Участник поисков - Борис Иванов

Казалось, эти слова огорчили фармацевта до глубины души.

— Поверьте, Мастер, я пришел, чтобы предложить вам выгодное дело... — скорбным шопотом сообщил он. — Мы можем хорошо использовать ваше теперешнее положение...

— Уж ты его использовал на полную катушку, мразь болотная!

В зазор между дверью и косяком чуть было не вписалась тарелка с остатками рагу, пущенная со страшной силой. Осколки злосчастной посудины загромыхали по полу, а часть рагу достигла-таки физиономии Фрогмора, которая на редкость своевременно снова возникла в щели.

— Вы напрасно так близко принимаете к сердцу эту ситуацию, Мастер, — укоризненно заметил Хью, рефлекторно облизываясь и стряхивая подливку с жиденьких бровей. — А между тем достаточно того, чтобы пошел слух... А он уже идет...

Стук попытался достать макушку коварного партнера деревянной ложкой, но не преуспел в этом, а лишь размочалил ложку в мелкую щепу.

— Послушайте, Мастер, — продолжал увещевать его Хью. — Завтра весь город будет убежден, что мафия замочила содержателя Подземных Театров. Понимаете, как это скажется на ставках тотализаторов — и белого, и черного?! А на курсах акций? Если вложить в нужный момент достаточно денег в акции и ставки, а они резко упадут в цене, то потом, когда вы снова выйдете на сцену, на этом можно наварить порядочные суммы...

Стук задумчиво уставился на украшенную разводами соуса физиономию Хью.

— Лично я попробую рискнуть таким манером, — стал торопливо закреплять достигнутый успех Фрогмор. — Но вы-то, Мастер, располагаете гораздо большими средствами... И если бы вы доверили мне распорядиться соответствующей суммой, то за очень небольшой процент я...

Мастер онемел от неслыханной наглости фармацевта. Но как это с ним бывало часто — неожиданно радикально изменил свое отношение к сложившемуся раскладу.

— Тоже мне — финансовый гений! — презрительно бросил он. — Да если бы мне оставили мой мобильник...

— Так ведь не оставили... — деликатно напомнил Фрогмор.

— Вот что! — рявкнул Мастер. — О процентах — забудь! Ты, гнида, будешь за свой иудин грех откупаться! И своих денег я тебе не доверю даже в страшном сне! Вот... У тебя бумага с собой есть? И чем писать... Давай сюда!

Стук на ближайшем ящике набросал на листке из блокнота короткую записку и просунул ее в щель.

— Вот... — понизив голос почти до шепота, буркнул он. — Под эту цидульку Август из Второго коммерческого выдаст тебе кредит. На сколько сможешь его уговорить, на столько и выдаст. На твое имя. Ты кредит и возвращаешь. Навар — мой, риск — твой. И катись!

Фармацевта как ветром сдуло.

— Ну? — нетерпеливо зашептал Орри. — У тебя уже есть план?

Бирим поднес палец к губам и ответил ему еле слышным «Тс-с-с-с!».

— Быстро одевайся, — распорядился он. — Вот твоя одежда.

Он кинул в подставленные ладони Орри объемистый пакет.

— И обувка — там же. У меня не только уже есть план. Я его уже привел в действие... Есть пара проблем. Их надо срочно решать. Вот твоя одежда. Я ее стянул из камеры хранения...

— Ага... — живо откликнулся малек, пытаясь быстро натянуть штаны, что заставляло его проделывать немыслимые кульбиты в воздухе.

Бирим помог ему, по ходу дела рассказывая, какие трудности предстоит преодолеть.

— Есть корабль, который возьмет нас на борт, — разъяснял он. — Но до него надо еще добраться. Через вакуум. Наружу-то мы выберемся — сквозь аварийный шлюз. Его как раз андроиды обслуживают... Но ведь ты ни разу не надевал скафандра ни вакуумного, ни какого-то другого! Да и нет в Монастыре детских скафандров...

— И собачьих тоже нет. Наверняка... — с горечью предположил Орри.

Брендик покинул свое убежище под лазаретной койкой и встревоженно воззрился на своих — явно затевающих что-то рискованное — подопечных.

— Уж собачьих — точно нет, — мрачно признал Бирим. — А пройти надо километра два-два с половиной... Поэтому мы и решили вот что... Здесь при лазарете есть такие... В общем, контейнеры. Для транспортировки тяжело больных по открытой поверхности — с кораблей-спасателей в Монастырь. Или оттуда — на корабли «красного креста». В тех случаях, когда стыковочное шлюзование исключено. Это, в общем, тоже почти как скафандр, только без рук, без ног. Так, ящик, да и все...

— Вроде гроба? — наивно предположил Орри.

— Типун тебе на язык! — испуганно фыркнул Бирим. — Санитарный контейнер — это санитарный контейнер. Там полная система жизнеобеспечения. Если надо, можно подключать искусственное дыхание, искусственное сердце, искусственную печень. И так далее. Там все такое предусмотрено. Но тебе это, слава богу, не нужно... Пожалуй, вы с Брендиком в один контейнер уместитесь...

— Уместимся! — заверил его Орри.

Брендик поддержал его одобрительным поскуливанием.

— А вот чтобы нас не сразу заметили и назад не завернули, мне придется все время, пока Мантра и Дром тебя с Брендиком до корабля тащить будут, сестре Дин зубы заговаривать... Я и на чай к ней напросился. Потом догоню вас...

Орри уже хорошо знал этих двоих — Мантру-рассказчика и Дрома-хрипуна. И то, что сестра Александра явно неравнодушна к Бириму — и не только как к стихотворцу, — тоже не было для него секретом.

— А что, Мантра и Дром тоже полетят с нами? — удивился он.

Бирим кивнул:

— Когда они поняли, о чем идет речь, то решили ради освобождения всех андроидов пойти на риск и вернуться на планету — подстраховать тебя... нас. Да Рыжей Бороде и в голову не придет, что мы осмелимся снова сунуться в Колонию. Тем более почти в самую столицу.

Орри наконец закончил одевание и, стараясь не воспарить очередной раз к потолку, принялся натягивать кроссовки.

— А корабль? — спросил он. — Откуда у вас так легко взялся корабль?

Бирим весело улыбнулся:

— А мы назад на той же «Чунга-Чанге» и полетим. Только не в контейнере, а вместе с экипажем.

— Это как?! — поразился Орри. — Они же нас тогда со ста двадцати километров хотели об скалы расколошматить! Как им теперь можно доверять? И потом — манюшки у вас откуда, чтоб за обратный пролет платить?

Бирим продолжал беззаботно улыбаться:

— Вот именно потому, что они тогда нас кинули, они нас вчетвером и повезут обратно. В обмен на доброе дело.

— Не понял я ни фига! — потряс головой Орри.

— А тут и понимать нечего! — пожал плечами Бирим. — Типичный случай двойной трактовки Первого Закона. «Робот не может причинить человеку вреда своими действиями или своим бездействием»... Только вместо «робот» читай — «андроид».