Уж замуж невтерпеж - Надежда Тутова

А тут еще Эфиан опять всех повел лесными дорогами, упорно избегая наезженных трактов. Хотя до сей поры нам везло: вместо лесов на пути встречались все больше перелески с проторенными дорогами — видимо здешние жители не раз и не два по делам именно этим путем ездили. И все же как-то было беспокойно. Впереди замаячила не то гора (ну, может «гора» и сильно сказано, но некая возвышенность точно), не то лес (хотя для леса это слишком высоко), добавляя лишний раз тревоги. На моей карте это место, к сожалению, было белым пятном, в смысле просто пустой кусок. Видимо, Тванери (или настоящий картограф) не бывал в этих местах.

— Эфиан, эта дорога точно ведет в Хеврон? — мне не удалось удержаться от вопроса, поскольку никаких признаков поселения до сих пор не встретилось на пути.

— А? — будто очнувшись от сна, эльф недоуменно посмотрел в мою сторону, покачнувшись в седле.

Ну, точно — спал! И кто за дорогой следил? Жармю, положившийся на друга? Сирин, обижающаяся на несостоявшегося кавалера? Неужто я?

— Я спрашивала: ты уверен, эта дорога ведет в Хеврон?

— Конечно, уверен, — обиженно буркнул эльф, — на карте она обозначена как кратчайшая к городу.

Карта… посмотреть бы на нее. Только боюсь, Эфиан вряд ли расщедрится и покажет ее мне. Но попытаться можно?

Однако я даже спросить не успела, потому что… Потому что впереди кто-то (или что-то?) был. Нет, не человек, и даже не эльф. Это было Нечто! Похожее на валун и кучу мусора одновременно.

— Там кто-то есть! — стараюсь не сорваться на крик, но произнести весомо, чтобы и остальные обратили внимание.

— Где? — эльф успел задремать (после бессонной ночи это вполне понятно — а вы думаете, легко было успокоить Жармю?) и теперь хлопал глазами точно сова.

— Впереди.

— Я ничего не слышу, — попытался отмахнуться эльф, но кое-кто неожиданно встал на мою сторону.

— Очи ушей вернее! — припечатал Жармю, придерживая коня.

— Что-о-о-о?! — возмущенно охнул Эфиан: не ожидал он такого от друга, не ожидал.

— То! Напомни, кто в прошлый раз успел нас предупредить о разбойниках и их спутнике? — невозмутимо продолжил парень.

«Их спутник» — очень вежливо. Честное слово! И пусть Жармю не знает, как благородно он поступил, это знаю я. И всегда буду помнить.

Эфиан что-то невразумительно пробормотал, но спорить и возмущенно охать не стал. Не поленившись поковыряться в седельной сумке, эльф извлек самую настоящую подзорную трубу. Тщательно повертев в руках — будто ритуал какой — и покрутив кольца на концах, Эфиан раздвинул трубу и принялся вглядываться в неизвестное, но близкое далеко.

— Огои! — испуганно выдохнул эльф.

Огои… С протяжным «и» на конце… Рассказывал как-то папа о них. Мало рассказывал — считается, что от древнего народа почти ничего не осталось. При этом это самое «почти» встретить большая редкость. Из точных сведений об огои только: они чуют ложь, любят рассуждать и привлекать к сему благому делу остальных. Ах да, внешний облик у них тоже оригинальный — живой камень, покрытый мхом и опавшей листвой. Об их магической силе ходят легенды, но что она велика и страшна не вызывает сомнений. Видимо, кто-то умудрился стать свидетелем ее проявления. Именно свидетелем — участнику (ну или жертве, если вам угодно) вряд ли бы удалось рассказать что путное.

Ой, совсем забыла — обычно огои охраняют дорогу или переход куда-либо. Стоит ли говорить, что такая стража неподкупна?

— И как нам проехать? — Жармю, словно дитё малое, захлопал глазами.

Эфиан промолчал, что-то прикидывая. Внимательнейшим образом оглядел нас всех, нахмурил брови и, наконец, принялся излагать план:

— Значит так, доподлинно известно, что огои чувствуют ложь. Но это не совсем так. Они чувствуют эмоции, рождаемые ложью, — страх, сомнения, вину. Если мы будем говорить одно и то же, будем уверены в своих словах и поступках, то есть шанс проехать дальше. Но это только если все сделают так, как я сказал. Понятно?

Чего уж непонятного?! Хотя нет, есть один момент: что подразумевает Эфиан под «одно и то же»?

— А что именно мы будем говорить? — озвучила мои мысли Сирин.

Эфиан посмотрел на друга и тяжело выдохнул, будто прощаясь с жизнью.

— Две семейные пары едут к родственникам. Решили сократить путь, — похоронным голосом сообщил эльф.

— Семейные пары? — в один голос воскликнули Сирин и Жармю.

Понятное дело, что с разными эмоциями: Жармю — испугано, Сирин — восхищенно.

— Угум, семейные пары, — пряча взгляд, подтвердил эльф. — Жармю и Сирин, я и Эредет.

Благочестивая от радости чуть с лошади не упала. А все потому, что решила прорепетировать торжественный выход к огои прямо сейчас. Ну, иного я от нее и не ожидала. Да, собственно, и парам не особо удивлена: ведь говорила уже, Сирин — образец идеальной дамы сердца, возлюбленной рыцаря, ну а я — мало ли что может взбрести в голову эльфа, для них ведь главное, согласно легендам, красота души. Не нравится мне, честно говоря, такой план, совсем не нравится. Но спутники мои уже пришпорили коней, не отставать же от них. Только один вопрос у меня: а почему нельзя сказать правду?

Дорога все сужалась и сужалась, под конец вообще пришлось спешиться и идти по одному. Но вот перед самим огои едва заметная тропка вновь стала широкой. Вообще-то создавалось впечатление, землю здесь старательно утаптывали до состояния мостовой.

Огои каменной глыбой возвышался над дорогой. Сразу и не поймешь, что это живое существо. Ну а как понять, если глаз не видно, рта не наблюдается, рук и ног нет. Камень, поросший мхом. Только камень дышал, с посвистом, будто спал. И очень уж не хотелось его будить. Может, на цыпочках удастся проскочить? Угу, на цыпочках. Лошади. Дурость всякая в голову лезет.

— Зачем пришли? — огои таки пробудился.

В балладах и легендах обязательно написали бы, что голос его был подобен грохоту камней, летящих в бездну с вершины горы. На самом же деле ничего подобного: голос низкий, глубокий, будто в пустой комнате говорит, и эхо отражается от голых стен.

— Приветствуем тебя, огои, — Эфиан склонился в вежливом поклоне — волей-неволей пришлось последовать его примеру.

— И тебе здравия и благоденствия, эльф, — ответил огои.

Всевышний, да чем же он разговаривает? А-а, вон, в самом низу и рот расположен. Я бы его за трещину приняла. Боюсь даже представить, как выглядят глаза огои.

— Мы пришли с миром, — выдал еще одно клише эльф, хорошо хоть кланяться не стал.

— Все так говорят, — меланхолично отозвался огои, будто зевая.