Песня, призвавшая бурю - Юлия Диппель

моего плана. Некоторое время я бежала наугад и отметила, что жуткие обои в переговорной комнате – не единственная проблема дворцового интерьера. Чудовищные люстры, уродливые картины на стенах и фарфоровые статуэтки лебедей то и дело попадались мне на пути. Все такое слащавое и безвкусное, что у меня даже не возникало желания что-нибудь стащить, хотя все везде сверкало и блестело. А потом – наконец-то! – я увидела спешащего из одной комнаты охранника. Пожилой мужчина, казалось, был целиком и полностью поглощен своей задачей, потому что на меня он внимания не обратил. Я смогла проследовать за ним незамеченной до чего-то вроде парадного зала, в котором как раз и царили хаос и крики раненых. Я поспешно спряталась за колонной, украшенной бронзовой жабой, и быстренько оценила обстановку. Принципал Вальбета, как видно, оборудовал здесь временный лазарет. Сюда доставили жертв с улицы, а значит, взрыв прогремел где-то в другом здании на площади Мира. Арез тоже был сейчас там? Наверное, нет. К подобному отвлекающему маневру он не стал бы прибегать. Может быть, он…

Я замерла. В противоположном конце зала была лестница, ведущая на верхние этажи, достаточно широкая, чтобы там могла спуститься половина королевской армии. И именно по ее бесконечным ступенькам сейчас поднимался вакар. На боку у него висел меч, и черный плащ развевался за его спиной в такт его размашистым шагам. Я не сумела сдержать улыбку. Со спины Арез, может, и выглядел как другие его соплеменники, но я не знала больше ни одного вакара, кто мог бы двигаться с такой высокомерной целеустремленностью и самодовольным превосходством.

Кроме…

Меня пронзило мрачное предчувствие. Был один вакар, во всем похожий на Ареза. Я в панике огляделась. В зале не было ни одного скалла. Не было даже Ривена, Захи, Макиза или Тай. Это могло быть случайностью. Или же…

Мог ли он быть настолько самоуверенным?! У всех на глазах?!

И если да, то что задумал Кьян? И где в таком случае был Арез? Я должна была в этом разобраться. В лучшем случае я ошибалась и столкнулась бы с очень рассерженным сиром сиров. В худшем случае у меня бы появился шанс остановить Кьяна раньше, чем ожидалось.

Я осторожно выскользнула из тени статуи бронзовой жабы и по краешку зала поспешила к лестнице. Развевающийся теневой плащ уже пропал из поля зрения, так что я, сжав зубы, побежала вверх по ступенькам. На втором этаже я неуверенно огляделась. Куда он делся? Пошел вперед по коридорам? Поднялся на этаж выше? Или он заметил меня и притаился где-то за углом, чтобы меня перехватить?

Где-то наверху послышался приглушенный стон. Я бросилась дальше по лестнице и чуть не упала, запнувшись о двух мертвых стражников, которые лежали с разорванными глотками в их собственной крови. Мой пульс участился. Это был Кьян! Он был здесь, и никто об этом не знал. Стоит поднять тревогу? Или бежать обратно и привести помощь? Но кто там, внизу, мог бы с ним потягаться? Он же их всех убьет или…

Я почувствовала, как мои руки сжимаются в кулаки, и вдруг осознала, что это и был тот момент, который предсказала Рага. Сейчас все зависело от меня. Я решительно сжала свое короткое копье. Одем, вплетенный в металл, по моему приказу активировал зеркальную магию. Оружие чуть дрогнуло. Оно увеличилось вдвое, и теперь у него было два наконечника. Так и не иначе охотятся на огромного хищника.

Я перепрыгнула через мертвых стражников и пошла по следу крови, которая накапала с когтей Кьяна на полированные гранитные плиты. Этот след вел в ту часть здания, которая больше не использовалась для административных работ или представительских целей. Нет, здесь, похоже, располагались жилые комнаты.

Отведи королеву в ее покои…

О черт. Кьян не собирался ждать, пока королева выступит перед народом. Он бы убил ее здесь и сейчас.

Я ускорила шаги. Кровавый след тянулся через салон, дважды поворачивал и наконец привел меня в комнату с камином, множеством рогов на стенах и прочими охотничьими трофеями. Здесь уже отпала всякая необходимость в поиске – где-то рядом были слышны неразборчивые звуки борьбы. Я отбросила всю осторожность и побежала. Еще через три комнаты я скользнула в овальную проходную комнату. Кровь брызнула мне на ноги. Железные когти Кьяна только что разорвали грудь какой-то вакарке, буквально разделив ее пополам. Безжизненная, она рухнула на пол, где уже лежали остальные члены ее скалла. Пятеро вакаров! Но Кьяна это, как видно, ничуть не напрягало.

Темная энергия смерти поднялась и закружилась в воздухе. Брат Ареза даже не остановился на этот раз, чтобы насладиться ею в полной мере. Он вообще не обратил на нее внимания. Как и на меня, хотя сейчас-то он точно меня заметил. Вместо этого он повернулся к большой двустворчатой двери, которую до недавнего времени охранял мертвый скалл. Что бы там ни находилось, я отлично понимала, что, если он ее откроет, катастрофы уже будет не избежать.

– Кьян! – громко крикнула я. – Пожалуйста, остановись и сдайся!

Я чувствовала, как моя песня разворачивается во всей своей красе и власти. Кьян действительно остановился. Все мои ощущения были напряжены до предела. Он поднял голову и посмотрел на меня. Его глаза снова лихорадочно замерцали, меняя цвет, как будто он точно не знал, что должен чувствовать. Однако это эмоциональное замешательство не отменяло того факта, что его взгляд по-прежнему оставался хладнокровным. Мои инстинкты забили тревогу. Страх заполонил все мое существо. Я чувствовала, что балансирую между смелостью и чистейшим безумием.

– Пожалуйста, Кьян! – повторила я дрожащим голосом. – Прекрати!

– Ты прямо-таки напрашиваешься, чтобы я тебя убил, – тихо прорычал он. Затем развернулся и снова уставился на большую дверь. Не знаю, что на меня нашло, но когда он двинулся к двери, я в последний момент преградила ему дорогу. Кьян остановился так близко, что я видела отдельные брызги крови на его лице. Мое тело оцепенело от страха, а сердце лихорадочно колотилось, я изо всех сил старалась не лишиться сознания.

– Кьяндер, – прошептала я, в этот раз не используя свою песнь. Она, похоже, и так не действовала. – Я знаю, что ты не хочешь…

Железные когти с грохотом ударились в дверь слева и справа от моей головы. Я так испугалась, что задохнулась собственными словами. Кьян наклонился ко мне. Его голос проникал в мою голову как темное и мрачное обещание.

– Тот, кто попытается меня остановить, умрет. Тот, кто попытается меня убить, умрет. Тот, кто попытается меня спасти, умрет. Так что подумай хорошенько, что именно ты собираешься сделать, Сильбалат!

Я не могла ясно мыслить, потому что дыхание смерти пробиралось мне прямо под кожу.

– Пожалуйста,