Закат Тьмы - Сергей Тармашев

— Если нам удастся победить в этой войне, — решительно произнесла Айлани, — я сделаю всё, что будет в моих силах, дабы вернуть несчастным их родовые вотчины!

— Вот как? — Король Трэрг появился подле них из ниоткуда столь внезапно, что Сударь Тим испуганно отпрянул, врезаясь спиною в корабельные канаты. — Даже если ради этого придется перебить пиратских женщин и младенцев? — Его Величество с любопытством посмотрел на Принцессу. — Ты же понимаешь, что раз пираты заселили острова, то перевезли на них свои семьи.

— После нашей победы кровопролитие не потребуется… — от столь неожиданной постановки вопроса запал решительности мгновенно покинул Айлани, но она попыталась не сдаваться сразу: — Мы потребуем от пиратов покинуть острова добровольно! Иначе их ожидает вечная изоляция!

— А если пираты откажутся? — Выражение лица Трэрга хранило печать серьёзности, но магические потоки подсказывали Айлани, что он веселится, глядя на её попытки увенчать кровавое бескровным. — Если вечная изоляция их не испугает? Они же пираты. Они и так всегда в вечной изоляции.

Принцесса замешкалась, не зная что сказать, ибо сознание её неожиданно разделилось на две части. Одна часть, большая и милосердная, вещала о том, что после войны все живые существа устанут от беспрерывных потоков крови, здравый смысл восторжествует, и все взаимные претензии будут решены в мирных дискуссиях. Другая же часть, маленькая и донельзя усталая, с насмешкой предлагала первой вспомнить факты, позволяющие утверждать обратное, коих в жизни Айлани было немало… От очередного конфуза Принцессу спасло появление Гронга Неотразимый Удар. Клыкастый гигант что-то сказал Его Величеству на оркском, и Король утвердительно кивнул.

— Отправляемся! — коротко велел он, и морская экспедиция началась.

Объединенный флот покинул остров рода Маара и двинулся в путь. Ласковый шепот плещущихся волн действовал на Айлани умиротворяюще, и она ещё долго стояла у борта, наслаждаясь зрелищем заката. Оранжевый солнечный диск спускался к морской глади, дабы бесследно погрузиться в неё на время ночи, и рассыпал по океанским просторам мириады золотых бликов. Столь величественная и ничем непоколебимая картина словно нашептывала ей о тщетности и мимолетности мирской суеты. Что бы ни происходило в Человеческих Королевствах или песках Ратхаш, кто бы ни победил или не исчез с лица Парна в очередном кровавом безумии, а светило всегда будет так же величественно погружаться за морской горизонт в отведенное время. Мирозданию нет дела до мелких существ и их ещё более мелких дрязг. Неужели Эльфы правы, и человеческие беды суть пыль, оседающая на колесе Истории? Недаром Дети Богов взирают на Людей подобно Солнцу — отстранение и с недосягаемой высоты…

Айлани немного подумала над этой мыслью и нашла её концептуально неверной. Солнце безразлично к распрям ничтожных существ, но оно щедро одаривает своим дарующим жизнь теплом всех их без исключения. Эльфы же не делают просто так ничего. Даже их забота о населяющих Эфрикк народах продиктована опасением потерять инструмент давления на Некрос. Конечно, стремления Эманора уничтожить Эльсириолл ужасны, уж лучше ненавязчивые эльфийские пастухи, нежели рабское ярмо некромосов, но всё же сама суть межгосударственного устройства Парна угнетала Принцессу. Ведь несмотря на то, что Эльфы заверили её в том, что более не допустят появления некромантов в Эфрикке, общее положение дел никак не изменилось: торговля кровью не прекратится. Князь Элефендил даже не пытался этого скрывать. Неужели Эманор прав, и рабство будет существовать вечно, ибо спрос на кровь есть всегда…

— Ваше Высочество, извольте сменить плащик на более теплый! — появление Лимми прервало ход её мыслей. — Мы уходим всё дальше в океан, вдруг случится порыв ветра, и морские брызги попадут на Мантию Резонанса! Как в таком виде вы будете беседовать с благородным собранием?

— Разве уже пора? — Айлани поняла, что стоит на баке в одиночестве довольно долго. Ещё утром она ответила согласием на просьбу волшебников, назначенных в военный отряд её корабля, провести с ними научный семинар на тему целительной магии, как только выдастся достаточно времени.

— Все собрались в кают-компании и ожидают вас, — ответствовала Первая Фрейлина. — Не извольте беспокоиться, Ваше Высочество, они подождут, сколь будет нужно. Ибо наш безгранично интеллектуальный Наставник уже морочит им головы высоконаучной дискуссией. Не иначе, рассказывает о своих подвигах на ниве воспитания Белого Мага, ленивый бездельник!

— Лимми! — Айлани строго посмотрела на старушку, с кротким лицом поправляющую складки на плаще Принцессы. — Я надеюсь, ваши препирания с Лордом Тэрвисом не уронят престиж Редонии в глазах волшебной общественности Альянса? Чародеи из других Королевств относятся к Наставнику со вниманием и уважением.

— Престиж Редонии ни в коем случае не пострадает, — заверила её Первая Фрейлина. — Графиня Лимм всегда следит за каждым своим словом! Столько лет при дворе не проходят даром!

Старушка с гордостью расправила плечи, и Принцесса, невольно улыбаясь, направилась в кают-компанию. Пятерых магов и Лорда Тэрвиса она действительно застала посреди весьма увлеченного диспута, и сей научный семинар закончился далеко за полночь. К сожалению, Его Величества в тот день она более не увидела. Король, Гронг Неотразимый Удар и вакрийские советники уединились в капитанской каюте и размышляли над планами баталии, в которые её посвятили на следующий день. Весь он основывался на хитрости, и заключалась она в том, что Белый Маг поначалу станет исцелять и своих, и врагов, что сведет на нет боевую мощь чародеев, и заставит пиратов уверовать в возможность своей победы. Вакрийцы заявляли, что сие условие суть наиважнейшее.

— Пиратские корабли, в отличие от торговых, строятся для ведения сражения, — объяснял Сударь Тим. — Они несут на борту вдвое больше абордажников, нежели мы. Воины Морей усердно изучают военное дело, в то время как мы более заняты делами торговыми и рыболовными. Посему даже один пиратский корабль представляет собой весьма серьёзную опасность для торгового судна, а поодиночке они ходят редко. Однако в целом же пиратских родов чуть более двух десятков, общая их численность втрое уступает населению торговых островов. Посему пираты всегда избегают всеобщей войны или кардинальных конфликтов с Человеческими Королевствами. Они могут устроить блокаду и даже объявить войну нескольким торговым родам, но не в их интересах объединять против себя всех. Гораздо выгоднее вести разумную ценовую политику, регламентирующую безопасный проход по морю.