Книга теней - Олеся Шалюкова

— Вы идете? — поторопил друзей чудь.

— Я да! — легко согласилась Лея.

— Лея!

— А они — нет, — продолжила демонесса.

— Прекращай принимать за нас решения! — рассердился Нейл, потом решительно подошел к Лее, так и сидящей на золоте. Взял ее лицо в ладони, глядя в удивленные алые глаза. — Я не оставлю тебя одну. Никогда. Нигде. Пока я жив, я буду на твоей стороне, чтобы не случилось. Пусть даже мне придется делать это вопреки твоему желанию!

— Не могу сказать, что у меня схожие с ним мотивы, — заметила Карен, выглядывая из-под руки Стара. — По крайней мере, я тебя люблю как подругу и сестру. Но одну тебя я не оставлю. К тому же, с тобой никогда не бывает скучно!

— Карен одну не оставлю. Тебя тоже, — Стар подмигнул растерянной демонессе.

— Значит, — подытожил Вир, протягивая Лее ладонь. — Мы идем все вместе.

Нейл встал, также протягивая руки. И демонесса вложила ладони в их руки.

— Как тесно связаны ваши души, — прошептал потрясенно чудь, потом засмеялся. — Из-за порога смерти придется вызывать вас сразу пятерых, чтобы спасали мир сразу.

— Опять! — Карен застонала.

Смех чуди изменился, сменил свою тональность и зазвучал глуше.

— Юные дети. Вам еще столько предстоит познать.

«Дети? Познать?»

«Чудь — един во всех мирах», — пояснила Лея.

— Точно, — согласился чудь, создав в дереве дверь. Она появилась, подчиняясь его стуку, и медленно раскрылась, демонстрируя непроглядную темноту. — Поэтому я провожу вас домой из-под чар этой книги. Проходите. Сюда.

Щиты, закрывающую мысленную речь теней от других, для чуди не стала преградой.

Лея пожала плечами, и один за другим, тени прошли в проход.

А там оказалась небольшая поляна у горячего источника, в воде лопали пузырьки. В темное небо поднимался парок.

Рядом был кустарник, около которого валялись сухие сучья, не иначе сорванные штормовым ветром.

Чуть дальше у песка шуршало море.

— Идеальное место, — довольно кивнул чудь сам себе. — Итак. У вас есть только эта последняя ночь в этом мире. Потом вы можете остаться здесь навсегда, и этот мир станет реальностью. А можете вернуться домой к себе. В любом случае, это будет ваш и только ваш выбор. Впрочем, что это я. Вы свой выбор давно сделали, я мог даже и не спрашивать ничего. Разводите костер, принимайте горячую ванну. Отдыхайте. Я заберу вас отсюда на рассвете. А пока… Выберите место и замрите.

Тени рассредоточились по поляне, занимая удобные им места.

— Никто не передумал? — уточнил чудь, потом вздохнул. — Вы не умеете отступать. Тогда, я начну.

Карен не успела даже опомниться, когда на ее лицо легли две ладони. Причем, девочка могла поклясться, что на ее левой щеке ладонь мужская, а на правой — женская. Несмотря на то, что она никого не видела, она точно знала, что сейчас в ее глаза смотрит нечто, чему она никогда не сможет подобрать названия. Не потому, что не хватит слов, а потому что нет в человеческом языке нужных определений.

Просто чудь.

Усмешка словно обожгла девочка, а потом раскатился по поляне его слова, отзываясь дрожью во всем мире, заставляя сотрясаться даже небосвод.

— Ты займешь тот трон, что принадлежит тебе по праву, но тем самым ты разрушишь свою жизнь, свой брак и свою любовь. Своими руками убьешь своего ребенка.

— Но я уже отказалась от трона стихиариев! — испуганно крикнула Карен, но чудь не слушал. Уже перешел к Нейлу.

— Ты убьешь ту, что любишь. Из-за тебя будут страдать миллиарды живых существ. И в конце концов, ты станешь проклятым духом, обреченным скитаться по задворкам агонизирующей вселенной до того момента, пока не умрет последний ее житель.

На дракона, оседающего с остекленевшим взглядом, чудь также не взглянул, перешел уже к Стару.

— Ты будешь знать все о страданиях твоих близких людей. Но не сделаешь ничего, чтобы помочь им. В конце концов, научишься получать удовольствие от их боли, — Стар недобро прищурился, но промолчал. Двинулся к Карен, дрожащей на земле.

— Ты… — чудь обхватил лицо Леи, погладил по щеке большим пальцем. — Как же много вынесла твоя душа. Как много ты уже настрадалась. Но это еще не конец. Твоя смерть в руках двоих мужчин, самых для тебя важных на свете. И, однажды, ты сама вложишь им в руки кинжалы, чтобы они убили тебя.

Демонесса усмехнулась, но мудро промолчала.

А чудь уже был напротив эльфа, остановился в задумчивости, разглядывая его. А потом по поляне прокатилась волна сочувствия и сожаления.

— А с тобой мы увидимся быстрее, чем ты думаешь. Жить тебе осталось два года.

Никто не сказал ни слова. В полном молчании по поляне пронесся шквальный порыв ветра. Стегнул Лею по лицу, сдирая с царапины подсохшную корочку и жадно собирая ее кровь. Карен вскрикнула, когда ветер прошелся по ее разбитым коленкам.

Мальчики перенесли процедуру забора крови не в пример спокойнее и стоически.

А когда чудь с пятью колбами крови исчез, все попадали на поляну без сил.

— И этого мы добивались, вырвавшись из-под гнета Судьбы и ее планов? — в голосе Леи зазвенела раскаленной нитью злость. — Я не согласна!

— Я тоже, — кивнул Нейл.

Стар и Карен переглянулись.

Вир вздохнул:

— Опять будем воевать с ветряными мельницами, друзья мои? И? С чего начнем на этот раз?

— С обряда вечности! — решительно сказал Нейл.

И подавленная тишина на поляне взорвалась.

— С ума сошел?

— От «радостных» новостей совсем голову отбило?

— Какой обряд вечности! Мы не супруги!

— Я пас! На такую дурь не подписывалась и не буду!

Нейл терпеливо переждал бурю среди друзей, потом тихо сказал:

— Давайте начнем с того, что я расскажу немного больше об обряде разделения вечности?

Тени переглянулись. Лея сидела с упрямым видом, не желая на дракона даже смотреть. Вир наоборот, не сводил с него удивленного взгляда, меньше всего ожидая такого предложения.

Дело было даже не в том, что обряд мог помочь Виру. Дело было в том, что Нейл продолжал подсознательно рассматривать эльфа в качестве соперника. И его слова об обряде выбили Вира из колеи надежнее слова чуди, в конце концов, к мысли о своей скорой смерти он уже успел привыкнуть, точно зная, что светлые эльфы его рода с Палачом в душе больше 300 лет не живут. А он мало того, что свой юбилей успел отметить, так еще и встретился и подружился с компанией таких обаятельных безумцев.

Карен не очень понимала сущность обряда. А вот по лицу Стара прочитать что-либо было затруднительно. «Маска льда» — так друзья называли это. Вампир что-то знал, касательно обряда, но не мог сказать, чтобы не нарушить возможное будущее.