Никто не узнает - Ника Лисовская

Скиф расхаживал по кабинету приводя свою одежду в надлежащий вид.

— Ничего, — он погрозил Нике пальцем. — Ничего, в следующий раз ты сама прибежишь ко мне и будешь такой, как я захочу! Так и будет, поверь мне!

Ника молчала. Она сидела вжавшись в угол этого отвратительного красного дивана, закрыв руками лицо.

Скиф подошел к зеркалу, поправил воротничок рубашки, смахнул с лацкана безукоризненного пиджака из тонкой замши, невидимую пылинку, провел рукой по гладко выбритому подбородку и улыбнулся отражению, довольный собой. Затем он подошел к Нике со словами:

— Мне пора. Тебе тоже рекомендую выметаться отсюда. Да, можешь заказать в баре любой коктейль за счет заведения. Рекомендую фирменный — "Ртуть".

Скиф схватил Нику за руку, отнимая ее от лица и притянув девушку к себе до боли поцеловал в губы.

— Пока, сучка, — бросил скиф Нике на прощание и вышел из кабинета.

Какое-то время Ника все еще сидела в оцепенении, затем взяла сумочку и достав мобильный телефон, долго смотрела на него. По привычке она хотела позвонить Стасу, но горько заметив, что звонить уже бестолку, достала из сумки салфетки и зеркальце. Она вытерла подтекшую тушь и напудрила лицо, она накрасила губы. Она старалась не смотреть в глаза своему отражению в зеркале. Она боялась, что увидит там нечто такое, что будет равносильно позорному клейму, что позволит тыкать в нее пальцами и швырять камни. Неожиданно телефон зазвонил. Ника задумчиво взглянула на экран — звонил Стас. Девушка нажала на кнопку принятия вызова:

— Алло.

— Ника, я звонил тебе домой и мне сказали, — голос Стаса был полон беспокойства.

— Да, я сейчас в клубе "Ртуть", — прервала его Ника.

— Ты с ума сошла! Ты знаешь кто его хозяин?!

— Уже знаю, — ответила она голосом без всякой интонации.

— Черт! Ника! — воскликнул Стас. — Я немедленно приеду за тобой! Слышишь? Сейчас же иди к выходу и жди меня там!

Не дожидаясь ответа Стас закончил разговор. Ника перезванивать не стала. Сложила свои вещи в сумочку, поднялась с дивана, поправила смятое голубое платье и вышла из комнаты.

Она нашла Зойку и попрощалась с ней, сказав, что плохо себя чувствует, потом подошла к барной стойке и выпила самбуки, за свой, собственный счет, забрала из гардероба пальто и вышла из клуба. Подогнанный к самому входу стоял джип Стаса и сам Стас курил рядом. Ника подошла к нему.

— Привет.

— Садись в машину, — вместо приветствия ответил он, глядя куда-то за ее спину.

Ника обернулась, проследив за его взглядом — у входа, скрестив руки на груди, стоял Скиф и ухмылялся. Заметив, что Ника на него смотрит он улыбнулся еще шире и чуть кивнул. От этой ухмылки у нее мороз побежал по коже — Ника вдруг поняла, что как и в той истории с Тамиром самое страшное только начинается.

Девушка поспешно села в машину и захлопнула за собой дверцу. Когда выехали со стоянки Стас принялся отчитывать Нику:

— Ника, я же говорил тебе! Почему, почему ты никогда меня не слушаешь?!

Она молчала и смотрела в окно. Стас осекся и совсем другим, полным беспокойства голосом спросил:

— Что-то было? Он тебе что-то сделал?

— Я… я, знаешь, — голос у Ники дрожал и она смотрела на дорогу, словно стеклянными глазами. — Я зашла в кухню и украла банку черной икры, а потом… в кабинете у него… на карнизе, за шкафами… в диван… жуткий, красный такой диван… а еще в эту штуку, что закрывает батареи… Я везде насыпала. Что бы, когда она тухнуть начнет, у него так весь кабинет провонял… Что бы клуб весь провонял…

— Ника! Ты слышишь?!

Она вздрогнула и обернулась к Стасу.

— Было. И сделал. И обещал, что со временем сама буду хотеть делать для него все, что угодно. — Глаза ее влажно блестели. — Что делать мне? Что мне теперь делать? Это ведь только начало… Стас! Ян возвращается через три дня, а я… У меня де жа вю просто…

— Ты ни в чем не виновата, — попытался успокоить ее Стас.

— Я боюсь… Это же… То же самое было в прошлый раз! Теперь он будет шантажировать меня и… Я могла бы рассказать все Яну, но… Он не поверит! Он будет злиться на меня из-за того, что я так долго ему ничего не говорила, а мы… Я ему обещала, понимаешь?! Я обещала, что между нами не будет никаких секретов!

— Ника, — Стас пытался ее успокоить, но она снова его перебила.

— Я не могу! Не могу просто ему ничего такого рассказать! Я боюсь, что это будет для него слишком большим ударом и он снова вернется к наркотикам! Стас, у него же всего пол года реабилитации, ему сейчас так легко сорваться!

Ника плакала, откинувшись на спинку сидения.

— Стас, если бы ты знал, что за мысли приходят ко мне в голову! Если бы знал, как мне тяжело это! Стас! Мне умереть хочется! Умереть, но… — Ника поразила Стаса следующей фразой: — Я за Яна боюсь. Я же вижу, как он меня любит. Он не сможет без меня…

Она закрыла лицо руками и сжавшись в комок плакала. Стас смотрел, как вздрагивают ее худенькие плечи, и сердце у него разрывалось от жалости. Он понимал, что Ника права, права во многом, а главное, он знал, что она это понимает. Но не говорит, боясь упрекнуть его, Стаса — ей было не справиться одной с таким чудовищем, как Скиф. Стас мог ей помочь. Это было в его силах, он даже подозревал, что помочь Нике может только он, но загвоздка заключалась в том, что сейчас было слишком рано.

Стас съехал с дороги и остановив автомобиль на обочине, обнял Нику, желая как-то поддержать.

— Послушай, — сказал он ей, — я понимаю, что сейчас мои слова для тебя пустой звук, но поверь, Скиф получит свое. Просто еще не время. А тебе пока нужно быть сильной, готовиться к встрече с Яном и сделать все возможное, что бы о твоем знакомстве со Скифом знало как можно меньше людей. Хорошо? И даже не смей думать о смерти, поняла?

Она подняла на Стаса заплаканные глаза и шмыгая носом пообещала:

— Хорошо.

— Вот и умница. Сейчас я отвезу тебя домой, ты примешь душ, выпьешь валерьяночки и ляжешь спать, а утром будет новый день. Если нужна будет моя помощь — звони в любое время дня и ночи. Звони, даже если нужно будет просто поговорить.

Ника приехала на вокзал встречать Яна. Приехала одна. Хотя его друзья тоже старались просочиться, но Ника дала понять, что первый вечер приезда принадлежит ей и только ей. Никогда она еще так не нервничала от ожидания — одна ее часть желала возвращения Яна, потому что соскучилась безумно, а другая ее часть так же безумно боялась его возвращения. Потому что Скиф, потому что все сложно, потому что возможна катастрофа.

Скиф. При воспоминании о нем Ника поежилась и глубже затянулась тонкой сигаретой. Никто никогда не узнает, каких сил ей стоит гнать от себя воспоминания о том вечере в клубе "Ртуть". Ника тряхнула головой — не нужно думать об этом. Ян приезжает. Надо быть веселой и сияющей. Надо быть такой счастливой, что бы он ничего не заподозрил, что бы у него и мыслей никаких не возникло о том, что с Никой тут происходило что-то из ряда вон…