"Фантастика 2023-183". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Леженда Валентин

– Останьтесь здесь, – сказала она охране и тут же подумала: что будет, если они не подчинятся: драться с ними, что ли? Недолго же она продержится, секунды три, наверное.

Но четыре здоровяка, втиснутые в черные костюмы и белые рубашки, послушно замерли в вестибюле Западного крыла, и Насте это понравилось. «Вот это и есть настоящая власть, – подумала она. – А если щелкнуть пальцами и повелеть им упасть и отжаться? Упадут и отожмутся?»

Она решила проверить это как-нибудь в другой раз, потому что сейчас у нее были другие планы.

– Принцесса, – басом сказал один из охранников.

– Что?

– Возьмите. Там холодно.

– Спасибо, – она взяла протянутый пиджак, завернулась в него, как в пальто, и вышла из дверей на припорошенные снегом ступени королевского дворца. Прохладный воздух обволакивал ее со всех сторон, действуя как местный наркоз – Настя забыла об ушибах и царапинах (хотя, наверное, это сказывалось действие лекарств), перестала думать о боли и беспокоиться о ней, что, в свою очередь, освободило ее разум для более серьезных мыслей, которые по сути дела сводились к одной, но очень серьезной мысли, достойной того, чтобы проорать ее на всю Лионею:

– И что же мне теперь делать?!

С завидным постоянством жизнь подбрасывала ей подарки, о которых она совсем не просила, словно ставя над Настей странный эксперимент: знакомство с принцем, жизнь за границей, выгодный брак и вот теперь власть – это были вещи, ради которых некоторые из Настиных знакомых были готовы идти на многое (в том нехорошем смысле этого слова, который подробно расписан в Уголовном кодексе).

– И что же мне теперь делать?!

Когда Настя возвращалась в Лионею, желая обрести если не любовь, то хотя бы место под солнцем, она видела себя в роли не большей, чем голос разума в этом немного сумасшедшем доме под названием Лионея. Она думала о том, чтобы не допустить жестоких и несправедливых историй, подобных той, что случилась когда-то с ней самой. И вот она вдруг – не голос, шепчущий власти на ухо, а само ухо. То есть сама власть. Ну или почти власть. На время, пока король Утер не придет в себя.

– И что же мне теперь делать?

А именно: как соединить вещи, которые собиралась сделать Настя Колесникова, с теми, которые нужно сделать Лионейской правительнице? Особенно если одно слегка противоречит другому.

Настя посмотрела на доживающий последние недели зимы город. Если верить Леонарду, эти недели могут превратиться просто в последние. И теперь это ее, Насти, головная боль, потому что хватит уже верить, что всегда найдется кто-то старше, умнее, опытнее и этот кто-то все решит и исправит…

Получалось, что власть – это не только возможность заставить охранников отжиматься от пола, но и решения, в которых всегда будешь виновата только ты, Настя Колесникова.

Она поежилась, но не от холода («видали мы зимы и покруче»), а от предчувствия слов и дел, которые потом нельзя будет исправить и отозвать назад.

Через пятнадцать минут, вернув пиджак охраннику, она поднялась по лестнице на третий этаж Западного крыла и остановилась у королевского кабинета. Здесь уже не было столпотворения врачей, охранников и чиновников; сам кабинет подвергся некоторой уборке и больше не походил на место попадания ракеты «земля – земля», хотя все еще напоминал поле основательной супружеской ссоры с применением подручных материалов, включая мебель и оргтехнику.

Настя сдвинула все бумаги и книги на один край королевского письменного стола, чтобы перед ней оказалось свободное пространство. Потом она села в королевское кресло, положила руки на стол и постаралась привыкнуть к новым ощущениям. Они были странными. Не неприятными, но странными.

Она сняла телефонную рубку, но та молчала. Настя позвала охранника и велела ему решить проблемы со связью. Пока же телефон молчал и кабинет был пуст, Настя ерзала на кресле, стараясь занять положение поудобнее и думая, что не мешало бы поставить напротив большое зеркало, чтобы видеть, насколько солидно, величественно или же, напротив, совершенно по-дурацки она теперь выглядит.

Охранник вернулся и сказал, что не может найти королевского секретаря, а отношения с техническими службами дворца были именно в его ведении. Настя приказала ему отправиться непосредственно в службу связи и поставить всех на уши. Охранник обещал постараться.

Через пятнадцать минут он вернулся и сказал, что, когда была объявлена тревога, все сотрудники технической службы были переведены в специальное помещение в соседнем здании, и чтобы вывести их оттуда, нужна санкция начальника королевской службы безопасности.

– …которому мы не можем позвонить, потому что у нас не работает телефон, – заключила Настя. – А мобильные телефоны у вас есть?

Мобильных телефонов у охранников не было, у них были рации, по которым они могли связаться с диспетчером, а тот мог запросить офис Смайли и попросить тамошнего дежурного…

– Ладно, проехали, – сказала Настя, вылезла из-за стола, встала на четвереньки и стала искать обрыв провода, которого на деле и не было – просто во время побоища что-то угодило в распределительную коробку, та треснула, и провод отсоединился. Настя сунула провод на место, подошла к столу, сняла трубку и услышала длинные гудки. Не успела она гордо почувствовать себя мастером на все руки, как в кабинет вошел Смайли.

– Ты вовремя, – сказала Настя и повесила трубку. – Где королевский секретарь?

– В морге, – сказал Смайли.

– Как это? Оленька и его тоже?..

– Нет, сердечный приступ. Слишком сильно переживал из-за короля.

– Бедняга.

– Назначим нового, – утешил ее Смайли. – Тебе сейчас будет очень нужен секретарь, потому что…

– Мне не нужен секретарь, – перебила его Настя, снова усаживаясь на королевское место. – Мне нужно… – она на пару мгновений задумалась. – Мне нужен граф Дитрих, мне нужна Амбер, мне нужен Армандо… И еще мне нужен очень хороший, качественный гроб.

– Ага, – кивнул слегка озадаченный Смайли. – Ясно. И чтобы не было недоразумений с размерами гроба… Для кого конкретно из этих троих он предназначен?

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

ЛЕКАРСТВО ОТ БЕССМЕРТИЯ,

ИЛИ НЕСКОЛЬКО

КОРОТКИХ ПРОЩАНИЙ

1

Перелет ее ничуть не успокоил.

– Я ненавижу вампиров, – сказала она, глядя, как чемоданы ползут по ленте транспортера. – Неблагодарные эгоистичные создания.

Армандо благоразумно воздержался от комментариев.

– Паразиты, – добавила она уже в такси. – Паразиты на шее человечества. Мы, можно сказать, веками их кормим, поим, а они… Их действительно можно убить, вогнав осиновый кол в сердце?

– Так можно кого угодно убить, – заметил Армандо. – Хоть человека, хоть медведя, хоть вампира.

– Отлично. Медведи меня не интересуют, но если у нас с вампирами дойдет дело до…

Тут она вспомнила, что находится не в Лионейском дворце, а на заднем сиденье пражского такси, и замолчала. А потом еще раз обдумала факт своего нахождения за пределами Лионеи, расстегнула сумочку, вынула очки, аккуратно посадила их на переносицу и посмотрела таксисту в затылок.

– Человек, – сделала она вывод и торжествующе посмотрела на Армандо.

– Я знаю, – ответил тот.

– У тебя линзы?

– Нет.

– Тебе сделали операцию на глаза? Я слышала, такое делают…

– Делают. Только не мне.

– Тогда как же ты различаешь расы?

– Научился. Если быть внимательным, то можно обойтись и без очков.

– Ага, – сказала Настя, сделав вид, будто получила понятный и исчерпывающий ответ на свой вопрос. И еще она покосилась в сторону Армандо, просто так, на всякий случай. Проверить очки.

– Ну и как? – спросил Армандо, даже не глядя в ее сторону.

– Все нормально, – ответила Настя. – Ты тоже человек.

– Слава богу. А то я уже начинал беспокоиться.

Наверное, это была ирония, только слегка охлажденная и поданная под тем особым соусом профессионального безразличия, в приготовлении которого Армандо традиционно преуспевал.