Остров. Проект «Робинзон» - Евгений Родионов

тяжёлое вооружение и броня. Кроме того, я постоянно буду на связи, ты же помнишь, что в наших новых шлемах есть рация? Заодно проверим, как далеко она действует. Эх, жалко, что огнемёта нет, против этих саморостов самое то было бы… Ну да обойдусь, чем есть.

— Бегемота возьми, он хоть твой труп из зоны поражения вытащит, если что. — подруга поняла, что переубедить меня будет сложновато, и принялась упражняться в чёрном юморе.

— Хорошо. А ты закройся в доме и не пытайся выходить, лады?

…

После обеда, подкрепившись и основательно экипировавшись, мы с Бегемотом вышли на «прополку» территории. Наказав хвостатому бдить и, если что, немедленно ставить меня в известность о любых опасностях любыми способами, я решил начать с ближайшего сорняка, у водопада. Если вы помните, к нему был выход сверху, с каменного плато, примыкающего к лагерю и на котором располагалось наше стрельбище. Взяв с собой пулемёт, именно туда мы и направились.

Красавец сидел именно там, где и указывал наш пушистый разведчик, и отлично просматривался сверху. Я предусмотрительно не подходил близко, но и так всё было как на ладони. Тварь была точно такая же, как и та, что атаковала Дашу, только из-за каменистой почвы не могла нормально укорениться, и толстые, зелёные, бугристые отростки стелились по камням, цепляясь за всё, что можно. Я зарядил «циркулярку» и принялся садить короткими очередями сверху вниз, последовательно отстреливая монстру все выступающие части его зелёного организма. Оставив его без боевых «усов» и листьев, я влупил по цветкам, тут уже — от души, длинной очередью. Зеркально-фасеточная поверхность повела себя, скорее, как животное, а не растение — стеклянные гранулы лопались, из них разливалась красно-коричневая бурда, а на дне цветков пульсировали какие-то трубки и отростки, чрезвычайно гадкого вида. Запах в воздухе пошёл тоже далеко не благоухающий. Последними пулями я начисто срезал мерзкие цветы, и остатки растения (растения ли?) сразу как-то скукожились и опали, моментально потеряв сочно-зелёный цвет и начав чернеть.

— Даша, приём. — сказал я в микрофон. — Слышишь меня?

— Здесь Даша, приём. — ответ от подруги пришёл чёткий, без помех. — Слышу хорошо. Что у вас там? Стрельба была знатная.

— Первый готов. Похоже, если отстрелить этой твари бошки, тьфу, цветки, она сразу дохнет. Сейчас обойдём по ручью и проверим. Здесь не спуститься.

К тому моменту, как мы окружным путём пришли к водопаду, останки монстра уже полностью почернели и скукожились. На всякий случай я собрал то, что осталось, в кучу, полил огнесмесью и сжег от греха подальше. Биомасса сгорела практически полностью, оставив лишь горсть мелкой золы, но и её я закопал в песок — не приведи Ктулху, попадёт в Ручей, а мы оттуда воду берём, чёрт его знает, какая дрянь там содержится. Да и вообще, даже мысль о том, чтобы поганить ЭТОТ ручей, казалась кощунственной.

Отчитавшись Даше, мы двинулись дальше, к входу в Пещеру. Там всё повторилось, с той лишь разницей, что я не стал тратить лишние патроны и просто отстрелил цветки. Результат оказался ровно такой же — тварь почернела и сдохла. И опять я сжёг и закопал останки.

— Даша, приём. Мы закончили у Пещеры, сейчас двигаем на Хутор и оттуда — на Болото.

— Здесь Даша. А разве до тропинки не ближе? Где вчерашняя тварь растёт.

— Ближе. Но его я оставлю на сладкое. Так просто он у меня не отделается.

— Вася, ты меня заинтриговал. Продолжайте. Отбой.

Без эксцессов закончив на Хуторе, мы с Бегемотом вышли к болоту. Не приближаясь к берегу, я выбрал небольшой холмик к северо-востоку от Рыжего леса, уселся на нём и принялся осматривать топь в бинокль. Картина выглядела, в принципе, именно так, как и описывал Бегемот — по болоту медленно бродили пять… а, нет, уже шесть мертвяков. Хреново.

— Даша, здесь Василий. Вышел к болоту, веду наблюдение. Обычные мертвяки — медленные, оборванные, безоружные, выглядят хреново. Но их уже шесть…

— Здесь Даша. Даже не знаю, что меня больше пугает: то, что мертвяки, эээ, размножаются, или то, что они у нас уже «обычные». Что думаешь предпринять?

— Хочу понаблюдать с полчасика. Может, удастся выяснить, откуда они берутся.

— Лады. Будь на связи.

Однако, ни через полчаса, ни через час размножаться у нас на глазах зомби не пожелали. А может, количество мобов в локации просто достигло максимума? Это можно было проверить только одним методом, и я, сняв с плеча Дашину снайперку, приступил к аккуратному и методичному отстрелу зомбей.

Как оказалось, ни на гремящие на весь остров выстрелы, ни на смерть (если так можно выразиться) своих «товарищей» мертвяки не реагировали, продолжая свой печальный променад через болото, медленно и бессистемно бродя по колено в воде, иногда проваливаясь в неё, а то и падая и погружаясь с полностью. Однако, точный выстрел в голову заставлял монстров упасть в болотную жижу, и там и остаться. Только один раз из шести тварь поднялась обратно — я попал не очень точно, и из черепа просто вырвало часть, а не разметало его по сторонам. В любом случае, второй выстрел завершил начатое, а семь выстрелов на шесть целей — это вам не хухры-мухры. Именно так я и объявил Бегемоту, и тот склонен был со мной согласиться. Мы понаблюдали за территорией ещё полчаса, но новые зомби не появились. Доложившись подруге и убедившись, что у неё всё хорошо, я взялся за сладкое.

Говорят, что месть — это блюдо, которое подают холодным. Возможно, где-то и так, но я планировал для твари, ранившей Дашу (технически, конечно, убившей — но разум категорически отвергал всякое использование данного термина), просто огненный вечер. Во всех смыслах.

— Ну что, сучара, растёшь? — обратился я к супостату, всё также расположившемуся на тропинке. — Сиди, сиди, недолго тебе осталось.

Тварь повернула ко мне все свои цветки и грозно зашевелила ловчими стеблями. А я поудобнее пристроил пулемёт на ближайшем пне и принялся короткими, по два-три патрона, очередями отчекрыживать все выступающие части противника, которые показались мне сколь-нибудь опасными. В итоге, оставив только листья и цветки, я отложил пулемёт и принялся собирать по округе хворост — для моей задумки, его нужно было довольно много. Натаскав достаточное, на первый взгляд, количество, я принялся выкладывать дрова кольцом вокруг супостата, отступив от него чуть меньше пары метров. Бегемот, сначала смотревший на мои действия с недоумением, в какой-то момент понял, что я хочу сделать, и зло засмеялся. Учитывая те звуки, которые у него сходили за смех, мурашки пошли даже у