Город счастливых роботов (авторский сборник) - Олег Дивов

Леха едва не сказал, что очень похожие намеки делал ему отец, — и вдруг его словно током пробило.

Это ему на плечо легла рука.

— Привет, коллега! — сказала Мария.

— Здравствуй…

— Вы позволите?..

— О да! — воскликнул Петя, неожиданно смутился, бросил взгляд на часы и вскочил. — Мне как раз пора бежать.

— Петр, наш программист, — сказал Леха. — А это Мария…

— …Лицо Нанотеха, — закончил фразу Петя и склонился в поклоне. — Прекрасное лицо, и слова мои не банальный комплимент, а научная констатация факта. Всего наилучшего. Лех, у тебя двадцать минут еще.

— Я не лицо, я только учусь, — бросила Мария вслед Пете и уселась напротив Лехи.

— Тебе принести чего-нибудь? — засуетился он.

— Спасибо, я уже. У нас график скользящий, нам, если что, прямо в офис перекусить носят. Не знал? Есть свои преимущества в работе пиарщика. Но работа собачья. Все тебя подозревают в неискренности, и всем кажется, что ты просто высокооплачиваемый бездельник.

— Это тебя-то подозревают в неискренности?! — не поверил Леха.

— А куда деваться, Леш, — сказала Мария устало. — Ты меня сколько знаешь? Мы скоро десять лет как рядом. Я тебе ничего доказывать не должна, ты все поймешь с полуслова. А целевая аудитория… Я для нее по умолчанию просто смазливая девчонка, которая пытается ей что-то впарить. И вот эту стену отчуждения надо пробить.

— Ну ты-то сможешь, — сказал Леха уверенно.

— Как знать. Самое неприятное — то, что надо все время чуть-чуть переигрывать. Говори громче, улыбайся шире, глазами делай вот так… — Мария показала как, Леха расхохотался. — В общем, надо не быть искренней, а казаться. Тут еще специфика видео, ты на экране выглядишь немного по-другому… Ну, буду пробовать дальше. Пока что пиарщик из меня так себе. А туда же, «лицо Нанотеха»… Мне до этого лица как до Луны на четвереньках.

— Ты сможешь, — повторил Леха.

— Я им покажу, — заявила Мария. — Я хочу разбить стереотип. Доказать, что Нанотеху для пиара нужны не хорошенькие мальчики и девочки, которые вот так делают глазами и улыбаются шире монитора, а живые нормальные люди.

— О! — Леха в знак согласия поднял большой палец.

— Михалборисыч тоже сказал — о!.. Теперь надо, чтобы он уломал наших. Они же вроде королевства в королевстве, уверены, что если прочли десять книжек о рекламе, освоили дюжину психологических трюков и могут без запинки выговорить «гуманитарные технологии», то самые умные… А потом я еще Дашку подключу — вот из кого настоящее лицо Нанотеха получится! Второе лицо, естественно…

Мимо столика прошел Зарецкий и хитро подмигнул Марии. Та недоуменно пожала плечами.

— Ладно, хватит ныть, я, собственно, не жаловаться пришла, а извиняться, — сообщила она.

— За что?!

— Ну я тебя забросила совершенно… С этой работой… Лех, проснись, мы с первого сентября парой слов не перекинулись! В школе ты от «читалки» не отлипаешь, тут из лабы не высовываешься, и со мной та же история: то учусь, то кручусь. А кто мне о микробах рассказывать будет?!

Мария чуть двинула головой, отбрасывая волосы с глаз, и Леха просто сомлел, так это было… Это было…

Это было для него.

Она сидела тут напротив совсем не так, как за соседней партой. Она убрала дистанцию, которая всегда разделяла их.

Такое вот, ребята, Монте-Карло.

— Ага, — сказал Леха и чуть прищурился, не понимая, что бесстыдно кокетничает. — Я понадобился.

— Ради общего дела, коллега!

— На благо фирмы.

— Производственная необходимость! — Мария так удачно подыграла, что окажись кто поблизости, он бы решил: тут где-то скрытая камера, снимают сцену наглого соблазнения.

— А ведь мы действительно сто лет не виделись… — вырвалось у Лехи. — Ну, ты понимаешь. Вроде каждый день рядом, а как-то… Как-то так. Привет-пока.

— Ну скажи, негодяй, скажи!

— Чего?

— Что скучал по мне.

Леха издал горлом неопределенный звук. Мария рассмеялась, откинулась на спинку стула, бросила взгляд на свой оттопырившийся спереди жакет — пресс-служба редко надевала белую форму, обычно ходила в деловых костюмах, — и залилась смехом.

— Грудь вперед! Забыла совсем: глаза вот так, улыбку шире — и грудь, грудь вперед! Ой, не могу…

— Да, я скучал по тебе, — сказал Леха.

Отдел паблик рилейшнс, он же попросту «пресс-служба», и правда старательно надувал щеки, изображая «королевство в королевстве», без которого Нанотех сгинет в безвестности. Но реально отдел существовал в режиме «чего левая нога директора захочет». И если Михалборисыча осеняла гениальная пиар-идея — всегда не вовремя, естественно, — начиналась свистопляска. Идею подвергали мозговому штурму, по итогам которого выносилось решение, каждый раз одно и то же: не хочется, а делать надо! Поскольку гениальные идеи Михалборисыча следовало претворять в жизнь вот прямо завтра (а иногда и вчера), а осеняло директора хронически после плотного обеда, то уже к вечеру отдел впадал в состояние, которое главный пиарщик звал «трэш, угар и содомия». Компьютеры едва не дымятся, мозги плавятся, телефоны разряжаются на глазах, мусорные корзины — реальные и виртуальные — трещат от забракованных вариантов. Потому-то у пресс-службы и ненормированный рабочий день, и обеды в офис, и высокая зарплата. И белую «чистую» униформу пиарщики надевали только для визитов в лаборатории или спуска в «яму». Все остальное время их одеждой были обычные деловые костюмы: чтобы можно было сей секунд броситься на амбразуру. Или лечь на алтарь.

То, что пресс-служба, несмотря на все понты, стоит перед директором в позиции низкого старта и только ждет пинка под зад, Мария поняла буквально за неделю работы. Объяснялось это просто: главного пиарщика, неглупого, в общем, специалиста, директор Нанотеха подобрал в столице по бросовой цене. Чего-то он там криво напиарил. Потом у Михалборисыча вскрылись наполеоновские планы, а у пиарщика широко раскрылась варежка: увидал, какая везуха привалила. Будешь хорошо себя вести — прыгнешь вместе с шефом прямо в Кремль! Сей момент пресс-служба была поставлена на карачки и приучена грызть асфальт. А кому не нравится, вали отсюда, у нас полный город молодых талантов, готовых и глазами вот так делать, и улыбаться до хруста, и грудь выпячивать.

Приглядевшись, Мария рассудила: стать заметной фигурой в такой шарашкиной конторе, а уж тем более продвинуть нетривиальную инициативу, можно лишь одним путем — если тебя опекает лично директор Нанотеха. Занять в пресс-службе достойное место Мария была просто обязана, ей амбиции не позволяли болтаться на вторых ролях, она сюда пришла с дальним прицелом, как мудрый политический деятель. А выдумать и реализовать нечто свеженькое требовала заводная натура. Подумаешь, что школьница, вы не судите по возрасту, судите по мозгам! Девочка на побегушках, выполняющая наполовину секретарскую, наполовину курьерскую работу, — это было не для нее.