Рушара - Марина Казанцева

— Я права. Зона больше не гонит воздух с планеты. В ней пусто. И уровень атмосферы понизился.

Лодка перемещалась в разреженной среде, почти в космосе. Далеко над головой проплывала кисельно-розовая Юмм.

— Что это?! — крикнула Итта.

Мимо лодки с превышающей скоростью пронеслось какое-то тело с неясными очертаниями. Оно миновало стороной корону бразеларов — та вспыхнула и тут же угасла. Аманда ринулась следом. Но, тело уходило так быстро, что всей мощи лодки не хватило, чтобы догнать его. Перегрузки едва не погубили пилота и пассажира.

Аманда снижалась к Зинтаресу. На заснеженных холмах летающего архипелага не виднелось ни одной живой души. Зелёная трава сильно поредела на склонах, поверх неё наплывами лежал лёд. Деревья стояли без листьев. С бортов островов тяжело свисала длинная ледяная бахрома. Весь архипелаг походил на летающее кладбище.

— Они, наверно, спрятались внутри. — негромко проговорила Аманда.

Итта молча смотрела на изуродованные холодом когда-то прекрасные холмы.

Внутри островов, в лабораториях, было достаточно тепло, но на обширных экранах виднелась одна и та же панорамная картина — обледенелые вершины Зинтареса да пасмурное небо. Население острова вполне обжило все ярусы гигантского помещения. Сюда перенесли из непригодных для проживания наружных домов всю мебель и хозяйственную утварь.

Теперь изящные рушеровы сидения из прозрачного и лёгкого материала соседствовали с резными деревянными креслами сибианов. Еда готовилась как в лабораторной посуде, так и в расписных горшках из синей глины — их сибианы ранее выменивали у жителей Урсаммы — монков. Здесь были многие удобства, ранее недоступные жителям летающих островов: пища готовилась не на открытом пламени, а в термостатах. Также возродились к действию гигантские холодильные установки, где теперь хранились запасы пищи.

Аманда удивилась, увидав, что сибианы теперь одеты в меховые накидки с длинным белоснежным волосом. Это, как оказалось, дар аллерсов — они более не могли содержать в своих сиреневых горах шерстеносов — рривов. Для их прокорма требовалась свежая трава. Такую же одежду — простую тунику с отверстием для головы подарили и Аманде, поскольку оперённая курточка почти не грела на ледяном ветру.

— Сейчас свяжемся с флагманом. — сказал Аманде один из сибианов, когда она спросила, где найти Аргентора.

Он подошёл к радиальной консоли, какие имелись на верхнем уровне каждой лаборатории, и уверенно начал нажимать разноцветные клавиши. Сибианы быстро освоили технику Рушера и теперь открывали каждый день всё новые возможности лабораторий. Один из экранов переменил изображение унылого обледенелого холма, высветилась внутренность флагманского острова.

Сидящий у такого же пульта незнакомый сибиан поднялся — он приветствовал Героя орнитов — Орниссу Бесстрашную. Теперь связь между островами совсем уже не та, что раньше, когда сибианы переходили с острова на остров по гибким мостикам. Теперь, не выходя со своего места, можно устроить всеобщее собрание по всему архипелагу. Но, сибианов мало радовали такие удобства — они желали видеть свой Зинтарес в прежней красе.

— Герои улетели на Рорсеваан. — сообщил подошедший на зов дежурного Станнар — капитан погибшей флотилии. — Прилетел Ааренс, оглушил их какой-то необыкновенной новостью и перенёс всех во дворец. Хорошее известие, Орнисса! Рушер покинул своё логово и дворец на Рорсеваане в полном распоряжении Героев. Тебя тоже там ждут.

— Тиран покинул свой дворец! — захлопала в ладошки Итта. — Вот это здорово!

— Сомневаюсь, что это так прекрасно. — проворчала Аманда, выбираясь на поверхность холма — там её ждала волшебная лодка Рушера, которой были нипочём бешеные порывы ветра.

— Это замечательно! — заверила её легкомысленная монка. — Исполняется пророчество: монки будут топтать своими ногами алмазные полы дворца на Рорсеваане. Пойдём топтать полы!

Воздушная лодка Аманды прямым курсом неслась на Рорсеваан, рассекая холодный воздух и оставляя позади себя белый след, тут же осыпающийся ледяным дождём.

Золотой океан Аурус утратил свою красоту. Теперь он стал мертвенного свинцового цвета — погибла тонкая плёнка микроорганизмов, которая придавала поверхности воды этот необыкновенный золотой свет. В бушующих волнах носился растительный мусор, мёртвые птицы и погибшая рыба. Эйчварсы ещё раньше покинули Аурус и ушли далеко на запад — к подножиям синих гор — там ещё сохранялось тепло.

В мутном воздухе горизонта вырисовывался край материка Марено — земли орнитов. Давненько Аманда там не была.

Прекрасные острова у южного побережья, когда-то похожие на россыпь драгоценных камней, теперь скрывались в бешеном прибое — тот размётывал воду, и над нежилым архипелагом тяжело моталась лохматая серая туча. Аметистовый песок пустыни Импарр завалило снегом и мусором, среди которого виднелись обширные малахитовые пятна — это колонии птицеанов сбивались в огромные стаи и грели друг дружку. Теперь птицы уже не ловили рыбу, а подбирали гниющие останки погибшей прибрежной фауны. Безмозглые птицеаны, лёгкая добыча эйчварсов и вообще любого, кто желал наскоро закусить, лучше всех приспособились к глобальной катастрофе.

Видеть бедствие Марено и не снизиться, чтобы узнать, каковы дела, для Аманды было невозможно — она повернула на север и направилась к Фланниру.

С восточного берега полуостров терпел атаку огромных океанских волн — те били в пологий берег и далеко перекатывались через песчаные пляжи. Будь здесь дома орнитов — давно бы смыло все. Хуже всего было то, что не осталось ни одной танцующей пальмы — только обломки торчали из земли, да ветер гонял размочаленные листья. Разгром на Фланнире оказался в тысячу раз хуже, нежели после нападения киборгов.

Аманда не стала выбираться из лодки, лишь под прикрытием защитного поля растерянно оглядывала последствия разгула дикой стихии. Марено был ей дорог, она считала его второй родиной, настолько было в ней сильно чувство родства с орнитами.

— Ну что ж, — с расстановкой произнесла, наконец, она. — Видали и похуже. В конце концов, это всего лишь ураган. На нашей планете и не такое бывает.

— Да? — отупело спросила Итта, потерявшая обычную оживлённость, свойственную монкам — зрелище опустошенного Фланнира ей показалось ужаснее, чем оледенение Зинтареса.

Лодка снялась с места и низко полетела над заливом Крабарри Ло. Насквозь проледеневшие воды некогда тёплого залива были забиты растительным мусором — изо льда торчали расщеплённые стволы танцующих пальм и других растений, виднелось множество погибших птиц и животных.