Акелдама - кровавое поле битвы. Книга 3. Часть 2 - Елена Вихрева

- Этого ты никогда не узнаешь, - Мрак невесело улыбнулся и совершенно без сил откинулся в кресле. - Он тебе этого не сказал, иначе ты бы уже вспомнил.

- Что?

- Расслабься, это не ментальное воздействие. У меня есть странное свойство стимулировать память, но при этом самих воспоминаний я не вижу.

- Спасибо, Мрак, - искренне поблагодарил Рэм, к которому все еще возвращались воспоминания раннего детства: яркие, добрые, наполненные радостью и счастьем.

- На здоровье, Рэм, - усталая улыбка и уже серьезное. - Вот только проблема-то никуда не делась. Ты мутируешь с невероятной скоростью. Все закончится так или иначе через трое-четверо суток. И шансов выжить у тебя очень мало.

- Значит, я должен успеть все сделать за это время, - тихое.

- Это могут быть и сутки, Рэм, - ледяное.

- Но сутки у меня есть? - Темный Император затаил дыхание в ожидании ответа.

- Сутки есть точно.

- Хвала Богам, - облегченный выдох.

- Что ты собираешься делать? - насторожился Мрак, заметивший решимость в глазах Темного.

- Если получится - сломать игру Санатану, а нет - хотя бы испортить ее, заключив мир с Тахирой.

- Санатан? - пилот яростно выругался. - Он не даст тебе испортить свою игру.

- Дей обещал мне помочь.

- Я бы не стал рассчитывать на древнего, Рэм, - усмехнулся Мрак. - У древних свои законы и правила.

- Это я уже слышал.

- Может, стоит прислушаться? - язвительное.

- Да я как-то привык сам на себя рассчитывать, так что... - Темный Император неопределенно пожал плечами.

- А теперь ответь мне честно на один вопрос, Рэм. Ты посылал теней за Анитой? - пилот напряженно вглядывался в наконец-то успокоившиеся глаза собеседника.

- Никогда, - тот не отвел взгляда.

- А та история из-за которой нубит сбежала с Акелдамы?

- Это сложно, - хриплое. - Кое в чем я виноват.

- Значит, ты обидел ее, - Мрак резко вскочил на ноги и прорычал, отчаянно стискивая руки в кулаки: - Как ты мог ее обидеть?!

- Мрак...

- Как?! - пилот рявкнул и кинулся на Рэма, намереваясь стереть его в порошок.

- Какого фомора, Мрак?! - Темный легко уходил от ударов пилота, однако сам не атаковал.

- Ты причинил боль Аните?! Кто-то должен заставить тебя за это заплатить!

Мрак невероятно ускорился, но все еще не мог пробить защиту Рэма, который стиснул зубы, чтобы не высказать то, что диктовала ему отчаянная ревность.

- Вон! - рявкнул Темный Император, заметив боковым зрением влетевших в покои воинов, в руках которых были клинки, а у одного и пистолет.

Воины замерли на несколько мгновений, колеблясь - им совершенно не хотелось уходить, когда их императору грозила опасность.

Рэм понял это, вполголоса ругнулся и начал действовать: неуловимым гибким движением он оказался за спиной пилота и тут же провел жесткий удушающий захват.

- Я сказал вон! - ледяным тоном повторил Темный. - И камеры выключить.

Воины вздрогнули и поспешили ретироваться, оценив, наконец, насколько их император сильнее своего противника, и прекрасно сознавая чем им может грозить непокорность.

- Прости, Мрак, - Рэм отпустил того, как только за воинами закрылись двери.

Мужчина тяжело оперся на спинку кресла, судорожно вдыхая воздух.

- Почему сразу не ответил? - прохрипел он, растирая шею. - Мог ведь вырубить одним ударом.

- Мрак, я не враг тебе, - негромко произнес Рэм.

- А Аните?

- Я люблю ее, - полное боли.

- Любишь? - язвительное.

- Люблю...

- Тогда отпусти ее, - Мрак говорил спокойно и ровно. - Если любишь - отпусти. Ведь именно этого она и хочет.

Рэм застонал и отвернулся от собеседника, отчаянно стискивая руки в кулаки.

- Отпусти ее, Рэм. Ты и так причинил ей слишком много боли. Отпусти...

- Сначала поговорю, - хриплое. - А потом... потом, если она захочет уйти - отпущу.

- Вот такого Рэма я знаю, - пилот облегченно вздохнул.

Темный Император горько усмехнулся - если Анита не отзовет вызов, то он ее отпустит, отпустит единственно возможным в их случае способом...

Рэм после беседы с Мраком чувствовал себя совершенно разбитым. Он вспомнил вопрос того, о том, что он собирается делать дальше, и откровенное потрясение, когда он сказал, что хочет заключить мир с Тахирой, и заключить его как можно скорее. А после заключения мира, он собирался вернуть всех пленных домой. Помнил он и ответ на это его заявление Мрака:

- Я хочу тебе верить, Рэм, очень хочу, но... - мужчина усмехнулся и покачал головой. - Это настолько невероятно, что я не могу.

- Все увидишь сам, - Темный вздохнул и вышел из покоев.

Рэм отдал распоряжение хорошенько накормить пленников и, собравшись с силами, шагнул в соседние покои.

- Лель, - позвал он, перетекая в форму Рэма.

- Сефу? - пророкотал тот, появляясь в комнате через двери на террасу. - Что ты тут делаешь?

- Поговорить пришел, - Рэм обнял друга, с облегчением отмечая, что регенератор полностью справился с его повреждениями.

- А не боишься? - Лель говорил тихо, стараясь, чтобы слова не искажали рычащие нотки в его голосе.

- Что тоже хочешь наброситься на меня? - усмехнулся Темный.

- Тоже?

- Мрак полез.

- Что ты с ним сделал? - сдавленное.

- Да ничего я ему не сделал! - вспылил Рэм. - Сейчас, наверняка, уже завтракает. Да пойми же ты, я не враг вам.

- Не рассказывай сказок, Темный! - прорычал Лель. - Твои тени едва не убили всех нас. А то, как ты поступил с куколкой...

- Лель, просто выслушай. Выслушай, прежде, чем сотворишь какую глупость!

- Говори, - рыкнул тот.

И Рэм заговорил... Он рассказал другу все, что знал о кознях Санатана, открыл все, что узнал от Дея и сказал, что хочет мира между их планетами.

- Санатан значит, - задумчиво протянул Лель и испытующе посмотрел на Рэма.

- Это правда, Лель, - тот сжал зубы - неужели друг ему не поверит.

- Звучит слишком фантастично. Впрочем, как и предложение мира. Что ты реально задумал?

Рэм выругался и в сердцах выдал:

- Я могу не пережить эти сутки, Лель.

- Какого фомора? - едва слышно выдохнул Лель, вглядываясь в стремительно меняющие цвет глаза дуга. - Что происходит?

- Я мутирую, - хриплое признание, - снова мутирую. И в этот раз шанс на выживание слишком мал. Так что, Лель, поверь, я ничего не задумал. Я действительно хочу мира для своей планеты. И еще не хочу дать ни малейшего шанса Санатану снова стравить нас.

Несколько долгих мгновений Лель раздумывал, вглядываясь в калейдоскоп цветов в глазах Рэма, а потом произнес:

- Верю тебе.

- Спасибо, Лель, - полное облегчения.

- Рэм, - мужчина стиснул зубы, и отчаянная тревога проступила на его лице, - я за сына переживаю...