Источник силы - Виталий Андреевич Момотюк

- Началось, - сказал бородач, когда в строю калимшитов заревели рога.

Седой лорд Йерлих глядел на поле предстоящего сражения с того самого холма, на котором происходил разговор с королём. Старый воин немало удивился, когда Хаэдрак 3-й и его советник поручили именно ему общее руководство сражением. Герцог Вален, которому как бы и карты в руки, вызвался руководить левым флангом, чем тоже удивил Йерлиха: король резонно считал этот участок опасным, а до этого Вален в каких-то особо доблестных поступках проявить себя не успел. Умен был, хитёр, упрям, да и в трусости его обвинить оснований не было. А вот не случалось ему проявить себя вот так, когда смерть рядом и надо ей в лицо посмотреть. Всё больше при дворе или при короле с охраной. Уехал герцог, попрощавшись перед этим с королём как-то просто и по-человечески, без всяких там придворных выкрутасов. Лорд Йерлих даже устыдился недавних своих подозрений и упрёков, а потому на прощанье просто крепко пожал советнику руку не сказав ни слова. И так всё понятно.

Правый фланг был отдан под командование эльфийского князя Клаафелим. Остальные лорды поворчали, но перечить не стали. Правый фланг в лес упирается, так что кому тут как не эльфам оборону налаживать. Отряд дварфов был разделен на две части и тоже расположился на флангах. Ну а центр, сформированный из пехотных частей и ополченцев, как и общее руководство, был оставлен на самого Йерлиха. Кавалерия, отряды гигантов и королевский пехотный полк были выделены в резерв.

Король, впрочем, никуда не исчез, а своё нежелание руководить сражением объяснил просто: он маг, и как маг будет полезней.

- Я буду рядом, лорд, - сказал Хаэдрак, - и Вы всегда можете на меня рассчитывать. Так что не волнуйтесь.

Старый воин понял всё, что сказано не было: если его убьют, то король возьмёт командование войсками на себя.

Туман быстро редел, и лорд Йерлих в который раз глянул на выстроившиеся полки, вспоминая: не забыл ли он чего? Да нет, вроде всё продуманно и сделано правильно. Часть рыцарей спешилась, посадив вместо себя в сёдла для маскировки пажей и оруженосцев, и усилила своим присутствием пехотный строй. Монахи и послушники боевых орденов Хельма прибыли все, кто смог. Вместе с ними пришли и многие служители Тира. Даже группы арфистов, которые тайно прибыли под видом наёмников, спрятав под одеждой свои медальоны с изображением арфы, находились в рядах тетирцев. Будет сюрприз для злобных гениев стихий.

В передовой эшелон пехоты, который должен принять первый и потому самый страшный удар противника, были направлены добровольно вызвавшиеся на это. Не все, правда, но часть из них. В качестве остальных бойцов герцог Вален настоял использовать бунтарей, воров, разбойников и остальных узников тюремных камер городов и замков Тетира. Многие лорды прислали отряды пленных орков. Всем им предоставили выбор: умереть от рук палача или встать на бой с калимшитами, заслужив тем самым прощение совершенных преступлений. Королевский советник, очевидно, давно задумал такой ход и готовился к нему, поскольку несогласных оказалось мало. Лорд Йерлих сначала возмутился. Но быстро остыл, осознав рациональность такого решения: этим всё равно обеспечен путь на эшафот, а ведь многие из них умеют держать в руках оружие. Даже маги, пусть и не сильные, среди заключённых нашлись.

"Вот и всё. Всё спланировано, ловушки расставлены, а приказы отданы. И пусть простят меня Илматер и другие светлые боги, за то, что сделал. Я должен пожертвовать ими, ради победы и спасения других. Так учит нас Леди Стратегии. И пусть помогут мне Торм, Тир и Хельм с честью исполнить свой долг пере страной и королем, если на то будет их воля" - подумал лорд Йерлих, когда в расположении противника заревели рога, оповещая о начале сражения.

- Даже на поединок никого не вызвали, - возмутился рядом кто-то из отпрысков знатных родов, назначенный одним из ординарцев.

- Это их право, - ответил старый воин, даже не глянув, кому именно адресует ответ, - А мы должны исполнить свой долг и не посрамить свою честь. Вот он, противник! Он хочет нашу землю! Так пусть он оставит свои кости в этой земле и насладится ею сполна! Трубить сигнал "К оружию"!

Странное смешение чувств овладело главнокомандующим армии царства Калимшана с того момента, когда стало абсолютно понятно, что враг готовится к бою. С одной стороны он чувствовал удовлетворение, что наконец-то вынудил противника принять сражение, от которого тетирцы так долго и успешно уклонялись. Он жаждал исправить совершённую много веков назад предками ошибку, когда те позволили этим землям, да и другим тоже, обрести независимость. Он стремился увеличить силу и богатство Царства Калимшан. В конце-концов его ждали заслуженные слава и почести. Но с другой... Он с легким сердцем приказал бы вырвать язык тому, кто выразил бы словами другое его чувство, но тем ни мение он не хотел этого сражения. Не боялся его проиграть, нет. Просто не хотел, даже сам не понимая до конца почему. Арбул Дерия провел в своей жизни достаточно сражений и прекрасно понимал, что численный перевес тетирцев ничего не значит. Пусть его армия и меньше в два раза, но он командует воинами, которые хорошо знают свое ремесло и жаждут добычи. У него гораздо больше магов и порабощённые гении стихий. Его армия, в конце-концов, просто непобедима. Но врать самому себе невозможно: Арбул Дерия знал, что должен победить, но вести войска в это сражение не хотел.

Но воля Сил-Паши должна быть выполнена, а потому он загнал свое нежелание в глубь души и занимался делами. Он выслушал все доклады командиров о состоянии армии, оглядел поле предстоящего сражения и временные укрепления противника, изучил все сведения от разведчиков и магов, лично присутствовал при допросе пленных, продумал и отдал все необходимые приказы, и даже проехался по лагерю, всем своим видом выражая уверенность в грядущей победе. Но всё это время какой-то невидимый червь грыз его душу, словно желая добраться до самой сути странного чувства.

И добрался.

Когда всё уже было сделано, полки построены, и даже солнце взошло над горизонтом, словно давая понять, что пора начинать действовать, Арбул Дерия наконец-то понял причину своего старательно скрываемого чувства. Тетирцы сами решили принять бой.