Кадеты и юнкера в Белой борьбе и на чужбине - Сергей Владимирович Волков

В течение последующего времени и вплоть до освобождения Омска от советской власти летом 1918 года кадеты приняли участие во всех народных выступлениях против большевиков в городе; после одного из них здание корпуса было красными обстреляно и занято красногвардейцами, так как у кадет не было оружия и сопротивление было невозможно. На следующий день кадеты трех старших классов в принудительном порядке были высланы по своим домам, но, несмотря на их уход, младшие кадеты, оставшиеся в здании, продолжали сопротивление новым порядкам.

В занятии корпусного здания красными главное участие принял карательный отряд, состоявший из матросов Балтийского флота, главным образом с крейсера «Гангут», под командованием комиссара латыша Запкуса. Ворвавшись в здание, матросы, обвешанные оружием и ручными гранатами, начали чинить расправу: обыски и допросы, одиночные и групповые, сопровождаемые угрозами истребить всех, продолжались день и ночь. Искали зачинщиков и участников борьбы с красногвардейцами накануне, при защите казачьего собора, но все кадеты открыто заявляли о своей вражде и о том, что они все участвовали в выступлениях против красных.

После разгона старших классов, что должно было быть закончено к 9 февраля 1918 года, большинство кадет пошло в партизанские отряды атамана Анненкова[360] и есаула Красильникова[361], действовавших в районе Омска; оставшиеся же в городе вступили в различные организации, имевшие целью борьбу с красными. Кадеты 4 младших классов были сведены в один возраст и размещены на втором этаже корпусного здания. В корпус был назначен новый комиссар, бывший политический ссыльный Маленко, который энергично принялся за ломку векового уклада кадетской жизни, опираясь на комитет из служителей, во главе с председателем – старшим поваром. В длинной речи перед собранными воспитанниками Маленко объявил о введении полной свободы с отменой обязательного посещения церкви, отдания чести, преподавания Закона Божия, танцев, пения и строевых занятий. Ученикам предоставлялось право создать, для разрешения вопросов внутренней жизни, комитет из представителей всех классов. Было приступлено к переделке обмундирования, с целью придать ему возможно более штатский вид. Но все эти нововведения натолкнулись на упорное сопротивление воспитанников, а кроме того, многие родители начали брать своих детей из реформированной гимназии, видя, что при новых порядках она быстро разваливается.

К началу апреля 1918 года число оставшихся учеников не достигало даже 100 человек, главным образом иногородних; большая часть корпусного здания была занята красногвардейцами, среди которых было много военнопленных. К этому времени комиссар объявил, что учащиеся будут отпущены после Пасхи сразу на лето. После этого в корпусе осталось лишь полтора десятка воспитанников, которых перевели в гимнастический зал, а все громадное здание корпуса поступило в полное распоряжение красных.

После освобождения Омска от власти красных в июне 1918 года кадеты вернулись в корпус к началу учебного года. Но вернулись не все, так как часть кадет осталась в армии, а часть погибла в боях; среди всех их было немало кадет младших классов, были и раненые, и убитые. Эта убыль была покрыта кадетами других корпусов, оказавшихся в Сибири из-за революционных событий. Директором корпуса был назначен генерал-майор В.Д. Нарбут[362]. Здание корпуса оказалось загаженным красными, имущество было разрушено и разграблено, и огромных трудов стоило наладить жизнь и занятия. К счастью, почти все офицеры-воспитатели и преподаватели также вернулись, и с их помощью удалось постепенно преодолеть почти все затруднения. В самом начале учебного года корпус (который все еще назывался гимназией) посетил генерал Иванов-Ринов[363], командующий войсками Омского гарнизона, который объявил о решении правительства вернуть воинским частям погоны. Кадеты встретили это известие с восторгом; ящик с погонами был выкопан из земли, и кадеты снова надели их.

18 ноября 1918 года произошел в Омске переворот и власть перешла в руки адмирала А.В. Колчака, который стал Верховным правителем России. С его приходом к власти военная гимназия была переименована в 1-й Сибирский кадетский корпус, которому была возвращена его военная организация: возрасты были переименованы в роты и старшим классам были выданы винтовки. Ввиду того что в здании корпуса был размещен особый отряд чехословаков, из-за недостатка помещения корпус в это время состоял только из двух рот. Корпус пользовался большой любовью и вниманием со стороны адмирала Колчака, который видел в кадетах надежную воинскую часть. Несколько раз в течение года 1-я рота поднималась ночью по тревоге, когда красные пытались устраивать в городе беспорядки; кроме того, строевая рота несла караулы у дома, где заседало правительство.

Занятия в корпусе проходили нормально, и весной 1919 года выпускной класс был отправлен в город Томск, на созданные там военно-училищные курсы. Кадеты, оставшиеся в корпусе на лето, были привлечены к воинскому обучению гражданского населения Омска, а свободные от этого другие кадеты заместили на летнее время низших чинов Главного штаба, отправленных на фронт по приказанию Верховного правителя. Но летом 1919 года положение на фронте заставило опасаться за судьбу Омска, и адмирал Колчак приказал эвакуировать корпус во Владивосток. Кадеты, бывшие в отпуску, были вызваны и в июле стали съезжаться в корпус. Но из тех, кто находился в армии, вернулись не все: часть их уже погибла, а многие остались в армии, и судьба их была неизвестна.

Отъезд корпуса во Владивосток

Покинув Омск 30 августа 1919 года, корпус прибыл во Владивосток ровно через месяц, 30 сентября. Из здания корпуса удалось взять лишь самое необходимое имущество, так как кадетам было предоставлено очень ограниченное количество вагонов-теплушек. Сильно сказывался недостаток обмундирования, но пополнить запасы не было возможности. С болью и горечью простились кадеты с родным гнездом, где в течение свыше ста лет росли и воспитывались их отцы и деды. От корпуса до вокзала прошли в строю, сопровождаемые многочисленными родственниками и горожанами. Погрузка происходила на воинской платформе, где был отслужен напутственный молебен. Для охраны эшелона в пути был получен пулемет и ограниченное количество винтовок; остальные, по приказанию военного командования, были сданы до эвакуации. Почти весь преподавательский персонал и служащие корпуса остались в Омске.

При проезде через Иркутск корпус встретил очень теплый прием со стороны кадет Иркутского, а также Псковского и Оренбургского корпусов, которые там находились. Быстрому продвижению по Забайкалью способствовали распоряжения атамана Семенова, к которому своевременно обратился с просьбой директор корпуса генерал Нарбут. В Чите атаман Семенов произвел корпусу смотр и предложил оставить его в этом городе, но директор отклонил это предложение и, в исполнение приказа адмирала Колчака, продолжил путь через Маньчжурию на Владивосток, куда прибыли 30 сентября. Во Владивостоке корпус был