Дверь в стене - Alexandrov_G

А что касательно духовности, то в семидесятых прошлого столетия в живом ещё и здоровом теле СССР жил здоровый дух и считал он очень духовным ВИА Самоцветы, которые мало того что духовно, но ещё и самоцветно, да к тому же душевно выводили "увезу тебя я в тундру", а такое порождение бездуховного Запада как Led Zeppelin государственная пропаганда СССР сурово клеймила именно за бездуховность. Вполне допускаю, что так же думали и сами цеппелины, в конце концов они, в отличие от жизнерадостных и тундролюбивых Самоцветов, выпорхнули на свет из "гаража" и не иначе по этой причине Джон Пол Джонс во время представлений, которые опять же в отличие от СССР проводились не в залах областных филармоний, а на забитых бездуховной публикой бездуховных стадионах, время от времени, наскучив (скушно же играть всё время одно и то же) принимался вставлять когда десяти, а когда и двадцатиминутные куски то из одного фортепианного концерта Рахманинова, то из другого. И забившие стадион хливкие шорьки бездуховно фанатели, фонарели и восторженно орали, не имея ни малейшего представления чью музыку они слышат. А между тем Джонс всего навсего бездуховно забавлялся, человек этот помимо таланта обладал ещё и штукой, называемой английским чувством юмора.

Между прочим Рахманинову, доживи он до семидесятых, это наверняка понравилось бы. У него и с талантом и с юмором дело обстояло просто прекрасно. Вот очень популярный в Америке музыкально-исторический анекдот: однажды Сергей Рахманинов и Фриц Крейслер давали совместный концерт в Карнеги Холле. Обстановку момента и места каждый может представить очень легко - знаменитости, фраки, благоговение, не то что Рахманинова, муху можно услышать, ну и вот, во время долгого фортепианного соло Крейслер отвлёкся, задумался, замечтался, да вдруг, спохватившись, очнулся, испугался и громким отчётливым шёпотом спросил Рахманинова: "Где мы?", на что Рахманинов, не прерывая игры, столь же громким шёпотом ответил: "В Нью-Йорке." Зал был в восторге.

Интересно в этой истории то, что она сочинена от начала до конца. Рахманинов и Крейслер пребывали в прекрасных отношениях, они записали на пластинки несколько совместных исполнений, но в Карнеги Холле они никогда вместе не выступали. Однако реальность отступила перед образом. Несколькими фразами анекдота удалось передать не только всю жизнь Рахманинова, но и "каким он парнем был".

Не знаю, зачем я всё это написал. Затем, пожалуй, что захотелось мне развлечь самого себя. С чего мы там начали? А, ну да, вспомнил, с гаража же. Гараж… Да, гараж это дело такое. Если надумаете в выходные туда наведаться, захватите с собою тайком от жены бутылку водки.

106

Ну, а теперь, когда вы отдохнули и немного поразмышляли на отвлечённые темы, вернёмся к реальности. Смотреть в глаза реальности не любит никто, хотя реальность не так объективно страшна, как субъективно пугающа, пугает же она тем, что обычно не соответствует представлениям о себе и потому люди склонны заслоняться от реальности иллюзиями, и иллюзиями, как правило, своими собственными. Получается следующая картина - с одной стороны реальная реальность, а с другой иллюзорные иллюзии, причём реальность существует вопреки иллюзиям, а иллюзии претендуют на существование вопреки реальности, и как бы долго иллюзии ни длились, но рано или поздно они с реальностью сталкиваются. С известным каждому из нас результатом. И хотя всем понятно, что лучше видеть реальность такой, какая она есть, с тем, чтобы в ней ориентироваться, к ней приспосабливаться и с нею считаться, поступают так не все, а лишь некоторые, подавляющее же большинство спешит собрать осколки разбитых иллюзий, наскоро их вкривь и вкось склеивает и опять прячет реальность от самого себя. Зачем? Да чёрт его знает. То, что человек не просто животное, а животное странное было замечено ещё древними и с тех пор положение не только не улучшилось, а стало как бы и не страннее.

Ну вот пишут нам не из Янины, а пишут из РФ, что не удалось, мол, американцам взять тамошние культурные стены и не добились они на этом поприще результатов, сравнимых с культурными немцами, культурными французами и сверхкультурными японцами. При этом тому, кто так свежо думает, не приходит в голову прикинуть количество граждан РФ, способных составить простейшую фразу на английском и сравить эту цифру с числом дорогих россиян, которым известно как звучит на японском слово "да" и как звучит на японском слово "нет". Сравнив, дальше можно уже и не ходить, но мы всё таки пойдём, побивая странность вот такой, например, странностью - сегодня в школах Российской Федерации английский язык учат девять миллионов школьников. А первого сентября к ним добавятся ещё сколько-то там миллионов и тоже начнут учить английский и начнут получать за это кто двойки, а кто и пятёрки.

Но главная странность в другом. "Молодая страна РФ" существует вот уже двадцать один год, немало, возраст совершеннолетия, в иных государствах в двадцать один можно уже крепкие спиртные напитки покупать, однако по прошествии срока выяснилось, что постсоветские русские крайне нелюбопытны. В наше время можно, не выходя из дому, узнать если и не всё обо всём, то уж многое наверняка, однако они знанию предпочитают иллюзии, да при этом иллюзиям новым они предпочитают иллюзии старые. Хотя с другой стороны это пристрастие позволит нам взглянуть на проблему культурного влияния под новым и несколько неожиданным углом. Посуду мы бить не будем, но вот ещё один стереотип, раз уж он на глаза попался, мы разобьём обязательно. в данном случае стереотип древней японской культуры, имеющей, как выяснилось, влияние на умы россиян, причём влияние большее, чем американское "бескультурье".

А между тем, стоит лишь чуть-чуть полюбопытствовать, как выясняется, что известная нам современная Япония со всем, что в ней есть, в том числе и с клише вроде "древней японской культуры", была придумана и создана американцами после Второй Мировой Войны. Начали США с того, что опустили над Японией железный занавес. Япония была изолирована от внешнего мира. Ни один японец не мог Японию покинуть, как и не мог в Японию въехать без разрешения американцев. После чего, осмотревшись и примерившись, США ударили по японской реальности. Ударили молотом Тора. Мозаичная картина реальности в том виде, в какой она складывалась в Японии на протяжении нескольких веков, была разбита. Разбита вдребезги. На мельчайшие кусочки. А потом из этих кусочков картина была воссоздана, но только изображала она теперь совсем не то, что на ней было до 1945 года.

Прежде, чем начать перекладывать мозаику американцы объявили японцам, что император это не живой бог и что японцы ничем не отличаются от окружающих их народов. "Хирохито человек, а вы все то же самое, что филиппинцы и китайцы." И японцы с этим молчаливо согласились. После сожжённого Токио и Хиросимы верить в божественность императора было как-то не с руки. Тем же, кто верить хотел, пришлось признать, что японские боги проиграли схватку в небесах. Самой популярной книжкой в Японии стал японо-английский разговорник.

Для преобразований был создан орган под аббревиатурой SCAP - Supreme Commander for the Allied Powers. Все полномочия были сосредоточены в одних руках - властью разрушать, а потом творить реальность был наделён всего один человек. Звали его генерал Дуглас Макартур. И зрил генерал в корень. У него наверняка было искушение просто начать отдавать японцам приказы, которые японцы несомненно выполнили бы, но американцам было нужно не показное послушание, а нужна им была смена культурной матрицы. Если воспользоваться современной тарабарщиной, то им необходимо было сменить одну "японскость" на другую, выдавая этот процесс за замену "тоталитаризма" "демократией".

Макартур был несомненно человеком умным, но при этом он был человеком ещё и военным. А люди военные, какой бы национальности они ни были, это люди определённого склада и склонны они не к усложнению ситуации, а к её упрощению. И Макартур, прекрасно понимая, какие цели преследуются его государством в Японии, предложил самое на его взгляд действенное и радикальное средство - тотальную христианизацию Японии. Ситуация сложилась та же, что и двадцать лет спустя с Вьетнамом, помните про план Раска и план МакНамары? Раск и армейские генералы точно так же предлагали быстрое и радикальное решение вьетнамской "проблемы", но победил гораздо более сложный план Мака. В случае с Японией вышло то же самое и генерала Макартура, не хотевшего мучить собаку, рубя ей хвост по частям, крепко поправили из Вашингтона, где посчитали, что ползучая культурная экспансия хоть и потребует куда больших усилий, но будет не в пример эффективнее. Думаю также, что в расчёт было принято и ещё одно соображение - американцы, уже в 1945 планировавшие индустриализацию Японии, не хотели без нужды усиливать её ещё и в идеологическом смысле. (В случае с Кореей они поступили наоборот и поступили вынужденно, так как у северокорейцев было их "чучхе", а у корейцев южных был буддизм, то-есть ни то, ни сё, а потому с ними поделились не только тяжёлой индустрией, но и тяжёлой идеологией и сегодня треть южных корейцев - христиане.)