Война буров с Англией - Христиан Девет

Г-н Рейц считает своим долгом сказать, принимая во внимание свою должность, себя как бюргера и свою нацию, что собрание должно принять меры в случае, если предложение британского правительства будет принято, к тому, чтобы подписи были законным порядком удостоверены. Он лично не подпишет ни одного документа, который послужил бы доказательством отказа от независимости84.

Различные члены собрания делают замечания по поводу редакции и заключения, и г-н Вильсон упирает на то, что необходимо избегнуть разногласия. Вслед за этим вице-президент Девет замечает, что время ограничено и всем говорить нельзя; нужно поэтому выбрать комиссию, которая бы редактировала ответ британскому правительству, приняв во внимание все указания и пожелания присутствующих. А пока комиссия будет обсуждать и выработает редакцию, члены собрания должны прийти к единогласному заключению. Нужно единодушие, так как у всех цель одна и в единодушии вся сила.

Генерал Бота полагает, что нужно последовать только что предложенному совету: все вместе страдали и боролись; горе нам, если теперь мы не выскажемся единодушно.

Соглашаются на избрание комиссии из судьи Герцога и генерала Смутса для выработки окончательной редакции.

После этого уполномоченные Оранжевой республики уходят в палатку вице-президента Девета, а уполномоченные Южно-Африканской Республики остаются в палатке, где происходят заседания.

После нескольких часов страшной внутренней борьбы — так как каждый готовился к тяжелому, сердцераздирающему концу — уполномоченные собрались и судья Герцог прочел следующую редакцию ответа британскому правительству:

«Собрание уполномоченных народа Южно-Африканской и Оранжевой республик, заседавшее в Фереенигинге с 15 по 31 мая 1902 года, с глубоким сожалением узнало об условиях, поставленных британским правительством, для прекращения враждебных действий и о том, что эти условия должны быть приняты или отвергнуты в своей совокупности без всяких изменений.

Собрание сожалеет, что правительство его величества безусловно отказалось принять за основание переговоров с правительствами республик признание нашей независимости и допустить сношения с нашей депутацией в Европе. Наш народ всегда был того мнения, что он имел законное право на эту независимость не только по принципу справедливости, но и потому, что для этой независимости пожертвовал столькими жизнями своих сограждан и материальными интересами.

Будущность нашей страны была серьезно обсуждаема в собрании, причем особое внимание было обращено на следующие обстоятельства:

1. Образ действий предводителей английской армии повлек за собой полное разорение территории обеих республик. Все фермы и деревни сожжены. Все запасы пропитания уничтожены, и все источники, необходимые для поддержания наших семей, наших войск и для продолжения войны, истощены.

2. Сосредоточение наших семей в концентрационных лагерях повлекло за собой невероятные бедствия и болезни, так что в течение сравнительно небольшого промежутка времени около 20 000 дорогих нам существ погибло там! Явилась ужасная перспектива, что в случае продолжения войны все наше поколение вымерло бы.

3. Кафрские племена внутри и вне границ обеих республик почти все вооружены и принимают участие в войне против нас. Убийства и всевозможные ужасные преступления, совершаемые ими, вызвали в разных частях республик невозможное положение вещей. Еще недавно в округе Фрейхейт 56 бюргеров были убиты и изуродованы самым ужасным образом.

4. Прокламациями неприятеля, которые стали уже приводиться в исполнение, продолжающим сражаться бюргерам угрожает потеря всего их движимого имущества, следовательно, полнейшее разорение.

5. Условия войны сделали для нас уже давно невозможным удерживать у себя те многие тысячи военнопленных, которые были взяты нашими войсками. Вследствие этого мы в состоянии наносить британскому войску сравнительно лишь незначительный вред. В то же время военнопленные, взятые англичанами, высылаются из страны. Вследствие этого после трехлетней войны у нас осталась лишь небольшая часть того численного состава, при котором мы начали войну.

6. Эта сражающаяся горсть людей, составляющая лишь небольшую часть нашего народа, должна бороться с подавляющею силою неприятеля и, лишенная всего самого необходимого, близка к голодной смерти. Таким образом, мы, несмотря на то что напрягли все наши силы и пожертвовали всем, что нам было мило и дорого, не можем более надеяться на возможность победы.

Собрание того мнения, что нет разумного основания ожидать, что продолжением войны будет спасена независимость страны. При таких обстоятельствах народ нравственно не вправе продолжать войну. Подобное продолжение повлекло бы за собою нравственную и физическую погибель не только настоящего, но и последующего поколения.

Вынужденное изложенными обстоятельствами и соображениями, настоящее собрание уполномочивает оба правительства принять предложение правительства его величества и подписать его от имени народа обеих республик.

Настоящее собрание уполномоченных высказывает свою надежду, что условия, вызванные к жизни принятием предложения правительства его величества, вскоре изменятся к лучшему в том смысле, что народ наш получит те преимущества, на которые он по справедливости имеет право. Надежда эта основывается не только на нашей истории, но и на жертвах, принесенных в последнюю войну.

С удовольствием узнало собрание о намерении правительства его величества объявить широкую амнистию по отношению к английским подданным, взявшимся за оружие, чтобы помочь нам, тем более что мы связаны с ними узами чести и крови.

Собрание выражает желание, чтобы его величество соизволил еще более расширить размеры этой амнистии».

Г. Вильсон берет свою редакцию обратно.

Коммандант Преториус вместе с генералом Ботой предлагают свою редакцию, прочитанную собранию.

Генерал Нивойд также берет свою редакцию обратно и передает ее генералам Баденгорсту и комманданту Бестеру.

Заседание прерывается и вновь открывается в 2 ч 5 мин.

После голосования принимается редакция комманданта Преториуса и генерала Боты 54 голосами против 6.

Вице-президент Бюргер говорит грустную речь: «Мы стоим у гроба обеих республик. Но в будущем нам предстоит много дела, несмотря на то что мы будем работать не в наших прежних должностях. Постараемся не отступать от того, что подсказывает нам наш долг. Будем молить Бога, чтобы Он руководил нами и указывал нам, как сохранить наш народ. Мы должны уметь прощать и забывать по отношению к нашим братьям. Ту часть нашего народа, которая не осталась верна Родине, мы все-таки не оттолкнем от себя». Затем вице-президент Бюргер говорит прощальное слово комманданту-генералу, всем членам исполнительного совета и уполномоченным.