Крылья дракона - Надежда Журавлева

- Я не успел, - Линар опустил голову. - Как только я увидел… Короче, сразу понял, что произошло. Я не успел…

- Так что произошло-то? - Мейтри медленно побрела по пеплу, напрасно стараясь найти запахи друзей. Вонь горелого мяса и запах этого проклятого пепла перебивали всё. Но драконица всеми силами старалась отогнать от себя мысли о гибели друзей. Сначала она должна найти их, а лишь потом горевать или радоваться!

- С Вики сорвали кровавник.

- Так ты видел её?! - Мейтри зарычала от злости. - Ты видел и не помог?!

- Да, не помог! - с горечью прошипел Линар и пошёл на неё, прихрамывая сразу на три лапы. - Не помог, потому что было уже поздно! Ты хоть понимаешь, что это значит - сорванный кровавник?! Знаешь ли, что это, - он махнул хвостом, показывая на выжженный круг, - результат обрыва связи кровавника с хозяином?!

Мейтри не стала отвечать. Да и Линар как-то резко замолчал, прекратив свою тираду. Им обоим в голову пришла мысль, что сейчас - не время для споров или обвинений. Потом, когда они выберутся отсюда…

- Мы должны их найти, - просто сказала Мейтри через несколько минут молчания. - Мы обязаны. Возможно, они успели спастись…

- Надежда умирает последней, - согласился с ней Линар.

***

Ленка безнадёжно шагала по почерневшей земле, укрытой толстым слоем пепла. Как он остался здесь после взрыва, было загадкой. Но ученица не думала об этом. Она искала.

После превращения Ленку охватила какая-то странная апатия. Девушка не испытывала ни боли, ни печали - лишь безнадёжную усталость. Возможно, возврат в истинный облик мог прогнать эту апатию, но она специально не меняла ипостась. Так, по крайней мере, она не ощущала чувства вины…

Что-то попалось под ногу. Ленка споткнулась и чуть не упала. Сначала она подумала, что это очередной почерневший камень или осколок чешуи Старшего Охотника (от Младших не осталось даже костей), но, приглядевшись, поняла свою ошибку.

- Линар! - крикнула она, разгребая пепел.

- Что? - найтаг подбежал очень быстро - скорее всего, находился неподалёку. - Нашла… - Он осёкся.

- Значит, он погиб, - прошептала Ленка, глядя на литое кольцо из неизвестного металла. Тот самый браслет, похожий на наручник. Браслет Аримана.

- Оставь его здесь, - тихо посоветовал ей Линар. Он знал, как опасны бывают предметы, лишённые хозяев. Даже если это просто браслет. Вот только таким уж простым он быть не может ни в коем случае…

- Погоди. - Какое-то необъяснимое чувство заставило ученицу коснуться браслета. В тот же миг литое кольцо раскалилось… а потом невесть каким образом оказался у неё на руке. Лена едва удержалась от крика - прикосновение металла было обжигающим. Но уже вскоре боль стихла, и она смогла впервые рассмотреть рисунки на браслете как следует…

На потемневшем от огня металле чётко было видно изображение когтей, клыков и крыльев. Под ними отпечаталась вязь неизвестных девушке и Линару рун. Лена, рассматривая их, невольно вспомнила кельтские узоры - такие же непонятные и сложные.

- Зачем? - тихо, сама не осознавая у кого, спросила Лена, глядя на браслет. - Зачем?

- Знаешь, - тихо проронил найтаг, также вглядываясь в него. - А я только сейчас понял, кого Вика мне - и ему, наверное, - напоминала. Его дочь… у неё тоже были такие же волосы… цвета серебра…

Ленка поднялась с колен и посмотрела на выжженную пустошь. Не скоро здесь вновь появится жизнь, не скоро сюда вернутся обитатели гор. Впрочем, это и к лучшему.

- Мы больше ничего не найдём, Линар. Надо признать, что Вика и Ариман погибли. Мы выполнили то, что хотели, даже перевыполнили. Война, надеюсь, закончена - ведь все Охотники погибли в огне. Пора возвращаться назад. Домой.

***

Весенняя Песнь опасно свесилась с седла и, похлопав зверя по шее, осторожно вытянула стрелу из колчана и наложила её на тетиву лука. Зверь послушно замедлил полёт и навис над небольшой полянкой, на которой спокойно паслись олени. Песнь натянула тетиву, прицелилась…

- Песенка! - раздался неподалёку знакомый голос. Песнь от неожиданности едва не свалилась и удержалась в седле, лишь схватившись обеими руками за луку седла. Поглядев вниз, она недовольно зашипела - олени, услышав голос, скрылись в лесу и оставили её без добычи. Весенняя Песнь сердито оскалила клыки и повернулась в седле.

- Чего тебе, Зак? И я сотни раз просила тебя…

- Не срывать охоту или не звать тебя Песенкой, а, Песенка? - сделал непонимающее лицо юноша, направив своего зверя на встречу к животному Песни. Теперь они летели бок о бок. - А я столько же раз просил называть меня Закатом, а не Заком.

- Ну чего тебе, Закат?

- Ясная Ночь просила передать, чтобы мы…

В это время яркая вспышка озарила лес на севере. Оба зверя вскрикнули и заметались в воздухе, выделывая такие кульбиты, какие не удалось бы заставить их сделать даже на ежегодных соревнованиях. Лишь с огромным трудом всадникам удалось заставить их успокоиться.

Весенняя Песнь тяжело задышала и повела ладонью по лбу. Заметив на руках небольшие коготки, она силой заставила себя успокоиться. Песнь так и не научилась контролировать свои чувства и постоянно рисковала в полёте…

- Что… это было?!

- То, что нам необходимо разведать, сестрёнка, - невозмутимо ответил он. Закат умел контролировать свои эмоции гораздо лучше, чем его сестра. Направив зверя на север, он приглашающее махнул Песни рукой. Девушка вздохнула и полетела вслед за братом.

С первого взгляда в лесу ничего не изменилось. Всё те же горные леса с густыми деревьями и небольшими тропками, всё те же ручейки. Но и Песнь, и Закат мгновенно ощутили, как что-то перевернулось.

- Маятник качнулся, - буркнул Закат себе под нос. Песнь услышала его с огромным трудом.

- И где же результат?

- А, кто его знает… - брат Песни направил зверя вниз, заставив его почти коснуться крыльями верхушек деревьев. - Интересно…

Песнь так же внимательно оглядывалась, стараясь всё же держаться поближе к брату. Он старше её почти на двадцать лет, что по человеческим меркам соответствовало годам девяти-десяти, и зверь у него гораздо сильнее.

Внезапно Песнь заметила что-то чуждое лесу - небольшую арку, вспыхнувшую на поляне.

- Зак, гляди!

Закат повернул голову и присвистнул. В пасти обнажились и почти сразу же пропали клыки.

- Та-ак… - он направил зверя к этой полянке. - За мной, Песенка!

Но они всё-таки не успели. Когда звери приземлились, арка уже успела исчезнуть. Закат с сожалением поморщился, но внезапно увидел что-то…

- Глянь-ка!

Песнь подошла поближе и увидела девушку. Уши оказались острыми, а, значит, если судить по рассказам старших, она видела человека. Но Песнь не была уверена - ни отец, ни мать, как-то жившие среди людей, не говорили, что у них могут быть такие странные волосы. Даже среди эльфов она не видела таких, с белыми волосами, металлически поблёскивающими в лучах солнца.