Роковая строфа - Ирина Щеглова

В ходе расследования вскрылись и новые подробности. Сергей Иванович, не переставая, думал о покушении на Соболева. Связывая это покушение с другими операциями Учителя, Сергей Иванович пришел к следующему выводу: Соболев возник не случайно. Очевидно, он был в разработке не один год. Возможно, история с Шахматовым – это вообще побочный продукт; таким образом, Учитель подбирается к главному – к Александру Дмитриевичу.

Требовались все новые и новые факты, подтверждающие эту версию. И тогда Сергей Иванович вспомнил о давнем похищении дочери Соболева Риты. Уж не был ли Учитель замешан в этой истории?

Звонок Соболева оказался очень кстати. Александр Дмитриевич приглашал друга заехать к нему вечером, он сказал, что у Маши есть хорошие новости.

– Отлично, – отозвался Сергей Иванович, – мне как раз надо с тобой поговорить.

Он дал указания своим сотрудникам, еще раз просмотрел записи бесед с Шахматовым, подготовил список новых вопросов и отправился в госпиталь.

Шахматов ждал его. Сергей Иванович почти сдружился с ним в последнее время, ну, если не сдружился, то испытывал что-то типа симпатии. На самом деле, ведь Шахматов, не смотря на свою неприглядную роль похитителя Маргариты Соболевой-Истоминой, все же был скорее жертвой, чем преступником. В вину ему можно выло вменить только его неуемную страсть, да задетое самолюбие. Вика грамотно использовала эти качества своего бывшего шефа, и умело манипулировала им. Когда она похитила Маргариту, в ее руках оказался главный козырь, с помощью которого она беззастенчиво шантажировала Шахматова. Он, как и Маргарита, стал заложником террористки, с той только разницей, что Рита не интересовала Вику. Поэтому, естественно, она сразу же избавилась бы от заложницы, как только ее планы были бы осуществлены. Или не избавилась? Ведь если Учитель метил в Соболева, то Маргарита из простой заложницы превращалась в весьма сильную приманку для своего отца…

– Скажите, Борис, – начал Сергей Иванович, – насколько хорошо вы помните, как познакомились с Учителем? Все-таки он на вас вышел или вы на него?

– Дайте подумать? Я помню, нас познакомили на какой-то презентации, потом мы несколько раз встречались и тот, кого вы называете Учителем, предложил мне совместный проект. Я тогда отказался, какие-то условия были невыгодные. А тут мне подвернулся иностранный инвестор. И вышла чехарда: мы с Учителем как бы одновременно вели переговоры с иностранцами. Та вечерника в «Голубой речке» должна была сыграть решающую роль для дальнейшего развития событий. То, что произошло потом, вы уже знаете. Учитель хотел меня выставить в неблагоприятном свете, но ему это не удалось. Так я оказался фаворитом, выиграл это дело.

– Да, – вздохнул Сергей Иванович, – и приобрели себе врага на всю жизнь.

– Выходит, так, – согласился Борис.

– Как быстро Вика узнала, что вы неравнодушны к Маргарите Соболевой?

– Не помню точно, – вздохнул Борис. – Я ведь человек довольно самоуверенный… был, – поправился он. – Честно говоря, я считал, что Вика без ума от меня. Надо признаться, она умеет себя преподнести… ну, вы меня понимаете?

– Хоте сказать, что она отличная любовница?

– Да, имен так. Но, помимо этого, Вика сумела в короткий срок стать просто незаменимой. Любое поручение, касающееся меня или моих близких, выполнялось мгновенно. Иногда я не успевал подумать, как она уже делала.

– Да-да, верю, – кивнул Сергей Иванович. – Она расположила вас к себе, и вы стали доверять ей больше чем кому-либо. И тогда вы рассказали ей о своих чувствах к Рите?

– Не только, – признался Борис. – Я рассказал ей об Андрее и Рите. Помню, мы обсуждали этот их глупый уговор, они условились, если один из них разлюбит, то отправит другому по Интернету открытку со словами из сонета Шекспира: «Прощай и если навсегда, то навсегда прощай». Ну, понимаете, Андрей был обычным парнем из Подмосковья, Рита – дочерью олигарха, и Андрей не мог себе позволить любить ее, не имея за душой ни гроша. Он пообещал, что вернется к ней, как только разбогатеет. Глупо, да?

– Парня можно понять, – прокомментировал Сергей Иванович. – Кто первый придумал отправить влюбленным поддельные записки?

– Это мы вместе придумали, – сказал Борис. – У меня тогда в голове крутилось что-то такое, а Вика сказала: «интересно, что будет, если они оба получат эту дурацкую строчку из Шекспира»? Понимаете, вроде бы как шутка…

– И вы попались?

– Попался, – согласился Борис.

– На что вы рассчитывали?

– Тогда ни на что особенно не рассчитывал, – сказал Борис, – просто хотел как-то изменить ситуацию. Рита не обращала на меня никакого внимания, хотя я всеми силами пытался расположить ее к себе. Андрей даже не пытался вернуться к ней. Хотя он уже достиг кое-чего и подавал большие надежды. Я вас уверяю, он многого мог достигнуть, я в нем не сомневался. С того самого дня, как я подобрал его, практически с улицы, он произвел на меня весьма благоприятное впечатление. Я хотел дать парню шанс, и дал его.

– Вы считали себя вправе распоряжаться его судьбой?

– Ох, трудный вопрос, – вздохнул Борис. – Все не так просто, как кажется. Не хотелось бы об этом говорить, но раз уж надо… Я знал, что моя сестра неравнодушна к Андрею, они подружились, вот я и подумал: хорошо бы им пожениться. Так что, посылая записки Рите и Андрею я думал не только о себе… Я как бы освобождал Андрея от данного слова. Я помогал им стать свободными.

– По-моему, вы лукавите, – заметил Сергей Иванович.

– Лукавлю, – устало прикрыв глаза, сознался Борис. – Сам себе боюсь признаться, если бы я не вмешался тогда, все могло бы быть совсем по-другому. Играть надо честно.

– Согласен, – кивнул Сергей Иванович. – Я вижу, вы устали, на сегодня закончим. Последний вопрос: вы знали настоящее имя Вики?

– Я знаю, что ее как-то по-другому зовут, но она просила называть ее именно Викой, я привык.

– Как вы думаете, где она может сейчас находиться?

– Где угодно, – пожал плечами Борис. – Залегла на дно и выжидает. Свои ее теперь тоже не любят, операцию она провалила. Но связи у нее обширные. К тому же она великолепно маскируется и умеет вызывать доверие. Я не удивлюсь, если она где-нибудь под чужим именем ведет жизнь тихой провинциальной обывательницы.

– Я тоже так думаю, – согласился Сергей Иванович, поднимаясь с места, – ну, что же, до следующей встречи! Кстати, я сейчас еду к Соболеву, там будет ваша сестра. Что-нибудь передать ей?

– Нет, ничего, – отозвался Борис, – пусть приедет, как сможет. Я ее жду.

– Хорошо. – Сергей Иванович слегка поклонился и направился к двери. – Выздоравливайте, – сказал он.

– Постараюсь, – отозвался Борис.