Том 7. Мать. Рассказы, очерки 1906-1907 - Максим Горький

— Несчастные…

Кто-то ответил ей громким рыданием.

[Как я первый раз услышал о Гарибальди]

В первый раз я услышал это великое и светлое имя, когда мне было 13 лет.

Я служил тогда кухонным мальчишкой на пассажирском пароходе и целыми днями мыл посуду, наполовину оглушённый стуком машины, наполовину одурелый от горелого жира.

Когда выпадал свободный часок, я шёл на ют.

Там собирались пассажиры третьего класса: крестьяне и рабочие.

Кто сидя, кто стоя, плотной кучкой слушали они тихий и спокойный рассказ одного пассажира.

Я тоже стал слушать.

— Звали его Джузеппе, по-нашему Осип, а фамилия его была Гарибальди, и он был простой рыбак. Великая у него была душа, и он видел горькую жизнь своего народа, которого одолели враги. И кликнул он клич по всей стране: «Братья, свобода выше и лучше жизни! Подымайтесь все на борьбу с врагом, и будем биться, пока не одолеем!» И все послушались его, потому что видели, что он скорей трижды умрёт, чем подастся. Все пошли за ним и победили.

Был вечер, и солнце опускалось в Волгу.

Розоватые волны словно целовали друг друга и таяли в поцелуе.

Потом я много читал о Гарибальди, титане Италии.

Но короткий рассказ неизвестного крестьянина глубже укоренился в моём сердце, чем все книги…

Комментарии

В Америке

Впервые цикл очерков «В Америке» напечатан в «Сборнике товарищества «Знание» за 1906 год», книги одиннадцатая и двенадцатая. Тогда же издан за границей отдельной книгой: «М. Горький. В Америке (Очерки). Часть первая», издательство И. Дитца, Штутгарт, 1906.

Очерки написаны весною и летом 1906 г. в Америке.

В феврале 1906 года, по поручению партии большевиков, М. Горький, которому угрожал арест, выехал из России. Перед ним стояли задачи: рассказать иностранным рабочим правду о русской революции, пропагандировать её идеи, организовать сбор средств для революционной борьбы большевистской партии, агитировать против иностранных займов, которые царское правительство стремилось получить для подавления революции. Несколько недель писатель пробыл в Германии, затем отправился в Америку, куда и прибыл 10/23 апреля 1906 г. Через несколько дней М. Горький сообщал друзьям о своих первых впечатлениях от Америки. В письме к К.П. Пятницкому он писал, что американцы «…слишком бизнесмены — люди, делающие деньги, — у них мало жизни духа» (Архив А.М. Горького). Тогда же, сопоставляя Россию эпохи революции 1905 г. с Америкой, М. Горький сообщал И.П. Ладыжникову: «Мы далеко впереди этой свободной Америки, при всех наших несчастьях! Это особенно ясно видно, когда сравниваешь здешнего фермера или рабочего с нашими мужиками и рабочими» (Архив А.М. Горького).

В первых же публичных выступлениях в Америке М. Горький выражал солидарность с американскими трудящимися. В некоторых газетах США в апреле 1906 г. была напечатана телеграмма М. Горького, адресованная Вильяму Хэйвуду и Чарльзу Мойеру — руководителям «Западной федерации рудокопов», заключённым в тюрьму города Кальдуэль. «Привет вам, братья-социалисты! — писал М. Горький. — Мужайтесь! День справедливости и освобождения угнетённых всего мира близок. Навсегда братски ваш».

Выступая на митинге в Грэнд-Пэлейсе в Нью-Йорке, М. Горький заявил: «Я не верю в вражду рас и наций. Я вижу только одну борьбу — классовую. Я не верю в существование специфической психологии, вызывающей у белого человека естественную ненависть к человеку чёрной расы…»

Американская буржуазная пресса открыла злостную кампанию против М. Горького. Писатель был выселен из отеля в Нью-Йорке, где он проживал. Все другие владельцы нью-йоркских отелей также отказались предоставить ему помещение. Американские капиталисты надеялись заставить М. Горького уехать из Америки. Писатель вынужден был поселиться в частном доме, в Нью-Йорке на Отейтен Айленд, у супругов Мартин. У них на даче, в горах Адирондака, в 25 километрах от города Элизабеттоун, М. Горький прожил лето 1906 г.

Появление в американском журнале «Аппельтон мэгэзин» очерка «Город Жёлтого Дьявола» вызвало целый поток читательских откликов. В одном из писем в августе 1906 г. М. Горький сообщал, что сенаторы пишут возражения, а рабочие хохочут.

К.П. Пятницкому М. Горький писал: «Знаете — в ответ на мою статью в «Аппельтоне» о Нью-Йорке газеты получили более 1200 возражений!

Я скоро напечатаю статью «Страна подростков»[2], в которой буду доказывать, что американцы, даже когда они лысы, седы и жуют вставными зубами, даже когда они профессора, сенаторы и миллионеры, — имеют не более 13–15 лет от роду. Вероятно, меня задавят возражениями» (Архив А.М. Горького).

И ещё: «…Меня страшно увлекает каша, заваренная здесь. Любопытно! Говорят — я здесь делаю революцию. Это, конечно, чепуха, но, говоря серьёзно, мне удалось поднять шум» (Архив А.М. Горького).

Первоначально книга «В Америке» состояла из четырёх очерков: «Город Жёлтого Дьявола», «Царство скуки», «МоЬ», «Чарли Мэн». Позднее последний очерк М. Горьким в цикл не включался. В настоящем издании очерк «Чарли Мэн» печатается вне цикла.

ГОРОД ЖЁЛТОГО ДЬЯВОЛА. Впервые напечатано одновременно в американском журнале «Аппельтон мэгэзин», в «Сборнике товарищества «Знание» за 1906 год», книга одиннадцатая, СПб, 1906, и в книге: «М. Горький. В Америке (Очерки). Часть первая», издательство И.Дитца, Штутгарт, 1906.

В авторизованных машинописных экземплярах текста содержится указание на место создания произведения: «New York. Staten Island».

ЦАРСТВО СКУКИ, «MOB». Впервые напечатаны одновременно в «Сборнике товарищества «Знание» за 1906 год», книга двенадцатая, СПб, 1906, и в книге: «М. Горький. В Америке (Очерки). Часть первая», издательство И.Дитца, Штутгарт, 1906.

Очерки «В Америке» включались во все собрания сочинений, выходившие после Октябрьской революции.

Печатаются по тексту, подготовленному М. Горьким для собрания сочинений в издании «Книга».

Чарли Мэн

Впервые напечатано в качестве четвёртого очерка в серии «В Америке» одновременно в «Сборнике товарищества «Знание» за 1906 год», книга двенадцатая, СПб, 1906, и в книге: «М. Горький. В Америке (Очерки). Часть первая», издательство И. Дитца, Штутгарт, 1906.

В собрания сочинений не включалось.

Печатается по тексту, подготовленному М. Горьким для двенадцатого «Сборника товарищества «Знание» за 1906 год».

Мои интервью

Впервые напечатано в 1906 г. в различных изданиях.

Цикл создавался в 1906 г., начиная с апреля месяца.

Развивая агитацию против предоставления иностранными империалистами займа русскому царю, М. Горький опубликовал весной 1906 г. ряд обращений к рабочим и прогрессивной интеллигенции Европы и Америки. Во французской газете «Юманите» и парижском журнале «Красное знамя» он напечатал в апреле статью «Не давайте денег русскому правительству!», летом в печати появились его обращения к рабочим Англии, Франции, Италии.

Характеризуя взаимоотношения России и Европы после революции 1905 г., И.В. Сталин писал:

«Русско-японская война вскрыла всю гнилость и слабость русского самодержавия. Успешная общая политическая забастовка в октябре 1905 года довела эту слабость до полной ясности (колосс на глиняных ногах). Далее, 1905 г. вскрыл не только слабость самодержавия, хилость либеральной буржуазии и мощь русского пролетариата, но и опроверг имевшее раньше силу ходячее мнение о том, что русское самодержавие является жандармом Европы, что оно будто бы в силах быть жандармом Европы. Факты показали, что русское самодержавие не в состоянии справиться даже со своим рабочим классом без помощи европейского капитала. Пока рабочий класс России спал, а русское крестьянство не шевелилось, сохраняя веру в царя-батюшку, русское самодержавие действительно имело возможность быть жандармом Европы, но 1905 г. и прежде всего выстрелы 9-го января 1905 г. разбудили русский пролетариат, а аграрное движение того же года подорвало веру мужика в царя. Теперь центр тяжести контрреволюции европейской перемещён от русских помещиков к англо-французским банкирам-империалистам. Германские с.-д., пытавшиеся оправдать свою измену пролетариату в 1914 г. ссылкой на прогрессивность войны с русским самодержавием, как с жандармом Европы, козыряли собственно тенью прошлого, козыряли, конечно, фальшиво, — ибо настоящие жандармы Европы, располагающие достаточными силами и средствами для того, чтобы быть жандармами, сидели не в Петрограде, а в Берлине, Париже, Лондоне.

Теперь для всех стало ясно, что Европа ввозит в Россию не только социализм, но и контрреволюцию в виде займов царю и т. п., а Россия в Европу кроме политических эмигрантов — революцию (Россия в 1905 г. ввезла в Европу во всяком случае общую забастовку, как средство борьбы пролетариата)»