… Para bellum! - Владимир Алексеенко

Приняли:

Управляющий делами Совета Министров СССР ЧАДАЕВ Я.Е.

Зам. Управделами Совета Министров Союза ССР ОПАРИН И.Е.

3 февраля 1948 года, город Москва.

В Центральный Комитет ВКП(б)

товарищу ЖДАНОВУ Андрею Александровичу

… Шестое. Обвинение меня в распущенности является ложной клеветой, и она нужна была Сёмочкину для того, чтобы больше выслужиться и показать себя раскаявшимся, а меня грязным. Я подтверждаю один факт – это моё близкое отношение к З-вой, которая всю войну честно и добросовестно несла свою службу в команде охраны и поезде Главкома. З-ва получала медали и ордена на равных основаниях со всей командой охраны, получала не от меня, а от командования того фронта, который мною обслуживался по указанию Ставки. Вполне сознаю, что я также виноват и в том, что с нею был связан, и в том, что она длительное время жила со мною. То, что показывает Сёмочкин, является ложью. Я никогда не позволял себе таких пошлостей в служебных кабинетах, о которых так бессовестно врёт Сёмочкин.

К-ва действительно была арестована на Западном фронте, но она была всего лишь 6 дней на фронте, и честно заявляю, что у меня не было никакой связи.

Бытует мнение, что после войны Сталин «завидовал» Жукову и поэтому «убрал» его из Москвы. Это, конечно, смешно и глупо. Прав писатель Зенькович, утверждающий, что Сталин этим спасал Жукова от суда и тюрьмы.

В те годы не приветствовалась алчность, воры и расхитители безжалостно наказывались. За присвоение трофейного имущества по Закону от 07.08.1932 г. сели в тюрьму комиссар Жукова – Телегин; Герой Советского Союза генерал-лейтенант Крючков; его жена, известнейшая певица Русланова, и многие другие видные военные. Нельзя было оставлять Жукова на виду, в то время, когда расхитители, чтобы оправдаться прямо ссылались на Жукова, как на потворщик воровства.

Документы и цитаты взяты из публикаций «Военно-исторического журнала» и сборника «Военные архивы России».

Ю. И. МУХИН

Глава 11. Кому это выгодно?

Убийство Берия – устранение контроля над алчностью партноменклатуры. Жуковское самодурство и низкопоклонство – основа уничтожения в армии воинской чести. Главный герой войны – солдат. Для уменьшения потерь и победы нужна теория будущей войны. Вторая мировая война – война не моторов, а огня. Искажение военной истории – причина гибели своих войск в последующих войнах.

Опубликованная в «Дуэли» статья «Ученик» вызвала как понимание, так и негодование, причём с обеих сторон. Часть читателей считает, что я польстил Жукову – не был этот чванливый самодур никаким полководцем. Часть, наоборот, считает, что я заплевал национального героя.

Трофеи

Когда-то ещё в институте на военной кафедре мы поинтересовались у ветерана, как проводились расстрелы по приговору военных судов. Ветеран видел всего один расстрел, но в данном случае дело не в технике его исполнения. Ветеран рассказал, за что расстреляли солдата-фронтовика, раненого и награждённого. За то, что украл у крестьянина-литовца курицу. Это для справки. Точно такой приказ о расстреле за мародёрство на территории Германии дал Жуков. Правильный дал приказ, нельзя было допустить, чтобы армия превратилась в толпу мародёров.

С началом войны СССР практически прекратил выпуск товаров народного потребления – производили только средства войны. А Германия даже производство губной помады снизила только к 1944 г. – ведь на неё работала вся Европа. Мы сейчас плачем о наших пленных и евреях в концлагерях Германии. А ведь все эти концлагеря производили оружие для убийства наших отцов, позволяя немцам производить и радиоприёмники, и швейные машинки и т. д.

Разумеется, немцы за все должны были заплатить хоть частично. И у них отбирали и вывозили – для советского народа, для компенсации товарного голода в СССР – всё, что могли. Радиоприёмники и швейные машинки, часы и автомобили, яхты и крытые катки, оборудование и учёных. Вывозили это централизованно, повторяю, для всего советского народа – единственного истинного героя Второй мировой.

Вот у Жукова в описи конфискованного стоят музейные картины и гобелены. Откуда? Я не стал давать весь протокол допроса Сиднева, а Сиднев показал, припираемый уликами и показаниями свидетелей, что военная администрация, возглавляемая Жуковым, утаила от Советского правительства несколько банковских хранилищ, куда немцы, спасаясь от бомбёжек и пожаров, сдавали наиболее ценные вещи, утаила 100 мешков с 80 млн. марок, которые в то время ходили по Германии и которые требовалось сдать в Госбанк.

Читатели пишут, дескать, зачем упрекать Жукова – ведь все тащили трофеи. Во-первых, далеко не у всех были такие возможности, как у Жукова, – солдат мог утащить только в чемодане и в сидоре, да и то – если находил что. Эшелонами, грузовиками, самолётами солдат трофеи не увозил, даже если их видел. А ведь это советский солдат выиграл войну. Жуков этому солдату даже мемуары посвятил. Логично. Солдату – мемуары, барахло – себе.

Во-вторых. Ничего не могли утащить из Германии 8 668 400 (восемь миллионов шестьсот шестьдесят восемь тысяч четыреста) советских солдат, погибших в этой войне. Жуков ободрал золото с короны германской императрицы для стэка своей дочери. Это понятно. Какой же отец не любит своих дочерей! Но за какое золото СССР должен был купить хотя бы паршивенькое сукно, чтобы одеть сирот тех, кому Жуков так щедро посвятил мемуары?

Вспоминаю рассказ одного тракториста, который сразу после войны учил вождению трактора женщин (из-за понятного отсутствия мужчин). Так они стеснялись при нём залезать под трактор, просили его отойти – ни одна не имела, простите, трусов. И не из-за кокетства, а из-за их отсутствия.

А жена друга Жукова – генерала Крюкова – известная певица Русланова имела в доме столько барахла (одних музейных картин 110 полотен), что несколько сот карат бриллиантов вынуждена была хранить в тайнике на квартире у домработницы. Напомню, что советские женщины сдавали обручальные кольца чтобы купить оружие в Америке для своих, сидящих в окопах, мужей.

Так что же СССР должен был продать за границу, чтобы купить хотя бы бельё вдовам? Мемуарами ведь срам не прикроешь.

Кого ещё, кроме Сталина, заботил тот единственный, тот главный Герой войны – советский народ? Кого ещё заботило такое, ныне смешное, понятие – справедливость?

Понимаете, товарищи читатели, когда вы оправдываете эту дикую, бессмысленную алчность, страшно не то, что вы прощаете этих людей, а ваше въевшееся низкопоклонство. Вы заведомо считаете в войне солдата и генерала неравными в их заслугах. Почему каждый честно принявший смерть в бою рядовой солдат является героем меньшим, чем Жуков? Почему его вдова и сироты должны были находиться в худшем положении, чем дочери Жукова при живом отце? (Которые, прямо скажем, и так не бедствовали).

Зачем нужны были Жукову 4000 метров ткани, когда народ ходил раздетый? Ему что – мундир бы не пошили? Семью не отоварили? Впрочем, зачем продолжать. Тот, кто меня понял – ему достаточно, кто не понял – тому хоть тысячу страниц напиши – он всё равно не поймёт.

Под защитой славы

Однако, должен сказать, что документы-то я публиковал не для того, чтобы показать алчность Жукова или его распутство, которое при тогдашней нехватке мужчин ему можно было бы и в заслугу поставить.

Ведь цель статьи была – показать его как ученика Сталина, как человека, находившегося под опекой учителя. И документы подбирались к этой цели. Из документов ясно, что Жукова должны были бы посадить, как минимум, по указу от 07.08.1932 г. за присвоение трофейного имущества. А как максимум, могли и расстрелять, как бывшего маршала Кулика и генерал-полковника Гордова. Не знаю, обратили ли вы внимание на следующие строки в приказе Сталина о назначении Жукова командующим в Одесский военный округ:

Более того, маршал Жуков, будучи сам озлоблен, пытался группировать вокруг себя недовольных, провалившихся и отстранённых от работы начальников, и брал их под свою защиту, противопоставляя себя тем самым правительству и Верховному Главнокомандованию.

Надо понять, что окончилась война, и армия сократилась более чем наполовину. Солдаты и офицеры встали к станкам, а куда девать генералов? Ведь должностей для них нет, да и навыков службы в мирное время у них тоже нет. А они были ещё молоды, на войне имели огромную власть, а теперь куда?

Вот несколько фраз из разговора, записанного МГБ, командующего Приволжским ВО генерала Гордова со своим начальником штаба генералом Рыбальченко:

«А вот Жуков смирился, несёт службу … Формально службу несёт, а душевно ему нехорошо … Ты понимаешь, как бы выехать куда-нибудь за границу?.. Надо прямо сказать, что все колхозники ненавидят Сталина и ждут его конца … Думают, Сталин кончится и колхозы кончатся… Народ голодает как собаки, народ очень недоволен … Но народ молчит, боится».