Перегрузка - Артур Хейли

В дополнение ко всем официальным мерам раздавались призывы к добровольной экономии энергии во всех ее формах. В «Голден стейт пауэр энд лайт» над всеми дискуссиями на данную тему довлели сведения о том, что собственных нефтяных запасов хватит лишь на тридцать дней нормальной работы компании. Поскольку все еще ожидалось поступление определенного количества нефти с танкеров, находившихся в пути, было решено отложить временные отключения до второй недели мая. Затем, на начальном этапе, электроэнергию планировалось отключать каждый день на три часа, после чего могли быть приняты более жесткие меры. Вместе с тем стало очевидно, что уже первые отключения электроэнергии причинят колоссальный ущерб экономике штата.

Ним знал, что ситуация складывается безрадостная. Это понимали и все остальные, имевшие непосредственное отношение к надвигающимся событиям. Однако общественность, казалось Ниму, еще не уловила или не желала уловить весь драматизм происходящего. Обязанности, возложенные на Нима как на вице-президента по планированию, а с недавних пор еще возвращение на должность общественного представителя компании делали его ключевой фигурой, особенно сейчас, когда людей интересовала оценка текущих событий и ближайшие перспективы. Исполнение сдвоенных обязанностей предполагало его сверхзанятость, и Ним попросил Терезу ван Бэрен:

— О’кей, я возьму на себя самые важные события, а там, где можно обойтись без меня, пусть подключаются твои люди.

Тереза обещала ему, что так и будет. Уже на следующий день вице-президент по связям с общественностью появилась в кабинете Нима:

— Есть такая дневная телевизионная программа, называется «Перерыв на обед».

— Ты можешь мне не поверить, Тесс, — сказал Ним, — но я никогда ее не смотрел.

— Да-да, очень забавно. Но не торопись отмахиваться от дневного телевидения. Дело в том, что миллионы домохозяек смотрят его, и завтра в этой программе пойдет речь об энергетическом кризисе.

— Наверное, с моим участием?

— Разумеется, — подтвердила ван Бэрен. — Кто еще, кроме тебя, сделает это лучше?

Ним усмехнулся:

— Ладно, но и ты сделай для меня любезность. Все телевизионные станции специализируются на трате времени. Они просят прийти пораньше, затем держат тебя целую вечность. Ты ведь знаешь, как я занят. Поэтому постарайся договориться с телевизионщиками, чтобы хоть раз все было четко спланировано: пришел — выступил — ушел.

— Я пойду с тобой, — сказала ван Бэрен. — И сделаю все, как надо. Обещаю.

Как оказалось потом, обещание повисло в воздухе. «Перерыв на обед», часовое телевизионное шоу, выходило в эфир в полдень. Ван Бэрен и Ним прибыли на телестудию в 11.50. В фойе их встретила молодая женщина — ассистент программы. Подобно многим работникам телевидения, она была стильно одета и выглядела так, словно окончила школу всего неделю назад. У нее был стандартный значок ее конторы, очки она носила чуть ли не на макушке.

— О да, мистер Голдман! Вы пойдете у нас в конце, без десяти час.

— Эй, постойте! — запротестовала ван Бэрен. — Меня заверили, что мистера Голдмана поставят в начале передачи. Он один из наших ответственных сотрудников, и его время очень дорого, особенно сейчас.

— Я знаю, — сладко улыбнулась ассистент программы. — Но режиссер передумал. Тема у мистера Голдмана откровенно тяжеловесная. Она может оказать на аудиторию угнетающее воздействие.

— Это пошло бы только на пользу, — сказал Ним.

— Если это случится, они просто выключат телевизор и нашей программе придет конец, — с убежденностью в голосе проговорила молодая женщина. — Может быть, вам хочется побыть на съемочной площадке, пока ждете? Заодно посмотрите остальную часть передачи.

Ван Бэрен посмотрела на Нима, всплеснув руками от собственного бессилия. Смирившись со всем происходящим вокруг и понимая, как много срочных дел он мог бы сделать за это бездарно потраченное время, Ним сказал ей:

— О’кей.

Ассистент программы, уже в который раз проигрывая одну и ту же сцену, сказала:

— Пойдемте со мной, пожалуйста.

Студийная площадка, расцвеченная и ярко освещенная, должна была напоминать жилую комнату. В центре стоял светло-оранжевый диван, на котором сидели двое постоянных ведущих, Джерри и Джин, — молодые, живые и энергичные люди. Установленные полукругом три телевизионные камеры охватывали всю площадку. Гости один за другим присоединялись к ярко освещенным ведущим. Первые десять минут ток-шоу были посвящены танцующему медведю из гастролирующего цирка, его сменила семидесятилетняя бабуля, приехавшая из Чикаго на роликовых коньках.

— Я износила пять пар, — похвасталась она. — Я добралась бы сюда раньше, но полиция запретила мне пользоваться скоростными магистралями, соединяющими штаты.

Следующим номером перед выступлением Нима стало появление «домашнего доктора».

— Он здесь постоянный персонаж, пользуется колоссальным успехом, — сообщила шепотом ассистент программы. — Люди специально ради него включают телевизоры. Вот почему, когда вы пойдете вслед за ним, вас будут слушать.

Седеющая знаменитость в свои пятьдесят лет показала себя незаурядным актером, владеющим всеми телевизионными приемами, включая обезоруживающую улыбку. Он точно знал, когда предстать перед телезрителями в роли заботливого целителя и в какой момент предложить им упрощенную схему желудка.

— Сегодня, — сказал он невидимой аудитории, — мы поговорим о запорах.

Ним зачарованно смотрел и слушал.

— Многие люди напрасно беспокоятся. Чего не следует делать, так это принимать слабительное. Ежегодно его продается на миллионы долларов. Это выброшенные деньги, причем многие препараты наносят вред вашему здоровью… Большинство запоров — плод воображения. Ежедневный стул может оказаться бесполезным фетишем… Пусть ваш естественный процесс идет своим ходом. Для некоторых нормальным является стул два раза в неделю. Проявляйте терпение, подождите… Настоящая проблема в том, что некоторые люди не сразу внимают зову природы. Они заняты, терпят. А это плохо. Кишечник утрачивает функциональную ритмичность, желание напрягаться… Поэтому ешьте больше грубой пищи, пейте больше воды…

Ван Бэрен наклонилась к нему:

— О Боже, Ним! Это нечто. Мне очень жаль!

— Да не беда. Видно, этого было не миновать, — ненавязчиво приободрил он Терезу. — Я надеюсь на то, что у меня еще не прошел кураж.

За доктором пошла реклама. Ассистент взяла Нима за руку.

— Теперь ваша очередь, мистер Голдман. — Она проводила его к центру площадки и усадила на стул.

Пока продолжалась реклама, Ним и ведущие обменялись рукопожатиями. Джерри, нахмурившись, предупредил:

— Вы последний. Времени осталось самую малость, поэтому отвечайте кратко. — Ему сунули в руку листок с записями, затем, словно по команде растянув губы в улыбке, ведущий повернулся к камере: — Наш последний на сегодня гость знает очень многое об электричестве и нефти. Он…

После представления Джин задал Ниму четко сформулированный вопрос:

— У нас действительно будут перебои с электроэнергией или это очередная несерьезная попытка устроить панику?

— Это не просто паника, и это произойдет.

(«Вы хотели коротких ответов, — подумал Ним, — так что ж, пожалуйста».)

Джерри посматривал в листок, который ему дали.

— Насчет вероятной нехватки нефти…

Реакция Нима была мгновенной:

— Она вполне реальна.

Ведущий широко улыбнулся:

— Хорошо, мы позволим вам справиться с ней. — Он вернулся к своим записям. — Разве в последнее время у нас в Калифорнии не было избытка нефти? Ведь нефть поступает с Аляски по трубопроводу.

— Некоторые временные излишки были, — согласился Ним. — Но теперь, когда вся страна отчаянно нуждается в нефти, любой излишек быстро улетучится.

— Это может оказаться эгоистичным, — сказал Джин, — но разве мы не можем попридержать эту нефть из Аляски в Калифорнии?

— Нет. — Ним покачал головой. — Дело в том, что это под контролем федерального правительства. Оно уже составило программу распределения. Каждый штат, каждый город в стране давит на Вашингтон, требуя своей доли. Если имеющаяся в стране нефть уже распределена, всем помногу просто не достанется.

— Я понимаю, — сказал Джерри, снова сверившись со своей шпаргалкой. — «Голден стейт пауэр энд лайт» обладает тридцатидневным запасом нефти. Похоже, это не так уж плохо.

— Эта цифра верна в определенном смысле, — подтвердил Ним, — вместе с тем она может вводить в заблуждение. Во-первых, невозможно использовать всю нефть до капли, до дна каждого резервуара. Во-вторых, нефть не всегда оказывается там, где она больше всего требуется. Одна генераторная установка может остаться без нефти, а другая иметь запасы, которых хватит на несколько дней. Но технические возможности перевозки больших количеств нефти ограничены. Тридцать дней нам не продержаться, более реалистично — двадцать пять.