Мистицизм - Мастер_Угвей

чего начала плавно лететь вперёд, при этом не сводя с меня взгляд. Не собираясь задерживать её, я пошёл за летающей небожительницей.

«Феи не совсем небожители… Вернее, они могут ими быть? Насколько мне известно, и люди, и духи про них знают прискорбно мало, и лишь далёкие Сильвы ведут с ним более-менее тесный контакт. Мне известно лишь то, что это добрый и игривый народ, использующим чародейство на других разумных только в случае агрессии с их стороны. Хотя насчёт последнего наверняка не уверена, слишком мало книг про них написали даже умнейшие из мужей…»

«Ага, но вот сказок про них достаточно. Живут на другом конце радуги, жрут росу с цветков и гадят ромашками… А ещё бессмертны, невероятно могущественны в магии и при этом не особо умны.» — выдал свою оценку Барути, чем вызвал недовольное шипение Витру.

«Значит воспользуемся возможностью, чтобы узнать больше про потенциального врага.»

…Как ни странно, у гигантского замка, покрытого лозами и разнообразной зеленью, не было врат при входе. Лишь небольшая прозрачная пелена, порой переливающаяся цветами, прикрывала вход. И пусть она не казалась такой опасной, моё астральное зрение кричало, что стоит только коснуться её, как с телом произойдёт нечто очень плохое. Закрученный кусок реальности, настолько переполненный маной, не мог нести ничего хорошего.

Вот только фею, подлетевшую максимально близко к этому месту, подобное явно не смущало. Она вытянула руку в сантиметре от барьера, после чего радостно крикнула из-за всех сил:

— Гость! Один, но его много! К Госпоже…наверное? — она повернула ко мне голову, на что я быстро кивнул. — Да-да, к ней. Ну всё, пропускайте уже меня!

Барьер ещё несколько секунд простоял без движений, после чего просто… лопнул. С лёгким щелчком, вызвав звонкий смех у феи, которая сразу же влетела внутрь, рукой подавая знак следовать за ней. Правда, тёмные казематы внутри не приносили спокойствия.

«Так ли тебе реально нужны знания какой-то ведьмы, чтобы так рисковать, двигаясь неизвестно куда?»

— Риск смерти является пустяком по сравнению с мыслью увязнуть в одном месте, боясь сделать шаг вперёд, навстречу неизвестному. Без подобных поступков не получится расширить знания о магии, и к тому же я не заметил и намёка на ложь в словах духа и феи, отчего мои шансы выжить вполне себе неплохи.

Сделав несколько шагов вперёд, я вошёл внутрь и в очередной раз огляделся. Вот только теперь уже не так сильно был удивлён, когда внутри замка меня вновь встретило яркое солнце и целая лесная опушка ведущая к летней арке, где уже сидела женщина, что-то попивая из фарфоровой кружки с изображением бегущих кроликов. Уна быстро летела прямо к ней, и, встретившись с Госпожой, с раскрытыми руками обняла её, на что женщина только мягко улыбнулась.

Выглядела она очень любопытно. Загорелая, слегка смуглая кожа, чёрные длинные волосы и яркие зелёные глаза. Но, самая странная вещь в её образе — вычурное белое платье, пришедшее словно бы из века девятнадцатого. Увидеть подобное во времена расцвета Древнего Шумера, мягко скажем, удивительно.

— Приятно видеть гостей в своей обители, однако несколько необычно, когда они сами приходят, да и ещё и без приглашения. Очень давно я не встречала подобную… наглость, — тихо произнесла она, закончив пить чай и посмотрев на меня. В её действиях пока не было агрессии, но необходимость оправдываться уже чувствовал. Она жгутом ощущалась на моём горле. Подобные чувства не сломят меня, но вот вежливости всё-таки можно добавить.

— Прошу простить за беспокойство, в моих действиях не было никакой агрессии, — приставив руку к груди, произнёс я. — Имя мне Ахриман, сын архимага Бизаля, верный жрец Мардука Двуглавого Топора и член гильдии шестидесяти знаний Шумера. Я всего лишь странствующий маг, что ходит по этой земле в поисках знаний про величайшее Искусство. Волей случая мне удалось очутиться в вашей крепости, и пришёл я с простейшим предложением — чтобы установить дружеские связи.

Женщина прекратила сердиться, и, наоборот, мягко мне улыбнулась, поставив чашку на стол. Она оглядела меня с ног до головы, после чего подняла руку и щёлкнула пальцами.

— Целый жрец Мардука? Очень давно я не слышала это имя, и как-то даже не догадывалась, что у этого варвара теперь жрецы есть… — с усмешкой ответила она. — И ещё труднее вспомнить, когда кто-то предлагал мне свою дружбу. А потому я даже готова услышать, чего ты желаешь. Ведь у меня есть немало даров, и даже парочка заданий, что могут окупить любые вложения.

Глава 47

Магия не в самих вещах, а в отношениях между обыкновенными вещами

Махнув рукой, женщина подозвала меня к себе, после чего одним взглядом указала на место напротив неё. Не противясь, я присел на белоснежный стул, явно сделанный из какого-то магического дерева, так сильно от него несло ароматом лёгких чар. Кажется, что-то для укрепления и смягчения? Потому что ощущения действительно были невероятные.

— Все жители ближайших лесов зовут меня Госпожой, но чтобы не чересчур быстро забегать вперёд, можешь звать меня просто Хранительницей, — с улыбкой произнесла она. — Я не была в землях Шумера уже очень много лет, а потому, пожалуйста, не поделишься новостями о вашем народе? В своё время я сделала ставку насчёт его будущего, и очень уж хочется проверить, оправдалась ли она.

Я хмыкнул, посмотрев прямо в её слегка сверкающие глаза, после чего кивнул и начал говорить. Всё действительно секретное, конечно, выдавать первому встречному будет только идиот, но вот новости последних лет, известные каждому торговцу, можно сообщить… Попытка тайно открыть третий глаз и рассмотреть её ауру ничего не раскрыли. Ничего, включая истинное имя, что ещё сильнее смущало, ибо никогда раньше подобного не случалось.

«Подозрительная она какая-то. Что-то очень мутное прямо лезет перед глазами, но понять всё не могу, что именно» — проговорил Барути, не сводя при этом взгляда с улыбающейся волшебницы.

«Сильный волшебник или магесса всегда обладают каким-то странностями. Но тот факт, что она живёт в своём замке уже неизвестно сколько веков, и никого не трогает, говорит о том, что она всё ещё в своём уме и не несёт агрессию. А значит с ней вполне возможно договориться миром.»

«Если только жизнь в уединении не стала причиной невероятной скуки, которую она захочет развеять за