Торжество тревог - Валерий Александрович Пушной

что к старому никогда не будет возврата. Но она не успела сказать ни одного слова, потому что в ответ на ее смех, совершенно неожиданно для себя, получила увесистую пощечину. Улыбающиеся глаза Зибирова стали узкими и холодными.

От пощечины Октябрина пошатнулась и оторопела. Что это? Он ее ударил? Он посмел ударить ее! Это немыслимо! Ах, негодяй, негодяй!

Она отступила в кухню:

– Ты, ты, ты! – захлебнулась негодованием, голос задрожал. – Вон отсюда! Подонок! Ты – подонок!

– Не упрямься и не дури, – с ухмылкой посоветовала Таисия и зевнула. – Только хуже сделаешь себе.

Никогда прежде не бывало, чтобы Федор поднял на нее руку, всегда был предупредительным и вежливым, всегда восхищался ею. Эта пощечина до того поразила девушку, что она почувствовала в себе ярость дикой кошки, готовой выцарапать глаза, и поняла, что Федор появился сейчас не с хорошими намерениями. Еще масла в огонь подлила его сестра своей репликой.

Глаза Гаратынской вспыхнули, девушка напряглась и насторожилась. Подняла над головой сжатую в кулак руку, как бы защищаясь. Но она не боялась Федора, особенно теперь, когда все ее мысли были рядом с Александром.

– Для тебя есть работа! – сказал Федор и схватил ее за руку.

– Убирайся из моей жизни! – вырвала руку Октябрина. – Ты негодяй, хам и проходимец!

Новая пощечина обожгла лицо девушки. От сильного удара голова запрокинулась и ударилась о косяк двери. Перед глазами поплыли круги.

А Федор выдохнул слова, как будто выплюнул сгустки льда:

– Это моя профессия! И ты не зарекайся и не смей противиться мне! Пойдешь со мной, куда я скажу!

– Никогда никуда я с тобой не пойду! – держась руками за стену, вскрикнула Октябрина. – Я вызову полицию!

– Я думал, ты умнее, – процедил Зибиров сквозь зубы, опять схватил ее за руку и насильно потянул к входной двери.

Октябрина ударила его второй рукой, пытаясь вырваться. Но тут же почувствовала, как в эту руку вцепилась Таисия:

– Кончай кобениться, дура, не зли Федора, не делай из него зверя! – Потянула на себя входную дверь, открывая ее и одновременно помогая брату тащить Октябрину к порогу.

Но та начала отбиваться ногами, и тогда он нанес ей удар в живот, отчего девушка осела на колени и повисла у них на руках.

В этот миг на лестничной площадке появился Александр. Увидал открытую дверь и мигом ринулся на помощь Октябрине, в дверном проеме нанос Зибирову удар в скулу, отбрасывая того к противоположной стене прихожей. Федор едва устоял, выпустив из рук девушку.

Но когда Александр, прыгнув через порог, хотел добить его, Федор профессионально саданул кулаком снизу. Он был мощнее Александра, с богатым опытом кулачных драк. Парень опрокинулся на пол. Попытался подняться, но Федор обрушил кулак ему на голову. Зибиров бил Александра ногами, не разбирая, куда, и не давая подняться, пока тот не затих. Лицо и рубашка Марамзина были в крови.

Гаратынская, удерживаемая Таисией, приходя в себя, стала вставать с колен, но сестра Федора завернула ей руку за спину так, что у Октябрины от боли выгнулось тело. Она закричала в открытую дверь, зовя на помощь, но Таисия ладонью зажала ее рот.

Федор, тяжело дыша, оторвался от Александра и разъяренно глянул на Октябрину:

– Это и есть твой новый дружок?! – он был враждебен и страшен. – Я убью его, если ты не подчинишься!

– Не тронь его! – простонала девушка.

– Будешь работать со мной, если хочешь, чтобы он остался жив! – зло сказал Федор, набирая воздух в легкие. – Ты поняла мое условие?

Конечно, Федор не собирался убивать Александра, они с Пекрасовым никогда не пачкали себя мокрыми делами. Зачем убивать людей, когда выгоднее и проще обмануть. Угрожал он теперь для острастки, чтобы сломить сопротивление Октябрины. Получалось, что сейчас этот парень появился кстати.

Девушка видела, что Федор ждал согласия, но ее язык не поворачивался произнести такие слова. Она наблюдала сейчас в лике Зибирова зверя, но не могла поверить, что он может убить. Ее согласие означало б для нее обрушение всех надежд. И это было ужасно, одним махом убить в себе все, жизнь пустить под откос.

Федор, заметив, что Октябрина мучается от мыслей, вновь нанес удар ногой по телу парня. Тот застонал и зашевелился.

Таисия над ухом девушки прошипела:

– Не тяни, дура, только хуже делаешь.

Гаратынской казалось, что мозг ее разорвется напополам, когда вдруг услыхала с лестничной площадки испуганно-изумленный голос Ларисы:

– Что тут происходит? Вы кто такие?

Еще внизу, поднимаясь по лестничному маршу, они с Килоновым услыхали наверху шум, а приближаясь, поняли, что шум доносился из съемной квартиры Октябрины. Побежали, перепрыгивая через две ступени.

Увидав распахнутую дверь, чужих людей в квартире, Гаратынскую с выкрученными руками, распластанного Александра, Лариса выплеснула вопросы и обернулась к мужу:

– Боря, это грабители!

Килонов нервно дернул скулами, решительно отодвинул жену от двери и шагнул в дверной проем. И сразу узнал рыжеволосую. Вот это номер, объездил всю Москву, найти не мог, а тут бог сподобил. Вот она, Таисия, собственной персоной. Сама пришла ему в руки.

– Ну, все, рыжуха, больше не смоешься! – сказал со злорадством Борис. – Грабежами промышляешь! По карманам шарить очертенело? – Резко схватил ее за плечо. – Допрыгалась, курица! Отпусти Октябрину, тварь! – Он рванул ее на себя.

Таисия взвизгнула, бросая девушку, вывернулась и кинулась в комнату. Кажется, последнее время ей перестало фартить. То и дело натыкалась на старых знакомых. Москва большая, а разминуться не получается.

Навстречу Килонову, отступив от Александра, шагнул Федор.

– Зря ты сюда ворвался, жучара! – сказал Борис, собираясь в комок. – Не твое это место и не твой сегодня день, старик!

Зибиров не ответил, с места прыгнул на Килонова и ударил всем телом, намереваясь сбить с ног. Но Борис ожидал это, погасил его прыжок кулаком под дых. Они сцепились.

Таисия скользнула из комнаты мимо них к входной двери. С бешенством ударила поднявшуюся на ноги Октябрину, умело отбросила из дверного проема Ларису и выскочила на лестничную площадку.

Яростная драка Килонова и Федора переместилась в комнату. Они швыряли друг друга от стены к стене, пытаясь взять верх. Но ни одному не удавалось одолеть противника.

Гаратынская пришла в себя, огляделась и бросилась из прихожей в комнату на выручку Борису. С криком повисла сзади на Зибирове, обхватив того за шею.

Лариса тоже очухалась, лихорадочно отыскала в кармане юбки телефон и торопливо позвонила в полицию, прокричала что-то про грабителей и назвала адрес. Затем, вытаращив глаза, тоже кинулась в комнату и вцепилась в Федора.

Две девушки сковали его движения. Он с остервенением