Коммандер Граймс (Сборник) - Бертрам Чандлер

- Он просто не встретил настоящей женщины. Ладно, продолжай.

- Спасибо. У Аристодема - как стал называть себя капитан Харрис - был в подчинении штат неплохих биохимиков. Они провели тщательную сортировку эмбрионов, отделив мальчиков от девочек. Вскоре заработала первая Машина рождений, которая производила исключительно мальчиков. Когда среди колонистов - начались волнения, им быстро разъяснили, что клетки для воспроизводства женщин тоже погибли в космической катастрофе. И кое-кто позаботился, чтобы это соответствовало истине.

- Но ведь мы размножались делением, - вмешался Брасид. - Наша эволюция от низших животных описана очень подробно.

- Не следует верить всему, что читаешь, - назидательно заметила Мэгги Лэзенби. - Ваши учебники по биологии очень хорошо разработаны - равно как и книги по истории. Весьма правдоподобные байки.

- Совершено верно, - подтвердил Граймс. - Аристодем и его сторонники умудрились разработать совершенно мифическую историю о происхождении вашего народа. Это кажется невероятным - но учтите: у них уже тогда не было того, что мы называем семьей. И ты, Брасид, и Вы, адмирал, считаете себя детьми спартанского государства. А у них не было ни отцов, ни матерей, ни дедушек, ни бабушек, чтобы рассказывать истории о прошлом. К тому же не забывайте, что эта версия вполне соответствовала фактам повседневной жизни - поскольку создавалась именно с такой целью.

Так шли века, поколения сменяли друг друга, пока не стало очевидным, что дежурные врачи, которые отвечают за работу Машины рождений, больше не могут выполнять свои функции: банк спермы стремительно опустошался. Однако выход был найден: всех граждан обязали сдавать сперму - как вклад в рождение потомства. Центрифуга отделяла клетки с Х-хромосомами от клеток с Y-хромосомами. Какое-то время все снова шло гладко - пока не истощился банк яйцеклеток. И все же опасность полного вымирания пока не грозила. Надо было всего лишь произвести некоторое количество девочек. Это уже случалось правда, непреднамеренно, когда аппаратура сортировки давала сбои. Но таких младенцев объявляли уродами и сразу уничтожали. В те дни врачи еще не были готовы впустить женщин-змей в свой мужской рай.

И тут на сцену выходит Латтерхейвен. Простите, но я должен вас снова разочаровать. Никакого адмирала-предателя Латтера никогда не существовало. И никаких спартанских космических кораблей, помимо несчастного "Дорика", на этой планете до сих пор не было. Но пока Аристодем создавал свою Спарту, Первая волна экспансии продолжалась. Затем, после некоторого затишья, появились двигатели Эренхафта - и началась Вторая волна. А потом и Третья. Вот тогда и появился космический корабль "Юта" под командованием капитана Амоса Латтера. Латтер и его люди основали новую колонию на Латтерхейвене, всего в двух световых годах от вашего мира.

Латтерхейвенцы начали исследовать свой сектор и обнаружили Спарту. Разведчикам повезло: их не перебили сразу, хотя записи в журнале свидетельствуют о том, что такие планы были. Им удалось наладить контакт с властями Спарты и подписать торговое соглашение, выгодное для обеих сторон. В обмен на урожай пряностей Латтерхейвен предоставлял ежегодно два корабля с неоплодотворенными яйцеклетками.

Такое положение дел могло сохраняться сколь угодно долго, если бы внезапно не явились мы... Или если бы Диомед не обнаружил секретный гарем докторов.

- Такое положение не могло сохраняться, - возразил Ираклион. - Как я Вам уже говорил, коммандер, мы планировали вернуться к нормальному способу деторождения.

- Это только слова, сколько бы Вы их не повторяли. Возможно, это правда. Не исключено, что именно поэтому Вас так ненавидел Диомед. Но вопрос в том, что происходит сейчас.

- А что происходит? - поинтересовался Аякс.

- Для начала, я должен подготовить свой отчет. Возможно, Федерация пришлет вам новую Машину рождений... Впрочем, если уж на то пошло, вы вполне можете импортировать необходимые материалы и технологии с Латтерхейвена. Или построить новую машину самостоятельно. Но... Дело в том, что Федерация проявляет определенную нетерпимость в отношении "пересаженных" культур, которые резко отклоняются от общепринятых норм. Ваша моносексуальность. И тем более обычай Исключения... Но это ваш мир, и вы вправе жить так, как вам нравится. Я твердо верю в пятую свободу: свободу идти ко всем чертям своим собственным путем. И если вы хотите восстановить свое общество в привычном виде - это ваше дело. Но вам придется побороться за это право - и необязательно мечами и копьями... ну, или пушками и ракетами. Я бы посоветовал вам направить представителей к нам, в совет Федерации. Кого-то способного вести разумные переговоры с моим руководством, но при необходимости настоять на своем.

- Например, Брасид, - предложила Мэгги Лэзенби, прямо глядя ему в глаза. "Нам с тобой еще предстоит кое-что сделать", - говорил ее взгляд.

- Например, Брасид, - кивнул Граймс. - В конце концов, он уже успел с нами познакомиться.

"И сможет познакомиться поближе". Эти слова, ее слова, не были сказаны - но они прозвучали в голове Брасида как сладкая музыка.

- Но он нужен нам здесь, - ответил Ираклион.

- Первоклассный офицер, - подтвердил Аякс. - Полицейские и военные ему абсолютно доверяют.

- Думаю, кто-нибудь из моих коллег с этим справится, - мягко сказал Ираклион.

- Итак, - Граймс смотрел через стол на сидевших перед ним спартанцев. Решение за вами, лейтенант... или полковник? Вам решать. Я уверен, что адмирал Аякс способен справиться с ситуацией и без вашей помощи. С другой стороны, несомненно коллега доктора Ираклиона сможет стать достойным представителем Спарты.

"Вам решать".

Брасид посмотрел на женщину, которая сидела напротив, рядом с капитаном инопланетного корабля. И внезапно почувствовал страх. Слова Диомеда о пугающей силе противоположного пола снова зазвучали в его сознании. Нет, дело было не в этом. Он вдруг остро ощутил, что несет ответственность за свой мир - мир, которому был по-прежнему верен. Он знал - так, как никогда не узнают и не поймут инопланетяне, - насколько хрупким оставался баланс сил на Спарте. Он знал: если он будет командовать войсками - по-настоящему эффективно - можно будет восстановить порядок и начать возрождение.

- Тебе решать, - тихо сказала Мэгги.

- Я остаюсь, - сказал он спокойно.

Она засмеялась. Хорошо бы знать, понял ли кто-нибудь еще ту ярость, которая заставила его покраснеть.

- Будь по-твоему, сладкий. Но я тебя предупреждаю: когда сюда явятся Галактические миротворцы - высокомерные, обвешанные пистолетами - не удивляйся, почему переговоры закончились так странно.