Вик Разрушитель #4 - Валерий Михайлович Гуминский

— Решай сам, Ворон, — я прервал молчание. — Хочешь остаться в Новгороде и служить Максуду — дело твое. А если хочешь добиться чего-то в жизни иного, чем пакостить по мелочам — добро пожаловать.

— Я подумаю, — Ворон колебался. — Все равно придется с Кавказом разговаривать, втихую бросать его как-то… нехорошо.

Куан уловил мой взгляд и подошел к Ворону со спины. Положил ему руку на плечо, отчего тот вздрогнул.

— Пора обратно, — сказал наставник.

— Когда нас выпустят? — поинтересовался скаут.

— Завтра вечером, — успокоил я его. Формальная жеребьевка полуфиналов, на которой присутствовали капитан команды Вадбольский и Великая княжна Лидия, прошла утром. Новгородцев мы разгромили с сухим счетом, не встретив особого сопротивления, что подтверждало слова Максуда о серьезных проблемах лицея в комплектовании команды. Но это уже не наша головная боль. Мы взяли первое место и получили в соперники тоболяков. Казанцы встретятся с Нижним Новгородом.

Завтра два полуфинала, а послезавтра — финал, долгожданный и нервный. Все наши были настроены решительно, как голодные звери, почуявшие кровь поверженного противника. Вожделенный кубок маячил на горизонте, и больше всех его хотела получить Лида Мстиславская. Разве мы могли подвести ее, зная, чью фамилию она представляет?

— Дай слово, княжич, что не сделаешь ничего дурного парням, — неожиданно произнес Ворон.

— Не забывайся, — в моем голосе прорезались металлические нотки, от которых бывший неприятель по приюту отшатнулся назад. — Перед тобой не сявка подзаборная, чтобы разбрасываться обещаниями. Что ты так печешься о своих приятелях? Максуд тебя первым сдаст, если полиция узнает о ваших делишках.

— Прости… княжич, — с трудом вытолкнул из себя Ворон. — Не подумавши брякнул…

— Пора ехать, господин, — Куан очень умело подкинул дровишек, чтобы скаут осознал, в чьих руках теперь находится его жизнь. Наставник сжал плечо парня, и развернув его к двери, подтолкнул легонько. — Вам еще готовиться к завтрашнему бою.

2

Мощный удар каменного кулака, материализовавшегося из пустоты, потряс стихийный доспех Лиды, едва-едва успевшей восстановить его после бешеной атаки песчаных серпов. Они резали как по живому, начисто снеся покров и добравшись до брони экзоскелета. Еще немного — и интегратор просто погаснет, увлекая девушку вниз всей тяжестью бронекостюма. Помог Андрей, свечой взлетевший вверх и подставившись под конструкт магоформы, давая возможность княжне прийти в себя. Увы, но со своим соперником он тоже пока не мог справиться… вернее, как раз и справлялся, но тобольский орешек оказался весьма крепким.

Лида ойкнула и сделала резкий вираж, уходя по широкой дуге от настырного противника, одновременно с этим финтом формируя парочку плетений, которые должны ошеломить его и сбросить на землю.

На парный бой против «Чистых Прудов» вышли неизвестные доселе пилоты, ни разу не выступавшие на серьезных турнирах. Артур успел добыть по ним информацию, но она мало что дала в плане разработки стратегии боя. Один из них — сын воеводы тобольского гарнизона Василий Черкасский, уважаемого в Сибири боярского рода — владел «Землей», а его напарник-«огневик» Сергей Гагарин, приходился дальним родственником московским Гагариным.

Черкасский не стал сближаться с Великой княжной, прежде чем оценил ситуацию. Серега сцепился с опасным и непредсказуемым Мамоновым и не давал тому периодически отвлекаться на защиту напарницы, выступавшей под именем Пустынный Барс. Его основная задача в этом и состояла. Удержаться до того момента, когда Василий дожмет Лидию, а потом вдвоем обрушиться на ее напарника и «уронить» его, празднуя победу.

В воздухе мелькали алые росчерки тонких огненных игл, выпущенных как из пращи. Поставленная защита в виде стены из монолитных блоков успешно отработала, погасив энергию огненных магоформ. Иглы взорвались при соприкосновении со стеной и осыпали арену мириадами искр к восторгу публики. Да, это было бы красиво при иных обстоятельствах, но для Черкасского сейчас ничего, кроме мельтешащей перед глазами фигуры Пустынного Барса, не существовало.

Сделав движение рукой, словно загребая песок и швыряя его в соперника, Черкасский снова пустил в ход серпы, только заметно увеличив их размер. Он влил в них гораздо больше энергии, чтобы уж наверняка сбить доспех и добраться до интегратора княжны.

Он вовремя среагировал на вторую магоформу, шедшую следом за огненными иглами. Жаркая волна кипящей лавы уничтожила серпы, превратив их в стеклянные камешки спекшегося песка, и обрушилась на Василия, с яростью голодного зверя сожрав его доспех. Интегратор жалобно запищал, предупреждая о критической нагрузке на защитный контур.

Черкасский тут же сформировал песчаную тучу, которая подобно дождю обрушилась сверху на полыхающий вокруг него воздух, заодно закрываясь от набравшей темп атаки Лидии. И разъяренным зверем выскочил сбоку, нанеся два мощных удара в корпус, ломая стихийный доспех.

Я не ожидал, что тоболяки окажутся такими упорными, но в конечном результате боя нисколько не сомневался. Вопрос был лишь во времени. Сначала провозился с бояричем Шиповым в одиночном бою вместо запланированных трех минут все десять. А все потому, что этот паренек оказался обладателем двух Стихий — Воды и Огня — что встречалось крайне редко среди носителей искры, разве что княжеские роды могли похвастаться подобными слияниями комбинаций… Но он меня умотал разнообразными атаками. Горячий пар, огонь, кипящая вода — все, что было в его арсенале, Шипов обрушивал на меня с какой-то маниакальной яростью. Видимо, просмотрел мои бои и решил, что победу нужно искать только в быстрых атаках, способных свалить меня с ног. Но не учел одного, как и прежние мои противники: магии разрушения. До сих пор никто не догадался, каким образом я умудряюсь на механическом «скелете» успешно защищаться. А если защитился — считай, выиграл. Следовал быстрый бросок, потом сокрушающий удар — и можно вскидывать флажок.

Но я не сомневался, что мою тактику по косточкам раскидывают аналитики, и надеяться дальше на неосведомленность противника не стоит.

Шипов поэтому и рискнул поставить на быстрый исход. Ошеломить, сбить с толку, запутать всевозможными финтами. И добился только того, что щиток моего тактического шлема постоянно оказывался в конденсатных парах, что приводило меня в бешенство. Жесткой перчаткой запотевшее стекло не протрешь, а специальное напыление, не позволяющее каплям воды задерживаться на поверхности, мало помогало от такой напасти.

А еще жутко раздражало постоянное желание Шипова утянуть меня вверх и навязать бой в воздухе. Как будто знал о слабом месте моего УПД (чем черт не шутит, может, и знал!). И добился-таки своего, просадив их заряд почти до половины, пока не попал под мой неконтактный прием «хлопок смерти». Согласен, напыщенно и смешно для того, кто не смог выбраться из «мышеловки» Куана. Но соперник-то об этом не знает?