средств обороны и требуют уплаты всех тех миллиардов, которые в течение четырех лет народы Европы выпускали в воздух ежедневным потоком смертоносных снарядов и взрывчатых веществ.

Но и этого мало. Для каждого человека ясна и непреложна мысль: если бы не было государственной слепоты у обеих стран, если бы Россия и Германия были вместе, – то никакая война не могла бы возникнуть. Воля двух колоссов, объединенных между собой, была бы непререкаема, а сила непобедима. Эту истину понимают теперь все. А люди, заседавшие в Версале, видели и дальше; для них не подлежало сомнению, что это положение имеет силу не только в прошлом, но и в будущем. Потому-то и была отдана Россия на разложение коммунистам, причем вину и в этом хотели свалить на Германию… Чтобы еще более разделить два народа, русский и немецкий, политики Версаля, Трианона и С.-Жермена наметили создать между ними физический барьер. Для этого они тело Европы разделили и раскромсали, как мясники разделывают тушу быка. Одевшись наружно в красивую тогу принципов самоопределения народов и прав меньшинства, – «творцы мирного договора» выкроили из тела Европы ряд новых государств: Чехословакию с областью судетских немцев, со Словакией и Карпатской Русью; Польшу с коридором, Силезией, Западной Пруссией, Галицией, Волынью и Вильно; Литву с Мемелем; Румынию с Бессарабией и Семиградией.

Вместо одного Эльзаса были созданы после войны десятки. Мирные договоры Версаля, Трианона и С.-Жермена принесли миру зародыши новой бойни, к которой готовятся изо всех сил «победители», обезоружив для большей верности «побежденных».

Война Антанты с центральными империями Европы окончилась без участия России. Наша страна принесла более всех жертв на дело союзников и только вследствие этого была выведена из строя тяжелой болезнью – революцией. Зато мировая война окончилась при участии Америки, вступившей в ряды борющихся перед самым концом. Не подлежит сомнению, что если бы Америка выступила решительно в 1915 или даже в 1916 году, то война кончилась бы значительно раньше и стоила бы миру намного меньше крови и даже золота. Но в 1914, 15 и 16 годах Америка держала нейтралитет и была занята большими выгодными заказами для воюющих. Эти заказы выкачивали золото с материка в Новый Свет.

Мировая война окончилась не победой стран Антанты на полях сражений, а разложением Германии, подпавшей пропаганде пацифизма и интернационала, вступившей подобно России на путь революции. На этот конец империи и на отказ Германии от продолжения войны повлияло в решительной степени вступление в войну Америки и прибытие в Европу ее свежей армии. Америка сыграла свою роль наверняка и заняла положение, небывалое раньше по своему влиянию.

Мировая война окончилась не победой Антанты. Версальский мир подобен другому миру этой войны, миру Брест-Литовскому. Как там договаривались здоровые центральные державы с больной Россией, так и здесь, в Версале, Трианоне и С.-Жермене, страны Антанты договаривались с больными Германией и Австро-Венгрией. Народы разделились не на победителей и побежденных, а на выигравших ставку и на обиженных.

В стан обиженных отброшена и Россия, заплатившая всех дороже за свою историческую ошибку.

Россия временно повержена, и намного больнее и тяжелее центральных держав. Но сбросить этот фактор совершенно со счетов союзникам не удалось. Все понимают, что развал великой страны лишь временный, что Россия встанет из