Ледяное сердце - Людмила Семенова

Но едва они собрались расходиться по делам, у дверей послышался какой-то шорох и странный, гортанный незнакомый голос. В гостиную быстро вошел Юха — его и так бледное лицо было совсем как полотно, а глаза горели от тревоги и гнева.

— Велхо, у нас здесь пиру[1]! — крикнул он, будто обращаясь к обоим колдунам сразу. Духи мигом вскочили с мест, а Хейкки, в противоположность другу, покраснел от злости.

— Что? Он посмел заявиться сюда? Так гони его в шею! — выпалил домовой. Однако Юха покачал головой и произнес:

— Вы не поверите, но он пришел помощи просить!

— Помощи? В том, чтобы разрывать могилы и жрать тела? — усмехнулся Хейкки. — Думаю, он без нас справится, а больше ничего и не умеет.

— Подожди, — решительно произнес Илья и придержал парня за плечо. — Я думаю, его надо выслушать, а там уж сообразим, как поступить. Это же наверняка связано с делами Латифа и его подруги, а информатор в их логове нам пригодится.

Хейкки скривил губы, но промолчал и пошел за колдуном. В прихожей их поджидал высокий и сухой старик, будто состоящий из одних костей и бурой пергаментной кожи. Лысую голову прикрывала бархатная шапочка, тело было задрапировано в серые ткани. Лицо заросло седой бородой и на нем выделялись черные глаза навыкате, с лихорадочным блеском. Руки, выглядывающие из одежды, походили на куриные лапы.

«Гуль» — припомнил Илья восточное имя этого существа. Северные духи предпочитали выражаться более презрительно. При виде двух колдунов старик низко поклонился, но его глаза сверкали все тем же странным огнем.

— Я прошу у вас прощения, но больше ничего не мог поделать, — сказал он совсем тихо, показав ряд мелких почерневших зубов.

— Дед, а что же ты нам не явишь свой истинный облик? — усмехнулся Хейкки. — Покажись так, как ты показываешься беззащитным путникам, прежде чем высосать из них кровь! Или перед нами кишка тонка?

— Юха, забери своего товарища, — резко произнес Антти. — Нам тут еще судилищ не хватало! Элиас прав: мы не в том положении, чтобы нос воротить от подмоги, хоть от пиру, хоть от самого Хийси[2]!

Когда друзья ушли, Антти сказал слегка удивленному Илье:

— Хейкки, конечно, верный парень, но порой слишком много на себя берет. Ничего, пусть остынет, а мы пока проводим нашего гостя в тихое место.

Они пошли в кабинет и Антти подвинул к старику стул. Тот сел, ссутулившись и устремив глаза в пол, но Илья решительно окликнул его:

— Кто ты и чего от нас хочешь?

— Дома меня всегда называли Бади, я пустынный дух, — проговорил гуль. — Но последние годы постоянно скитаюсь по разным краям, вслед за хозяйкой, которой мы достались от сахиры Мавахиб…

— Ну, о твоих хозяйках мы наслышаны, а что привело тебя сюда?

— Сахира Хафиза обезумела, — покачал головой Бади. — Она пыталась пробить барьер, который вы возвели, и навести смертельный морок, но ничего не получилось. Даже сама надышалась ядовитой ауры и после этого пустилась во все тяжкие. Если бы вы видели! Мне самому стало страшно за себя и служанок, поэтому и пришлось вас просить…

— Ты просишь нас разобраться с Хафизой? Мы бы сделали это и без тебя, старик, — усмехнулся Илья.

— Вам надо поторопиться, — вздохнул Бади. — Я дам сонное зелье ее телохранителям — с ней не пройдет, у нее чутье на такие вещи. Если ее не уничтожить сейчас, она направит гнев на людей, а вам снова останется только наблюдать, как они умирают.

— Что она теперь может сделать? — спросил Антти.

— Например, призвать нежить из нижнего мира. С высшими духами ей уже не договориться, но мелкие гады откликнутся, а зубы у них острые и голод неутолим. Они просто начнут загрызать людей в постелях, а город примет это за новую страшную эпидемию, — промолвил гуль.

— Не верится мне, что тебя волнует судьба людей, — заметил Илья.

— Но вас же волнует, — сказал Бади и пристально взглянул на колдуна. — Или вы собираетесь ждать?

Тут Илья ничего не мог возразить и вопросительно взглянул на Антти.

— Он не врет, — произнес старик. — Что же, мы ждали подобного каждую минуту, и теперь время настало. Благо нам есть на кого опереться.

— В таком случае вам стоит остаться здесь, на случай, если Хафиза напустит морок или еще что-нибудь подстроит. Нельзя оставлять постояльцев без защиты, — сказал Илья. — Надеюсь, вы в меня верите?

— Конечно, и не надо объяснять, Элиас. Я ведь обещал, что доверю главенство тебе, — улыбнулся Антти. — Тем более ты не один на линию огня идешь, ребята молоды, сильны и с нежитью быстро расправятся. Сейчас для тебя главное — не дать волю своей жалости.

— Вы шутите?! Какая жалость к сумасшедшей серийной убийце, которая едва не разрушила мой город? — изумился молодой колдун.

— Это тебе сейчас так кажется, на холодный рассудок, а когда вблизи ты учуешь человеческую ауру, вспомнишь древнее, выжженное клеймом вето на убийство себе подобного, да еще женщины, — поверь, будет нелегко.

— Я оправдаю ваши ожидания, — заверил Илья.

Оставив пока гуля в кабинете под охраной, колдуны собрали всех духов природы, служащих в гостинице, и объявили, что в лесу и на заливе необходим особо тщательный надзор.

— У нас это называется работать в режиме «тревога», — пояснил Илья. — Кто-то пойдет со мной, остальным надо охранять тыл на случай прорыва, чтобы нежить не ринулась к людям. Ну а домовые пусть гостиницу берегут, а то как бы чего не вышло.

— А можно мне с тобой? — спросил Хейкки. — Ты не думай, мы с нежитью тоже дело имеем! Дурные хозяева порой после смерти не хотят дом оставить, вцепляются и высасывают соки из живых. Я таких успел погонять.

— Сейчас он дело говорит, Велхо, — заметил Юха, не удержавшись от подкола. — Ну что, возьмешь нас?

— Хорошо, ребята, собирайтесь, а Сату я попрошу наведаться к моей матери и Яну, приглядеть за домом. Нечего ее беременную с нами тащить, — кивнул Илья. — А ты, Накки?

— Ну о чем ты? Конечно, с тобой пойду к Хафизе, благо успела навостриться на ее сестре, — усмехнулась водяница. — И девчонкам с лодочной станции передам, пусть наготове будут.

— Тут еще вот что: обычно нежить-то не особо прыткая, а от некоторых заклинаний может окрепнуть и взбеситься, — сказал лесовик Рикхард. — У этой ведьмы наверняка нечто подобное в запасе есть.

— И чем это грозит?

— Когда мы будем удерживать призраков, природу опять может тряхнуть, — серьезно ответил Рикхард. — Только на сей раз не мороз, а ураган, ледяной дождь или даже наводнение. И чем суровее