Русские разборки - Джеки Коллинз

— Тебе мой совет покажется старомодным. — Старушка взяла на колени одну из собачек и стала ее гладить.

— И пусть!

— Если чувствуешь, что Джет — твой мужчина, ты должна послушать своего сердца. Сердце не обманет. Иначе потом всю жизнь будешь жалеть.

Макс ехал из Брайтон-Бич к себе домой, в голове его был полный сумбур.

Оказывается, Марина вела куда более опасную жизнь, чем он мог себе вообразить. Сначала — Владимир, который, по-видимому, делился с ней деньгами, добытыми от Макса шантажом. Теперь какой-то Алекс… Что он за птица, оставалось только гадать.

Ну и жену он себе нашел! Где только были его глаза?!

Озлобление в душе у Макса нарастало так стремительно, что он чуть не съехал в кювет.

Марина всегда любила секс. Связывание рук, наручники, кожаные штучки — это был ее арсенал. Макс был ошарашен ее причудами.

После рождения Пулу они вообще очень редко спали вместе. Может, тогда она и связалась с Алексом — чтобы удовлетворять свой неуемный аппетит? Или спала с ним и прежде? Черт бы ее побрал! И ведь даже не выскажешь в лицо. Ее уже нет. Убили. И, если ее любящая мамаша не соврала, убийца ходит где-то рядом. И Ирина знает его! Или и она шантажирует?

Как поступить? Отдать Ирине коробку и деньги? Или передать ее полиции? Макса раздирали сомнения. Если убийца — не Владимир, что ему тогда волноваться? Еще бы не волноваться! Марину, его бывшую жену, мать Лулу, зверски убили, и, как к ней ни относись, это ужасно.

Дома его ждали несколько сообщений на автоответчике. Одно — из Монтока от миссис Коннер, она сообщала, что у Лулу все в порядке и она замечательно проводит время — миссис Коннер даже дала трубку Лулу, чтобы та поздоровалась с папой. Потом было короткое сообщение от Реда, призывавшего явиться завтра в десять утра на семейный сбор. О смерти Марины он не сказал ни слова. Неужели старик думает, что может созывать сыновей, когда ему вздумается, а они и примчатся, виляя хвостиками? Просто издевательство какое-то!

Третье сообщение было от Криса, тот все еще находился в городе, все в тех же «Временах года», и приглашал Макса поужинать с ним и Джетом. Максу сейчас только этого не хватало — сидеть в ресторане с братьями. Ему никого не хотелось видеть, даже Эми — голова идет кругом от всего, что он узнал.

Минут через пятнадцать снизу позвонил консьерж и сообщил, что к нему направляется детектив Родригес.

Чтоб его! Когда этот тип оставит его в покое? И как теперь себя с ним держать? Макс понимал, что совершенно не готов к встрече с детективом.

— Пусть поднимается, — сказал Макс, понимая, что иного выхода у него нет.

Через минуту спустя Родригес уже входил в квартиру. Сегодня он был один.

— Визиты ко мне, похоже, вошли у вас в привычку, — проворчал Макс. — Но я не намерен их поощрять.

— Простите за беспокойство, мистер Даймонд, — извинился Родригес. — У меня к вам всего два вопроса. Следствие продвигается, и кое в чем мы рассчитываем на вашу помощь.

— Да? — сказал Макс, не приглашая полицейского дальше прихожей.

— По показаниям портье в доме миссис Даймонд, к ней регулярно захаживали несколько мужчин. Вы об этом знали?

— Я же вам сказал, — вздохнул Макс, — что понятия не имею, чем и с кем она занималась после нашего развода.

— А я, грешным делом, подумал, что хоть в этом вы нам поможете.

— Откуда такая уверенность?

— Да так…

— Послушайте, — начал Макс, пытаясь сдерживаться, — я вас очень прошу впредь общаться со мной через адвоката. Нельзя вот так являться ко мне в дом, когда вам вздумается!

— Я полагал, вы больше всех заинтересованы в скорейшем раскрытии дела, — произнес детектив Родригес и поправил очки. — И потом — это моя работа. На меня давит мой шеф. А на него давят сверху. Дело-то весьма громкое.

— Ничего удивительного! В самом сердце Манхэттена женщину находят убитой в ее собственной постели, — заметил Макс.

— Может быть, вам будет легче кого-нибудь вспомнить, если я дам вам словесный портрет?

— Вряд ли, — отрезал Макс.

— Вы знали, что ее регулярно посещали трое мужчин? Макс постарался скрыть удивление. Один определенно Владимир. Второй — некий Алекс. Но кто третий?

Он покачал головой.

— Поговорите с ее матерью, может, она поможет. От меня толку мало.

— А вы с Ириной не виделись? — спросил детектив Родригес, теребя усы.

М-да… Вопрос на засыпку. Солгать? Или сознаться, что ездил на Брайтон-Бич?

— Вы же сами навели меня на мысль, что она — мать Марины, стало быть, приходится бабушкой моей дочке. Поэтому — да, я у нее был.

— Правда? — переспросил Родригес, не оставляя в покое свои усы. — И что она рассказывает?

— Да ничего нового. Вам все уже известно.

Детектив в задумчивости уставился на него.

— Думаю, вам было бы интересно знать, что все новые показания и улики мы анализируем и приобщаем к делу.

— Какие новые улики?

— Например, результаты анализов ДНК. Образцы волос, кожи… — Он замолчал. — Видите ли, убийцы никогда не догадываются, как именно их находят. А на самом деле их вычисляют потому, что они недостаточно осторожны. Они считают, надел перчатки — и тебя уже не найти. В наше время этого уже мало.

— Детектив, мы закончили? — в раздражении спросил Макс.

— Пока — да.

Макс распахнул входную дверь, и Родригес вышел.

— Я буду держать вас в курсе, мистер Даймонд, — пообещал он.

— Буду признателен, — ответил Макс и с хмурым видом закрыл дверь. Час от часу не легче! Кандидатов в убийцы стало уже трое! Кто же это?

Надо это выяснить.

Джету не улыбалось ужинать с Крисом, ему хотелось быть с Эми. Но когда он позвонил ей сказать, что придет, Эми ответила, что ей нужно побыть одной, чтобы решить, как быть дальше.

Это его встревожило — он только что порвал со своей давней подружкой, а теперь еще и Эми на попятную. Вот чертовщина!

Потом, решив его окончательно доконать, позвонила мать.

— Что творится в этой семье, будь она неладна? — заплетающимся языком спросила агрессивно настроенная Эди. — Я тебе говорила держаться от них подальше. Я тебя предупреждала!

— Послушай, мам…

— Ну, уж нет, это ты меня послушай! Они все сволочи и кретины! Держись от них подальше, Джет! Я серьезно говорю!

Он побыстрей закруглил разговор. Потом решил, что надо успокоить нервы выпивкой. Одну стопочку водки — и все.

Что будет с одной стопки?

Пошарив в квартире, он обнаружил на кухне запрятанную в глубине шкафчика початую бутылку «Серого гуся». Один глоток после почти трех лет трезвости. Ничего не случится. Все под контролем.

«Я вляпалась, — подумала Эми. — Я запуталась, я несчастна, и меня мучит совесть. Мама права. Надо куда-нибудь уехать».